Чтение онлайн

Маргарет невольно улыбнулась, вспомнив расхрабрившуюся дочку, которая требовала своего любимого Гильса.

– Спрашивается, зачем было кричать, когда все равно в Клифтоне сейчас Гильсу делать нечего, и он с удовольствием возится с ребенком? И потом дед все-таки сдался, но можно было сделать это тихо и спокойно, разве не так?

Джонатан недовольно покачал головой.

– Не вижу ничего забавного в том, чтобы изводить беспомощного старика. Ты могла бы с большим уважением относиться к нему.

– Он не беспомощный, а упрямый старик. Совершенно не слушается и, если за ним не следить, снова заболеет. Нравится ему или нет, а я намерена ухаживать за ним и заботиться о нем… – Увидев, как муж похлопал себя по бедрам, проверяя, удобно ли прилажено оружие, Маргарет неожиданно проговорила: – И о тебе тоже.

Сделав шаг вперед, она обняла оторопевшего Джонатана и подставила лицо для поцелуя. Джонатан осторожно коснулся ее губ, но она не дала ему отделаться легким поцелуем на прощание и, страстно прижимаясь к его крупному сильному телу, коснулась его языка своим. Джонатан не выдержал и, шутливо зарычав, схватил ее на руки и отнес в постель.

В мгновение ока оба оказались обнаженными. Маргарет показалось, что она попала в яростный вихрь, который закружил ее, не давая сообразить, что происходит. Но все чувства были крайне обострены, заставляя ее гибкое тело содрогаться от страсти под жгучими ласками мужа. Руки и губы Джонатана умело разжигали ее возбуждение, и вскоре они вместе взлетели на вершину блаженства.

Джонатан вновь с восторгом ощутил, как исчезает мрак в его душе и ее омывает неземной блистающий свет… Если бы только этот свет остался с ним навсегда!

Утомленные, они потом долго лежали молча, неподвижно. Наконец Маргарет повернулась на бок и провела мизинцем по его щеке.

– Хорошо, что ты сбрил усы и бороду. Теперь ты выглядишь прежним Джонатаном.

Он засмеялся и сладко потянулся.

– Не завидую тому Джонатану, ведь ему и не снилось такое блаженство.

Маргарет спрятала лицо в его плечо и нежно прижалась к мужу, а он тихонько ласкал ее.

– Маргаритка, ты позволишь помочь тебе в гильдии, если понадобится?

Она с благодарностью подумала, что он все-таки заставил себя спросить, а не просто объявил о своем намерении.

– Только если Бертранде откажут. Но я уверена, что они согласятся, когда посмотрят образцы, которые мы с ней отобрали.

– Значит, если все пойдет не так, скажи мне «да», хорошо?

Получив ее согласный кивок, Джонатан наградил Маргарет долгим поцелуем.

– Что за удовольствие иметь такую сговорчивую жену!

Маргарет не имела ни малейшего желания вступать с ним в спор, она приникла к его груди, желая продлить блаженство.

Однако через несколько минут, тяжело вздохнув, Джонатан поднялся и начал одеваться.

– Джонатан, ты далеко собрался? – спросила погрустневшая Маргарет.

– Да так, – спокойно ответил тот. – Пройдусь по городу, посмотрю, где что происходит.

– Но это неправда, дорогой! Я вижу, как ты напряжен. Ты собираешься пойти к испанцам, и сам говорил, как это опасно, но даже ничего не скажешь на прощание!

– Маргаритка, – нежно проговорил Джонатан, присаживаясь рядом и гладя ее по руке. – У меня много опасных дел, и я не хочу нагонять на тебя тоску своими прощаниями. Просто ты должна понимать, что со мной вполне может случиться… что-нибудь нехорошее.

– И не подумаю жить с этой мыслью! Я знаю, чему быть – того не миновать, но предпочитаю думать, что с тобой все будет хорошо. И потом, почему обязательно я должна стать вдовой, а не жена твоего инквизитора?

Он усмехнулся и, поднявшись, продолжил одеваться.

– Именно потому, что он инквизитор, то есть член католического церковного суда. А священники у них никогда не женятся.

– И этот отвратительный жестокий зверь – священник?! Как его имя?

– Не знаю. Все, что мне о нем известно, это что в нидерландской инквизиции он очень влиятельное лицо. Меня он считал еретиком и поэтому осудил на самую жестокую казнь.

– Что ж, кто бы он ни был, я не согласна отдать тебя ему. Я намерена с ним бороться, Джонатан Кавендиш, и я добьюсь, что он исчезнет из твоей жизни!

– К сожалению, он слишком глубоко сидит во мне, – с горечью признался Джонатан.

– Был ли он здесь минуту назад? – Маргарет соскочила с кровати и, схватив его за руки, жадно всматривалась в его лицо. – Когда мы… ну, ты знаешь, о чем я… тогда ты думал о нем?

Джонатан резко притянул к себе жену.

– Нет! – хрипло сказал он и жадно впился в ее губы. – Я перестал о нем думать, освободился от него. Вот почему ты мне нужна, Маргаритка. Ты заставляешь меня забыть обо всем, кроме тебя, и за это я благодарю Бога!

Он ушел, оставив Маргарет в смятении. Выбор, представший перед ней, был не из легких: или частая близость с мужем, а значит, скорая беременность и разлука, или черная мгла в глазах любимого, одолеваемого гибельной жаждой мщения.

– Ветры Господни! Она пропала!

Вздрогнув от яростного крика королевы, Маргарет выронила из рук стопку белья и бросилась в спальню ее величества. Она обнаружила свою повелительницу с покрасневшим от гнева лицом. Елизавета ткнула в лицо новой фрейлины раскрытый ларец, обтянутый шелком.

– Она пропала, черт возьми! Говорю вам, ее нет! – Голос королевы осип от хриплого рычания.

Елизавета сунула ларец Маргарет и в бешенстве обеими руками дернула шнур звонка.

– Что именно пропало, ваше величество?

Маргарет заглянула в ларец, дрожа от волнения. Внутри на черном бархате белоснежным облаком сияли прекрасный кружевной рюш и манжета.

– Вторая манжета, – задыхаясь от злости, выговорила королева. – Посмотрите на всякий случай в ящиках комода. Хотя я уверена, что ее там нет. Кто-то нарочно ее взял, чтобы поставить меня в унизительное положение. Но я получу голову этого негодяя! Клянусь, он пожалеет о своем коварстве.

– Ваше величество, что случилось? – подоспевшие фрейлины и камеристка появились в дверях спальни.

– Чем мы можем помочь, ваше величество? – спросила Кэйт Керри, чье успокаивающее воздействие на королеву было хорошо известно при дворе.

– Какой-то подлец украл мою кружевную манжету! – вне себя кричала королева. – Это попытка расстроить мой брак, вот это что!

Кэйт поспешила успокоить свою госпожу:

– Не волнуйтесь, ваше величество, мы найдем ее.