Повелитель снов
Шрифт:
– Ты прав, мы друг для друга никто, – я согласно киваю. – Ты можешь сожрать мою душу, если захочешь. Можешь запереть меня в своих подвалах. Но кем бы ты сейчас ни был - королем драконов или вампиром, тебе тоже нужны ответы, иначе тебя бы здесь не было!
Серые глаза дракона вспыхивают, но я не успеваю разобрать его эмоции. Возможно, он зол или впечатлен моей дерзостью. Но он точно не остался безразличен.
– Так что не притворяйся, что делаешь мне одолжение! А я перестану, говорить с тобой так, как тебе не нравится.
Хейден задумчиво смотрит на меня в течение нескольких минут, а затем коротко отвечает: – Справедливо.
Несмотря на происходящий вокруг хаос, и плачевность моего положения, я расплываюсь в довольной улыбке: – Король драконов согласился с бывшей принцессой? Я не ослышалась?
Хейден больше ничего не говорит. Он вновь отворачивается от меня и смотрит в окно.
Я глубоко вздыхаю: – Почему ты приходил в мои сны? Как тебе это удавалось?
Король вздрагивает: – Вопросов очень много, к сожалению...
Он не успевает договорить, в комнату возвращаются мой брат и сестра.
Лиана подходит ко мне и бросает книгу на стол. В разные стороны летит пыль, и я чувствую запах затхлости и пергамента.
– Это оно? – сестра тычет пальцем в желтые страницы.
Я смотрю на изображение, которое вывела умелая рука талантливого художника, и мое сердце трепещет в груди.
На желтой, порванной в нескольких местах странице, красивым почерком написано: “Зелье забвения и памяти”. А прямо под надписью, изображены растения и цветы, которые входят в его рецепт. Под каждым цветком изображен символ “плюс”, а в самом конце, после знака “равно”, нарисована склянка с перламутровой жидкостью.
Я поднимаю глаза на сестру: – Я сейчас должна что-то понять просто по выцветшему рисунку?
– Цвет был именно такой? – с раздражением спрашивает она.
– Очень похоже на это, – с сомнением говорю я. – Но как нам проверить?
– У меня есть идея, – раздается голос возле моего уха. Я вздрагиваю, осознавая, что даже не услышала, как Хейден подкрался ко мне так близко. Он внимательно смотрит на рисунок, так словно от этого зависит его жизнь.
– Ты приготовишь его для нас. И сегодня перед сном мы выпьем его, – продолжает Хейден, взглянув на меня. Наши глаза встречаются, и я понимаю, что потеряла нить нашего разговора, утонув в запахе шоколада и глубинах его серых глаз. Что со мной происходит? Когда я превратилась в безвольную кисельную размазню?
Тем временем, дракон, сухо продолжает: – Мия боится, что завтра проснется уже в другом мире.
– Боги, Мия! – с презрением говорит сестра. – Неужели ты думаешь, что кому-то нравится таскать тебя по мирам, каждый божий день? Что это за прогулка такая? И для чего?
– Ты это сейчас у меня спрашиваешь? – в моем голосе появляются сердитые нотки.
– А идея, и вправду неплохая, – размышляет Кайл. Он смотрит на Хейдена со смесью раздражения и уважения. – Если Лиана согласится приготовить зелье...
Король кивает и переводит вопросительный взгляд на мою сестру: – Что тебе понадобится для отвара?
– Ничего особенного, – она постукивает по своему подбородку изящными пальчиками, – но есть в рецепте одно очень редкое растение, которого у меня нет.
Лиана поджимает губы, и садиться за стол.
В моей груди появляется неприятное предчувствие. Мне вдруг кажется, что Лиана...
– Оно растет высоко в горах, на севере от нашего королевства. Мне нужны луковицы махрового тюльпана. Сможешь достать? – сестра смотрит на Хейдена прямым и открытым взглядом. Но ее руки слегка дрожат, а тон голоса, кажется мне очень подозрительным. Обычно, таким он звучит в случаях, когда сестра пытается солгать.
– Конечно, дай мне полчаса, – говорит Хейден и идет в направлении коридора. – Я воспользуюсь порталом. Возможно, вернусь раньше.
Мне вдруг становится не по себе. Я хочу подняться, в неопределенном желании пойти с ним.
Но сестра накрывает мою руку своей: – А ты пока ответь нам на несколько вопросов.
– Что? – я слышу, как за драконом закрывается дверь, и меня обдает волной беспокойства. Только я никак не могу понять, за кого мне страшно. За себя? Или за него?
Кайл поднимается на ноги и идет к окну: – Еще минуту.
– Что произойдет через минуту? – мой голос надламывается, а беспокойство только усиливается.
Лиана смеряет меня сердитым взглядом: – Через минуту узнаешь.
Я перевожу взгляд на брата. Кайл закрывает створку окна, затем задергивает штору, и оборачивается к нам: – Он ушел.
– А теперь, рассказывай! – нетерпеливо говорит сестра. – Все с самого начала!
– Что? Я же уже рассказала вам, что со мной случилось? – недоумеваю я.
– Что ты знаешь о драконе? Кем он конкретно был в твоих мирах? – спрашивает Кайл, усаживаясь рядом со мной.
Я устало вздыхаю: – В мире магов, он был нашим защитником... Сильным, смелым...
В моей памяти появляется образ Себастьяна. Нашего темного лорда. Стоит мне только вспомнить его первое появление на празднике солнцестояния, как моя кожа покрывается мурашками. Я помню его стальной решительный взгляд, помню его усмешку. И очень хорошо помню как во сне, его губы касались моих. Это было пугающе нежно и невероятно страстно. Я рада, что теперь помню этот сон. Он станет для меня одним из самых любимых...
– Еще он был вампиром, – продолжаю я, сглотнув кисло-горький ком. – Самым быстрым, самым отчаянным охотником ...
Теперь я вижу Кристина, в его темном плаще и перчатках. Помню спортзал, и облегчение в его серых глазах, когда я рассказала о своих снах.
– Ну, а здесь он убийца! – резко говорит сестра, вытягивая меня из моих сладко-горьких воспоминаний.
– И к тому же ничего не помнит!
– Расскажи подробнее о своих снах, Мия, – вмешивается Кайл. Его голос спокоен и нежен, как и всегда, когда брат говорит со мной, в любой из реальностей.
– Я же уже говорила... Стоп! Что происходит? – мой взгляд мечется между братом и сестрой. Их мрачные лица, заставляют меня ерзать на стуле. Они обеспокоены. Я очень хорошо изучила эти лица, за свою жизнь...даже несколько жизней...
– Мы не доверяем дракону, – выплевывает Лиана. – Ты еще не поняла?
– Он хочет помочь! – закатив глаза, возражаю я.
– Твои сны, Мия, – напоминает Кайл. – У нас очень мало времени.
Я смотрю на брата со смесью подозрения и нарастающей паники: – Времени на что?