Повелитель Запретной Магии
Шрифт:
– А? Доброго! – ответил юноша, немного замешкавшись.
Стоящий перед ним преследователь оказался совсем еще мальчишкой. Реннет не дал бы ему и восемнадцати лет. Можно сказать, он был необычайно юн даже для боевого мага.
– Пришел почтить память убитых в бою магов прошлых лет? – задал с виду обычный вопрос тот.
На самом же деле вопрос мог быть с подвохом. Ответь Реннет «да», как сразу же с головой себя выдаст, ибо люди очень редко преклоняются перед могилами магов.
– Магов? – якобы удивившись, переспросил ренегат.
– Ага! Этот памятник посвящен магам Грифлиона, как светлым, так и темным, – объяснил мальчишка.
– Э? Разве они не были врагами Империи? Я про темных… – добавил он полушепотом, натянув на лицо выражение тревоги.
– Это пусть рассуждают историки, – пожал плечами тот, внимательно разглядывая Реннета. – Грифлион не из тех нововозведенных городов, с радостью забывающих собственную историю. Здесь нет места ненавидящим прошлое, даже если оно состояло из ошибок.
– Вот как… – выдохнул юноша. – К сожалению, я никогда раньше не бывал в этом городе, потому прошу прошения, коли веду себя неподобающим образом, – чуть склонил голову он, изобразив раскаяние.
– Можете не извиняться, – кивнул в ответ мальчик, а уже в следующий миг Реннету пришлось отскакивать в сторону.
Сорвавшаяся с ладони мага сияющая белым стрела насквозь прошила каменный памятник. Раздался сухой треск и мелкие осколки полетели во все стороны. На месте, где сейчас зияла обожженная дыра, мгновением ранее сидел юноша.
«А сам разглагольствовал о важности истории… Ну и мастер же он нападать без предисловий!» – невольно восхитился ренегат, невзирая на то, что едва не остался без головы. Его бы разорвало на куски, словно вызревший арбуз.
– Ты… ты что творишь? – изобразил он изумление и, словно испугавшись, сделал несколько шагов назад.
– Превосходная реакция для жадного торговца, – усмехнулся мальчик с таким видом, будто только что наблюдал нечто забавное. – Ну и кто же ты на самом деле? Агент Армии Ночи? Или один из так называемых «охотников на магов»?
Реннет окончательно удостоверился в том, что обмануть стоящего перед ним юнца не получится. Возможно, тот изначально прикидывался неопытным новичком. Достаточно взглянуть ему в глаза, чтобы увидеть решимость убивать. Он явно был безумен и такого человека уже мало что заставит сдаться.
«Как и всегда, придется действовать радикальными методами», – подумал он.
Сконцентрировав магию в ладони, Реннет сотворил огненный шар и без лишних слов метнул его в мальчишку. Однако тот просто улыбнулся на это.
Скорость полета огненного шара примерно в три раза ниже скорости огненной стрелы, но поражает первое заклинание большую площадь. Не смотря на это, необычный юнец вел себя расслабленно. Направив палец на летящий в него сгусток концентрированного в форме шара пламени, он едва заметно шевельнул губами. И вновь в воздухе вспыхнула ослепительно белая зигзагообразная стрела, которая угодила точно в огненный шар и рассеяла его на бесполезные клочки пламени. Впрочем, на этом дело не закончилось. Сияющая стрела превратилась в копье и полетела дальше, метя в Реннета.
Он едва успел увернуться и отскочить в сторону. И прямо в этот же миг в его противника прилетели магические вихревые лезвия. Их метнули укрывшиеся в засаде маги-охотники. К сожалению, их заклинания также не смогли причинить вред мальчишке, разбившись об искрящийся щит, сотворенный им, по-видимому, ранее.
– Так и знал, что ты здесь не один, – насмешливо фыркнул противник. Словно говоря о незначительном пустяке, он добавил: – Ничего не поделаешь, придется расправиться со всеми.
Как оказалось, мальчишка не переоценивал себя, заявляя о расправе. Все посланные в него заклинания были отражены безупречными движениями рук. Он не выглядел новичком в том, что касалось сражений. К тому же, элемент – молния, считается во много раз опасней огня. Он является результатом слияния сразу трех стихий: огонь, а также вода с ветром, составляющие вместе лед. Магия элемента молнии обладает огромной проникающей силой и скоростью.
Поэтому Реннета не сильно удивил тот факт, что двое из четырех магов его группы буквально сразу после начала сражения упали, парализованные сияющим разрядом. Против этого редкого элемента эффективнее всех земляная стихия, а уязвимее – вода. Один из охотников сумел успешно возвести вокруг себя отражающий щит и тем самым спасся, а вот огненный барьер самого юноши с трудом выстоял против молнии, брошенной противником. Реннет осознал, что в следующий раз ему повезет меньше.
От мальчика тоже не укрылась низкая сопротивляемость огненной защиты против его атак. Он предпочел воспользоваться этой слабой стороной врага, не теряя времени направившись к ренегату. Когда он сжимал и разжимал кулаки, словно готовясь нанести сильнейший удар, между пальцев проскакивали бледные искры.
Поначалу Реннет не хотел применять силу собственного элемента, чтобы не выдать в себе личность лидера Гончих, но быстро передумал.
– Зря вы сунулись в мой город! – заявил противник, медленно приближаясь.
– Твой?
– Да, он мой целиком и полностью, так как глава клана Зачарованных Статуй сейчас я, пусть и не официально до достижения совершеннолетия, – объяснил он и резко взмахнул кистью.
Ослепительная сине-белая дуга метнулась в сторону Реннета. Уклониться на сей раз не удалось. Странная дрожь прокатилась по всему телу и мышцы онемели. Как подкошенный юноша рухнул на землю.
«Вот гаденыш, успел-таки использовать свое оцепенение! – выругался он уже про себя. – Ладно, стоит поблагодарить небеса хотя бы за то, что не потерял сознание. Паралич – эффект временный и должен скоро пройти. Нужно протянуть еще немного».
Каким бы бесполезным не выглядели его усилия со стороны, Реннет старался пошевелить руками и ногами. Ему достаточно было исполнить соответствующие жесты, чтобы активировать хранящееся в уме заклинание.
Внезапно новый разряд сковал его тело. Исходил он от прикосновения мальчишки, назвавшегося главой Зачарованных Статуй. Как известно, клан с таким названием числился одним из крупных в Светлом Ордене. Он улыбнулся и произнес негромко:
– Вы не представляете, с кем связались, ребята. Если бы вокруг не шла война и мои будущие подчиненные не проливали реки крови, таких как вы просто посадили бы под арест. Однако сейчас я могу быть не столь гуманным.