Чтение онлайн

Алисон ехала всю ночь по пустынным равнинам, испуганно прислушиваясь к отдаленному жутковатому вою шакалов. Звезды сверкали россыпью хрустальных осколков в темном небе, а впереди расстилались пески, таинственные и бесконечные.

На свете не существует более уединенного места, чем пустыня. И перед лицом этого бескрайнего пространства Алисон ощущала собственное ничтожество, хотя, как ни странно, сознавала, что стала частью огромного мира. Молчание было столь всеобъемлющим, что Алисон слышала, как бьется сердце в такт тихому, ритмическому топоту копыт.

Воздух был чистым и свежим, темнота успокаивала. Временами Алисон почти забывала о тревогах, отчаянной необходимости бежать. Но страх тут же возвращался, и девушка снова оглядывалась, каждую минуту ожидая увидеть Джафара в развевающемся за плечами бурнусе, преследующего ее на могучем вороном жеребце.

Час шел за часом, окутывая девушку усталостью. Она то и дело ловила себя на том, что начинает клевать носом. Встряхнувшись, она садилась попрямее и принималась считать звезды, вспоминать пословицы, детские считалки, чтобы не заснуть. Иногда приходилось укрощать кобылку, которой явно хотелось стряхнуть всадницу и вернуться в лагерь.

Уже ближе к рассвету кобылка внезапно бросилась в сторону и встала на дыбы, испуганная неведомым призраком. В следующую минуту Алисон растянулась на песке, оглушенная, задыхающаяся, не в силах понять, что произошло.

Однако, придя наконец в себя, она с ужасом прислушалась к удаляющемуся стуку копыт. Кобылка, наконец освободившись от нежеланного бремени, галопом мчалась в сторону лагеря. Теперь у нее нет лошади. Одна в этом диком месте, где жизнь человека зависит от выносливости его коня и воды.

Воды! Вскочив, Алисон начала лихорадочно шарить по песку.

Невыразимое облегчение наполнило девушку, когда пальцы коснулись мягкой кожи. По крайней мере от жажды она пока не умрет.

Глаза девушки устремились к восточному горизонту, где небо начинало розоветь. Солнце уже заливало безбрежное море золотистого песка. У Алисон не осталось выбора, кроме как идти вперед. Она ни за что не вернется к безжалостному похитителю!

С трудом поднявшись, Алисон перекинула через плечо мех с водой и узелок с хлебом и сделала первый шаг. Песок здесь был не таким глубоким и сыпучим, зато оказался крупным и зернистым, обжигавшим ладони, когда девушка иногда спотыкалась и падала. Вскоре все небо запламенело, солнце повисло над землей огромным огненным шаром и немилосердная жара вновь принялась иссушать и без того бесплодную землю. Алисон вся промокла от пота, но была рада, что захватила бурнус, защищавший от палящих лучей, и надвинула на лицо капюшон.

Приходилось жестко экономить воду. Смерть от жажды страшна, и Алисон могла позволить себе лишь по глотку каждые полчаса. Если повезет наткнуться на колодец или ручей, она напьется вдоволь.

Однако колодец все не встречался. Кругом лишь голубое небо, пустынный песок и беспощадное солнце. Алисон не встретила никого, кроме юрких ящериц. Скоро песок уступил место глине, чахлая трава сменилась колючкой и низкорослыми кустиками. Жестокий белый свет слепил девушку, а жара отравляла воздух, так что кружилась голова и жажда лишала сил. Каждая минута превращалась в вечность, но Алисон упорно пыталась удержаться на ногах и продолжать путь.

Еще не кончилось утро, но глупость ее поступка уже стала очевидной. Она совсем одна в этом забытом Богом месте, вода почти кончилась, а солнце только набирает силу.

Губы Алисон спеклись, язык распух, горло горело. В глазах кружилась и плясала тьма. Подняв голову, она разглядела стервятников, уже начавших кружиться высоко над головой в поисках добычи. И этой добычей скоро станет она.

Бесконечный день все тянулся, и девушка потеряла ощущение расстояния и времени, забыла обо всем, кроме гнавшей ее вперед решимости. Временами ей казалось, что смерть была бы благословенным освобождением.

Видение, мерцающее вдалеке, было таким прекрасным, что девушка едва не всхлипнула. Вода! То самое озеро, которое она заметила, когда Джафар вез ее сюда, на конец земли.

Алисон пыталась побежать к драгоценному, дающему жизнь источнику, но споткнулась и упала. Однако надежда дала ей силы, и Алисон, оттолкнувшись от земли, встала и вынудила себя сделать первый шаг. Ее нельзя победить. Она обязательно выживет!

Именно такой увидел ее Джафар. Девушка, пошатываясь, брела между кустами верблюжьей колючки и проклинала озеро, которое с каждым шагом, казалось, становилось все дальше.

– Благословен Аллах! Алисон!

Алисон замерла, надеясь, что слышала резкий окрик только в своем воображении, что топот копыт вороного жеребца лишь почудился ей.

Но это оказалось не фантазией. Все было реальным: конь, Джафар и нескрываемое облегчение в его голосе.

Джафар осадил коня и несколько минут молча сидел в седле, глядя на истомленное, обожженное солнцем лицо, и благодарил Аллаха. Половина племени прочесывала пустыню в поисках Алисон, но людям пришлось подождать рассвета, чтобы выйти в путь. Днем отпечатки копыт кобылки были ясно видны, но, когда они внезапно оборвались, Джафар понял, что девушка потеряла лошадь, и едва сумел скрыть охвативший его страх. Шансы на то, что она выживет, были ничтожны, но и надежды на то, что он найдет девушку прежде, чем та погибнет от жары и жажды, почти не оставалось.

Вознося молитвы ее и своему Богу, Джафар поехал по следам, оставленным Алисон на песке, но вскоре исчезнувшим на твердой поверхности. Только чудо и воля Аллаха привели его к ней. Это и черные точки, парившие в небе, – хищные птицы, стерегущие одинокую путницу.

Теперь, когда он нашел Алисон, сердце перестало так безудержно колотиться, а тугая пружина страха, терзавшая внутренности, потихоньку ослабла. Подогнав скакуна ближе, Джафар попытался поднять Алисон в седло, но она отскочила.

– Нет! Не смей трогать меня! – прохрипела она, слишком слабая, чтобы стоять, но слишком гордая, чтобы рухнуть на землю, слишком упрямая, чтобы признать поражение.

Джафар разъяренно уставился на девушку. Она погибла бы, не наткнись он на нее! Недавняя бурная радость сменилась медленно нарастающим гневом на Алисон, отважившуюся подвергнуть себя такой опасности, и… угрызениями совести – ведь это он довел ее до такого, вынудил бежать!

Когда Алисон повернулась, чтобы продолжить свой тяжкий путь, Джафар не остановил ее. Он должен позволить ей сохранить остатки гордости. Она сама скоро сдастся. Долго ей не продержаться.

Джафар медленно поехал следом, стараясь держаться поближе, однако уже через несколько минут раздражение взяло верх.

– Глупо так упрямиться, Эхереш! Ты умрешь от жажды, если не примешь мою помощь.

Алисон, подняв подбородок, выдавила прерывающимся голосом:

– Не погибну… если доберусь… до озера.

Джафар посмотрел в сторону мерцающего марева на горизонте. Только сейчас он понял, что имела в виду девушка, на что надеялась. Солнечные лучи, отражаясь от голубовато-зеленых кустиков и огромной лужи высохшей грязи, припорошенной солью, придавали миражу вид огромного водоема.

– Мне жаль разочаровывать тебя, милая, но Чот аль Ходна не настоящее озеро. Это солончак и лишь кажется водоемом. В это время года воду можно найти только в самой середине, но для этого нужно пройти много миль.