Чтение онлайн

– Молчит!– прокомментировал Робин. – Наверное, делает то, что сказала.

– Я задернула шторами все окна, – продолжил голос, – за исключением бокового окошечка, чтобы через него смог проникать лунный свет и немного веселить вас. А за ваши перчаточки не беспокойтесь! Никто их не тронет. Уж поверьте старой Мойре! Предоставленный мне час уже на исходе, с минуты на минуту сюда придет Кроун, попрощается с вами и запрет залу.

Услышав приближающиеся шаги Кроуна, шустрый Робин тут же сказал Фаустине бежать в башню жемчужных орлов, переждать там полчаса, а потом спокойно спускаться вниз. Как только принцесса скрылась из виду, эльф дунул в воздух и стал невидимым. И сделал он это очень во время, ибо в этот момент к двери подошел Кроун. Отворив ее, он вошел в залу.

– Ты все сделала, Мойра? – послышался его недовольный голос.

– Все, сеньор Кроун.

– Перчатки целые?

– Целые, сеньор Кроун.

– У меня такое ощущение, что за нами кто-то следит.

– Я никого не видела и не слышала.

– Ты свободна, Мойра. Можешь идти.

– Слушаюсь, сеньор Кроун, – ответила женщина.

Однако после этих слов никто из залы не вышел, что было весьма подозрительно.

«Кажется, эта Мойра не из человеческого племени, но и до фей с колдуньями ей далеко. Ладно, сейчас не до нее! Надо сосредоточиться и ловить момент, когда Кроун достанет ключ! – И Робин, изогнувшись в три погибели, принял боевой эльфийский старт.

Кроун вышел из залы, закрыл дверь и вытащил из кармана ключ. В этот момент Робин подпрыгнул, протянул руку и снял копию ключа, зафиксировав ее на своей ладошке. Ничего не заметив, Кроун запер дверь и, оглянувшись, быстро зашагал по направлению к лестнице.

Когда регент исчез в лестничном пролете, Робин спустился на пол, отряхнул свой красный костюмчик, подошел к двери, прильнул к ней свои большим зеленым ухом и снова стал слушать, но кроме завывания ветра и криков орлов ему ничего не удалось уловить, хотя один раз ему послышался скорбный плач женщины. Но это мог быть всего лишь ветер.

Через час Робин уже сидел на балкончике у Фаустины и с аппетитом доедал ореховый торт со сливовым сиропом, запивая его настойкой из лепестков роз.

– Ну что, узнал что-нибудь еще? – с волнением спросила Фаустина.

– Да ничего особенного, кроме глупых пришепетываний этой загадочной сеньоры, которая вряд ли принадлежит миру людей. Очевидно только одно – ее специально нанял Кроун для того, чтобы она ухаживала за телом королевы Маргариты. Меня больше интересует, почему твой Кроун уже целых пятнадцать лет держит ее на земле.

– Я часто задаю ему этот вопрос, но он либо отмалчивается, либо отвечает, что таким могущественным феям, какой была королева Маргарита, не место в холодной земле.

– Твой Кроун лжец, каких свет не видывал! Но я-то догадываюсь, в чем дело.

– В чем же, Робин?

– В перчатках, в кружевных перчатках, которые надеты на руки королевы Маргариты. И Кроун, и эта женщина постоянно толковали о них. Кроун просил мертвую Маргариту подарить ему эти перчатки, а женщина, наоборот, уверяла королеву, что ничего не произойдет с ними. Видимо, в этих паутинках заключено какое-то волшебство. И чтоб мне умереть через тысячу лет, если я лгу!

– Вздор все это, – сказал принцесса Фаустина. – Люди часто беседуют с мертвыми, как с живыми и говорят всякие глупости. И перчатки здесь не причем!

– А вот мы возьмем да и проверим! – зазывно качнул ушами Робин.

– Как?

– Войдем в залу и стащим эти перчатки. Смотри! – И Робин показав принцессе Фаустине свою морщинистую ладошку, на которой были обозначены контуры ключа. Потом Робин достал из кармана флакон с синей жидкостью, вспрыснул ей ладонь, и обозначенные линии тут же превратились в маленький серебряный ключик.

– Ничего себе! – воскликнула Фаустина.

– Теперь у нас есть дубликат, и мы можем спокойно навещать королеву Маргариту.

– Нет, Робин, этого делать нельзя. Если мы пойдем туда, то можем навредить принцу, а ему сейчас и так тяжело.

– Ты оскорбляешь меня, Фаустина. Разве я могу причинить вред принцу Перлю? Я слишком его люблю!

– Знаешь что, – сказала Фаустина, – давай-ка сюда этот твой ключик, а то тебе еще взбредет в голову явиться в верхнюю залу невидимкой, а там всякой нечисти и без тебя хватает.

– А что ты сделаешь с этим ключом?

– Отдам его принцу Перлю! Ведь он по праву принадлежит ему!

Стояла глубокая ночь. Сон никак не шел к принцу. Он ходил взад и вперед по своей опочивальне, размышляя над словами поэтессы Сафо. Зачем эта давно почившая женщина уговаривала его пройти сквозь бронзовое зеркало? Зачем? Чтобы избавить его от желания смотреться в него? Но это невозможно! Для чего тогда жить на этом свете? Да и хлопот у него пока что нет никаких. Кроун занимается его королевством, и дела, кажется, идут хорошо. Жемчуг вылавливается отменный, и среди улова часто попадаются черные жемчужины, за которые богатые вельможи готовы отдать целые состояния. Сколько еще на лагуне королевств, которые могут так хорошо обеспечивать себя? Потом принц начал вспоминать маленькие ручки Сафо, ее тоненькую фигурку и влажную смуглую щеку, которую он так неловко поцеловал. От размышлений его оторвал лакей, который неслышно вошел и принес ему халат.

– Положи его на кресло и уходи, – сквозь зубы процедил принц. Ему показалось, что Витторио, так звали лакея, подглядел его мысли, чтобы потом, хихикая, судачить о странностях своего господина, что было сущей правдой. «Здесь очень неприхотливые господа», – часто делился Витторио с другими слугами. «Одеваются и развеваются сами. Никаких хлопот»!

И он был прав, этот Витторио. Принц не любил навязчивого внимания со стороны слуг, да и современная слишком пышная мода вызывала у него раздражение. К тому же ему и не нужно было излишне украшать себя одеждой, ибо люди видели только его синие, как море глаза, черные кудри и летящий стан. Даже в простом матросском костюме он выглядел не хуже, чем в монарших одеждах.

Раздевшись и покидавши на пол вещи, принц накинул алый халат и призадумался. Неожиданно его охватила непонятная тревога. «Что это со мной? Что позабыл я?» – задал себе вопрос принц и бросился к старинному зеркалу. Взглянув на свое лицо, он пришел в ужас. Под нижней губой появилась жуткая, портившая его складка, о которой ему сказал Робин. Принц начал неистово тереть подбородок, даже пару раз смазал бальзамом, но ничего не получалось. Складка оказалась глубокой и разгладить ее было невозможно.

– Я начал дурнеть! – воскликнул принц. – Сейчас одна складка, потом вторая, потом мое лицо иссохнет как у старика, и на кого же я буду смотреть? Кем буду восхищаться? Что принесет мне наслаждение? Да, я Нарцисс и признаюсь в этом! Но я выказываю уважение и к другим людям! И вообще кому, какое дело, чем я занимаюсь у себя в спальне! Лучше умереть, чем подурнеть! Лучше умереть! Лучше умереть! – зарыдал принц.

– Умирать не надо, – послышался мягкий, нежный голос из зеркала.

Принц посмотрел на сияющую поверхность и увидел контуры тоненькой фигурки Сафо.