Чтение онлайн

Я заверил Лана:

— От меня-то они, во всяком случае, ничего не узнают.

И снова я был поражен, когда в ответ услышал спокойное:

— Почему бы и нет?

Готового ответа у меня не нашлось, но я решил, что надо предостеречь Лана от подобного благодушия.

— Потому что, — начал я и остановился. Трудно было в словах выразить мои смятенные чувства. — Потому что… Урт был моим другом и пострадал за то, что помогал мне.

— Передавал сообщения вашей колдунье, — продолжил Пан.

У меня отвисла челюсть. Он знает о Рвиан? Это что же?

Каждый мой шаг известен Измененным? Этот «кот»-слуга, по всей видимости, знает обо мне больше, чем любой из моих соплеменников. Я закрыл рот и спросил его как можно непринужденнее:

— Ты знаешь про это?

— От дюрбрехтских Измененных, — ответил он. — Об этом стало известно, когда пошли разговоры о том, за что Урта отправили на север.

Я, сглотнув слюну, стоял и во все глаза смотрел на Лана, не зная, что сказать.

Он в ответ тоже посмотрел мне в глаза, и во взгляде Измененного я видел подлинную искренность и теплоту.

— Это лучше держать в секрете, — сказал он. — Как для моего блага, так и для вашего. Наместник Янидд и его супруга — люди добросердечные, но если они узнают… Они могут решить, что обязаны сигнализировать в Кербрин и Дюрбрехт. И полагаю, если дело дойдет до Великого Властелина или до колдунов, могут быть приняты… меры.

Я не нашел ничего лучшего, чем согласиться.

— И в этом случае, — продолжал Лан, — вы пострадаете вместе с нами. Не сомневаюсь, что вас могут счесть за перевертыша.

Я кивнул, совершенно пораженный тем, что слышал. Чудо нанизывалось на чудо. Это был не простой слуга, не обычный Измененный, в нем чувствовалось умение мыслить глобально, предвидеть ситуацию, — такого раньше я не встречал ни у кого из его соплеменников, исключая, конечно, Урта. Если кто-нибудь и может удовлетворить мою любознательность относительно Ур-Дарбека и диких Измененных, то это Лан.

Жена наместника решила напомнить всем нам, что приближается Канун Баннаса, а это ежегодный праздник, когда людям полагается говорить не о кровавых битвах, а о веселых и приятных вещах. Она предложила, чтобы мне было позволено развлечь аудиторию более подобающими к случаю рассказами.

Для меня специально освободили стол посредине зала, взобравшись на который, окруженный солдатами и прочим живущим в замке людом (среди которого были как Истинные, так и Измененные), я повел повествование о Гвинниде и Духе.

Думаю, что рассказ мой удался, так как, когда я закончил, наступила тишина, и некоторые из слушателей, прежде чем начать хлопать мне, принялись оглядываться по сторонам. Я поклонился и, промочив горло глотком эля, поведал собравшимся легенду о наместнике Кирде и Мудрой женщине из Тирвана.

Когда эта история закончилась, час был уже поздний, и Янидд напомнил всем, что завтра надо рано подниматься для службы в честь Кануна Баннаса. Раздались протестующие крики Риса и его братьев, но Дарэ призвала детей к порядку, и те, хотя и весьма неохотно, подчинились, а мне было позволено спуститься со своего постамента.

Я уже собирался было покинуть зал, когда Лэна взяла меня за руку.

— Нам надо поговорить, — сказала она. — Завтра или в какой-нибудь другой из ближайших дней.

— Как вы пожелаете, — согласился я с надеждой, что она не заметила тревоги, которую вызвало во мне ее предложение.

Вероятно, колдунье просто хотелось получить более подробный отчет о моих странствиях, чтобы иметь возможность доложить в Дюрбрехт обо всем, что я видел, и о том, что я думаю о настроениях населения страны. Но я не мог заставить себя не думать о том, что еще может скрываться за этой довольно обычной просьбой.

Но, как бы там ни было, возможности, чтобы попытаться узнать что-то, у меня не оказалось, потому что пришли слуги с факелами и развели нас по нашим комнатам. Моим провожатым был Лан, и я следовал за ним в беспокойном молчании. Мне оставалось только надеяться, что Лэна ничего не подозревает, и молиться, что я поступил правильно, утаив то, что знал об Измененных и о том таинственном случае, свидетелем которому я стал в лесу близ Торнбара.

От этих размышлений меня отвлек голос Лана:

— Что-нибудь не так, Давиот?

Я увидел, что мы пришли и что дверь открыта, а Лан стоит и ждет с факелом в руке. Я заставил себя улыбнуться и жестом пригласил его войти.

— Что вас беспокоит? — спросил он.

В голосе его было столько сочувствия, что на какой-то момент мне даже захотелось все рассказать ему. Будь на его месте Урт, я бы сделал это не задумываясь, потому что с ним я бы мог обсудить все, но Лану я пока что так доверять не мог. Я увидел, что на каминной доске стоит кувшин с вином и две чаши. Я наполнил их обе и одну передал слуге.

— Лэна хочет поговорить со мной, — сказал я, чувствуя, что в тоне моем слышна нервозность.

Лан сделал успокаивающий жест.

— Лэна ничего плохого вам не сделает. Думаю, что ей нужен лишь ваш отчет как Сказителя, чтобы отрапортовать в Дюрбрехт. Ничего страшного тут нет.

— Колдуны наблюдают за мной? — спросил я, будучи почему-то уверен, что он обязательно должен знать ответ. — Я много думал об этом.

Он ответил не сразу, а после маленькой паузы:

— Они уделяют тебе особое внимание, Давиот, но это же и неудивительно. Ты открыто называл другом Урта, позволил себе отношения с Рвиан, иначе, чем все, вел себя с нами, Измененными. Потом то, что ты говорил в Дюрбрехте… Такое поведение не могло не вызвать интереса со стороны тех, кто правит этой страной.

На лице моем, должно быть, проступили признаки тревоги из-за слов, сказанных Ланом, потому что он усмехнулся и прибавил:

— Думаю, что особых оснований для беспокойства нет. Ты, конечно, прибавил им хлопот, но думаю, что тебе ничего не угрожает.

Измененный был совершенно спокоен, а я нет. Я слышал, как стучит в ставни за моим окном ветер, и мне казалось, хотя в комнате было тепло, что сквозняк пронизывает меня до костей. Я чуть было не вывалил все мои тайны этому странному Измененному. Но я сдержал свое желание, так как еще не доверял ему до такой степени. Вместо этого я спросил:

— Ты что-нибудь слышал об Урте или Рвиан?

— О Рвиан — ничего, — ответил Лан. — На островах нет Измененных, так что все, что могу сообщить тебе, это то, что она благополучно добралась туда. Что же касается Урта, он в Карисваре и, насколько мне известно, служит у купца, которого зовут Коннис. Известия с севера доходят медленно.

— Ты мне кажешься человеком осведомленным, — сказал я.

Лан снова кивнул, словно иначе и быть не могло.

— Эти владения славятся своими фруктами и табаком, — пояснил он. — Корабли отовсюду прибывают в Морвин, приносят известия, но по большей части из земель, не слишком удаленных к северу от Треппанека.