Чтение онлайн

За длинным списком новостей я скрывала, как сильно скучала по дому. В 13 лет, как я теперь уже понимаю, я показывала свой неуживчивый нрав всей семье, не желая подчиняться правилам и не понимая, “какой дурак это вообще придумал”. Мне хотелось свободы и взрослой жизни… Не признаваться же теперь, что, получив свободу и обязанности взрослого человека, я хочу снова жить у себя дома, подчиняться установленному порядку и ухаживать за младшими сестрой и братиком!

Я очень рада, что сейчас правила изменились и вновь избранная Повелительница Бурь может видеть родных. В Облачном мире немало критики новых технологий, немало жителей протестуют, но если бы не эти технологии, как бы мы общались, когда судьба велит находиться на расстоянии, выполняя долг?

В письмах мама посылала фотографии сестренки и братика, фруктов в нашем саду, рассказывала о том, что соседские мальчишки “крадут яблоки и чуть не украли корову-кормилицу!” Писала мама с ошибками, больше привыкшая разговаривать и работать руками. Как ни тяжело было маме сохранять в тайне место, где теперь находится ее дочь, она справилась, ведь договор, подписанный ею, имел настоящую магическую силу и нарушить его не решился ни один родитель в истории.

Моя судьба с тех пор тоже была скреплена с Облачным миром невидимыми магическими нитями, и мне пришлось забыть друзей и мечты о семье, что постепенно получилось, так как установление погоды и изучение законов земного мира занимало все мои мысли днем и ночью.

Никто никогда не сможет заменить мать, но Эмилия Бурьковская стала мне родным человеком, как я чувствовала тогда. В ее внимательном взгляде мне иногда чудилось какое-то недоверие, а иногда вопрос. Только когда ее отстранили от обязанности Повелительности Бурь, когда она покинула Дворец, оставив меня одни на один с дальнейшей жизнью, я поняла, что значили эти взгляды. Она понимала, что мне предстоит, предчувствовала, что не сможет защитить меня, и не понимала моего искреннего желания остаться на Облачном мире.

Марк Гиллий занимал должность начальника Комиссии по делам магической безопасности. По делам Комиссии он путешествовал в отдаленные уголки облачного мира, встречал разных людей на своем пути, удивлялся их привычкам, обычаям, домам…

Его дорожный костюм, состоящий из бордовых брюк из плотного материала и длинного плаща в цвет, мог выдержать любые условия и, кроме того, придавал Марку вид модного волшебника. А быть умным и в то же время модным магом являлось исключительным даром.

Из приказа, отданного утром, было ясно, что в деревне Нюаж в озере поднялась на поверхность какая-то лодка. Хотя Марк и не видел ничего опасного в перевернутой лодке, он понимал, что по пустякам не снаряжают Комиссию, поэтому интерес его и желание ехать росли с каждой минутой.

Марк работал в Министерстве уже двадцать лет – устроился на должность младшего делопроизводителя сразу после окончания Академии, и эти годы никак не отразились на его внешности: глаза его все так же улыбались, на лбу не залегли глубокие морщины, а тело благодарно откликалось на утреннюю гимнастику. Коллеги завидовали его генетике и удачливости, но может быть, Марк просто любил свою работу, оттого и не дряхлел?

Он и четверо коллег терпеливо ждали технического специалиста, опаздывавшего уже минут на пять. Наконец, Денис появился, на ходу накидывая капюшон: ожидалось путешествие в клауд-каре, или облачном автомобиле с открытой крышей, и ветер будет немилосердно обдувать со всех сторон.

– Что, Денис, именно вас, самого опаздывающего во всем Министерстве, отправили в составе Комиссии, – полушутя-полуукоряюще обратился к нему Марк.

– За предыдущие заслуги, как выяснилось, – ответил Денис. – Я и не ожидал. Сама Советник распорядилась отправить меня в служебную командировку, так как под моим руководством обнаружили обман Великого Процесса Выбора, – Денис сел в автомобиль, удобно вытянув ноги: снаружи транспорт выглядел компактно, но внутри явно применили формулу магического расширения, поэтому между сиденьями могло бы поместиться еще три таких Дениса и вытянуть ноги.

Путь занял не более получаса. Маги накинули капюшоны: ветер обдувал со всех сторон, а мокрые капли так и норовили попасть в уши.

Автомобиль остановился около небольшого здания из блоков прозрачного стекла. Показался седой маг в мантии голубого цвета, неуспешно скрывавшей круглый живот.

– О, приехали, – воскликнул он, добродушно улыбаясь, отчего усы его почти достали до ушей.

– А мы вас заждались, – старичок еле удержался, чтобы не обнять каждого гостя, будто имел дело не с официальной комиссией, а приехавшими погостить внуками.

– Здравствуй, Барий, – поприветствовал хранителя ключей Марк. – Если Вы не против, мы хотим немедленно увидеть место происшествия.

Денис не слушал, пока старшие коллеги задавали вопросы и выслушивали других свидетелей, как раз пришедших на место встречи гостей, – он всматривался в желто-зеленые лепестки цветов, в полупрозрачные камешки на дорожках, проложенных на облаках, в стеклянные жилые домики с острыми крышами, видневшиеся в дали деревни. Сам Денис давно не гулял по просторам облачного мира и теперь с удовольствием вдыхал прохладный воздух, кутая ладони в длинные рукава теплого свитера.

Процессия двинулась по узкой дорожке к скоплению домиков. План деревни был незамысловат: главная дорога (правильнее сказать – дорожка) вела прямо к озеру, пересекая город вертикально. Перпендикулярно к главной дороге шла аллея, на ней располагались маленькие магазинчики, зоны отдыха, театр, музей истории деревни. Как говорили старожилы, деревню можно было обойти, пока в местной харчевне разливают пять тарелок супа, да и то придешь раньше, чем нужно.

Денис не сразу увидел то, что теперь привлекало всех от мала до велика: дно лодки теперь приблизилось к берегу, и только ограждение и вручную написанная табличка “Приближаться запрещено” останавливали магов от самостоятельного исследования.

Барий засуетился, пару раз шикнул на особо горланящих детей.

– Вот, смотрите сами, – вздохнул он. – Она еще и двигается, правда, медленно.

Денис и остальные члены Комиссии приблизились к берегу. Один из членов Комиссии взмахнул руками, применяя заклинательную магию, чтобы определить внутренние силы магического артефакта. Марк закрыл глаза, считывая историю артефакта, однако впервые за долгие годы в глазах стояла полная ночь, тьма, черная завеса, похожая на густой туман. Марку стало холодно, что предвещало головную боль, но он все же напряг силу мысли, пытаясь преодолеть преграду, но тщетно.

Денис ничего не пытался сделать и не напрягал силу мысли – он просто подошел еще ближе и посмотрел на лодку. У него перехватило дыхание от удивления:

– Коллеги, такое возможно? – крикнул он, тряся головой. – Разве атмосфера облачного мира не переводит языки?

Остальные члены Комиссии ничего не могли понять и подошли к техническому специалисту.

– Посмотрите, – настаивал Денис. – Здесь, на дне лодки, надпись на другом языке. Вы тоже это видите?