Чтение онлайн

– Я – твоя биологическая мать, Айорверт, – сказала я. – Ты – мой сын, рождённый от человека.

Его лицо болезненно скривилось, голубые, с золотыми искорками глаза, потемнели.

– Мать? – едва ли не прошипел он. – Ты смеешь называть себя матерью?! Злобная циничная тварь, что ты знаешь о значении этого слова?!

Я слегка растерялась, не совсем понимая, к чему он ведёт.

– Что за бред он несёт? – озвучил моё недоумение Крис.

– Ответь мне, Кавэлли, – снова заговорил Айорверт, и голос его звучал поразительно спокойно. – Зачем ты пришла сюда? Зачем пришла за этой… демонессой?

– Что за странный вопрос? – ответила я. – Она – моя дочь. Ты похитил её, и держишь нож у её шеи. Как ещё я должна была поступить?

– Ты – демон, – не унимался Айорверт. – Ты – демон, а эта девчонка – «пустая». Зачем она тебе?

Я вздохнула. Объяснять светлому созданию, что я, демонесса, люблю своих детей – пустое дело. Он всё равно не поверит. Никто в это не верит. Тем не менее, я ответила:

– Аккэлия – моя дочь, и я люблю её. Я знаю, тебе в это сложно поверить, но я люблю своих детей…

Айорверт расхохотался. Зло, неприятно, как-то истерично. Я напряглась. Честно сказать, я не знала, как мне относиться к нему, как говорить с ним. Я не представляла, что наговорила ему Дайона, и боялась, что каждое моё словно может стать роковым для Келл. А самое страшное, что, несмотря на это, я никак не могла искренне пожалеть, что не убила его, когда он был в моей власти. Я не могла пожалеть о том, что отпустила того, кто держал нож у шеи моей дочери.

– Любишь?! Любишь своих детей! – издевательски повторил Айорверт. – Как это мило! Тогда, объясни мне, почему этой твоей любви не хватило на твоего первого сына? Почему твоей любви не хватило на младенца, которого ты бросила в Светлом лесу, на пороге начинающейся бойни?

– О чём ты говоришь?

– Не прикидывайся дурой, Кавэлли! – практически зарычал эльф, и дёрнул рукой, которой сжимал волосы Аккэлии. Она приоткрыла рот, словно хотела вскрикнуть, но с её губ не сорвалось ни звука. – Светлая Матерь рассказала мне всё! Всё! О том, что ты забеременела от человека. О том, что он хотел забрать этого ребёнка в мир людей, и принудил тебя дать клятву, что ты не убьёшь младенца. Но ты не захотела отдать ребёнка отцу. Ты приказала убить того человека, а ребёнка… меня… – его лицо болезненно дёрнулось как от пощёчины. – Меня оставила в Светлом лесу перед тем, как начала бойню. Меня нашёл Лиминдэль, по зову крови своей сестры, которую ты истязала, по приказу своих Верховных хозяев! Лиминдэль спас меня, пожертвовал своим бессмертием и родным миром, обратил в светлого эльфа, дал мне новую жизнь! – Айорверт едва ли не кричал. – И я хочу знать, как такая злобная и циничная тварь, как ты, так поступившая с одним своим ребёнком, может вдруг полюбить другого – «пустого», который родился лишь для того, чтобы умереть?!

А я слушала его, и мне хотелось кричать от злости и досады. Что эта Белая сука наплела ему?! Как эта озлобленная реликтовая тварь, которая, не иначе, как в насмешку, называлась Светлой, извратила факты моей жизни! Мне хотелось отбросить все остатки своего самообладания, и закричать, что я не бросала его! Что всё, что я сделала, было для того, чтобы спасти его! Что когда он был моим ребёнком, пусть ещё и не рождённым, он был для меня дороже моей собственной жизни. А его Светлая Матерь – просто лживая мстительная сука, которая не могла смириться с тем, что её время прошло.

Может быть, не держи он лезвие у шеи Келл, я позволила бы себе эту слабость. Но Айорверт сам был взвинчен до предела, и лишние эмоциональные всплески были сейчас ни к чему.

– Ты сказал, что хочешь правды, – спокойно сказала я. – Я скажу тебе правду. Но ты должен быть готов к тому, что она будет отличаться от той правды, что рассказала тебе Дайона.

Эльф удивлённо моргнул, и его лицо на миг стало совсем юным. Он удивлённо спросил:

– Кто?

– Твоя Светлая Матерь, – поправилась я.

Он неприязненно дёрнул щекой, словно ему было неприятно, что я произношу имя его божества.

– Говори, – бросил он.

– Отпусти Аккэлию, – вдруг вмешался Ориан. Он говорил спокойно, и его скрытую ярость выдавали лишь вспыхивающие огненно-чёрные глаза. – Ты пришёл за правдой – ты её получишь. Не зачем мучить ребёнка.

– Я пришёл не только за правдой. И ты не в том положении, чтобы ставить мне условия, дракон, – и кончик его ножа чуть касаясь, скользнул по щеке моей дочери.

Ориан едва слышно хмыкнул, и я его понимала. На самом деле – ситуация была патовая – пока у него Келл, мы ничего не могли сделать. Но как только он навредит ей – Кристиана и Ориана ничего не сдержит.

– Знаешь, эльф, – сказал Ориан. – Ваше племя не чурается грязных фокусов. Но я никогда не слышал, чтобы эльфийские войны прятались за детей.

Айорверт вздрогнул, как от удара, а Крис поддакнул брату:

– Верно. Приёмчик-то вполне себе демонический.

Лицо Айорверта исказилось:

– Это не ребёнок! – он снова дёрнул Аккэлию за волосы, и кончик кинжала слегка поранил ей шею. По бледной коже потекла тонкая струйка крови. – Это – мерзкое отродье Верховного демона… – взгляд эльфа иглами впился мне в глаза. – И шлюхи-полукровки.

Его слова меня не задели. К оскорблениям в свой адрес я уже давно привыкла. Практически каждый представитель светлых рас считает своим долгом назвать меня шлюхой, похоже, искренне считая, что этим меня можно задеть. Меня больше взволновала кровь на шее Келл. И рычание, вырвавшееся меж стиснутых зубов Ориана. И шипение Криса.

– Достаточно! – сказала я.

Я чувствовала, что и дракон, и демон, и эльф были на взводе. Ещё одно неосторожное слово, и кто-то из них сорвётся. И не важно, кто это будет – всё равно, первой пострадает моя Келл.

Я посмотрела на дочь. Она заметно дрожала. «Бедная моя девочка. Почему Айорверт пришёл именно за тобой? Только потому, что ты не можешь защитить себя?».

И я заговорила. Как можно суше, как можно короче, рассказывая события более чем двадцатилетней давности. Как я считала себя человеком, и как любила человека. Как стало известно, что я – демон. Как стала женой повелителя драконов, и потеряла всё, что мне было дорого в мире людей. Как не хотела жить, но ребёнок от любимого человека удерживал меня от необдуманного шага. Бал демонов, несчастная эльфийка, её вырезанные глаза, встреча с её братом. Предсказание ясновидящей и Светлый лес. Ритуал, и цена, которую заплатили я и Лиминдэль.

Я строго излагала факты, уделяя каждому событию по два-три предложения. И следила за эмоциями Айорверта. Он был совсем молод, и совершенно не умел скрывать их. Да и не пытался делать это – недоверие, упрямство, отвращение, изумление, снова недоверие… Выражения его лица сменялись, как узоры в калейдоскопе.

Когда я замолчала, над высушенной равниной повисла тишина. Я чувствовала, как Крис и Ориан переглядываются у меня за спиной. Видела, что Келл, забыв на время свой страх, внимательно слушает мою исповедь. Видела взгляд Айорверта. Мечущийся, недоверчивый, почти испуганный. Что бы не рассказала ему Дайона, это явно отличалось от моей версии. И теперь он пытается решить, кому верить. Своей богине, Светлой Матери… или ненавидимой всю жизнь демонессе. Какой абсурдный выбор.