Чтение онлайн

Пророчество слепой ясновидящей сбылось. Мой ребёнок оказался рядом со мной… и его настигла смерть. Я ощутила болезненный спазм в сердце. Это ощущение уже стало почти привычным.

– Мама?

Я посмотрела в тёмные глаза дочери. Странная штука – жизнь. Отца Айорверта я любила всем сердцем, и он полностью отказался от всего, чтобы иметь возможность быть рядом со мной и защищать меня. Отец Аккэлии причинял мне лишь боль и страдания, его я ненавидела. Но Айорверт стал моим врагом, а Аккэлия – любимым ребёнком.

– Всё в порядке, малышка, – вздохнув, я покрепче прижала к себе Келл, и шагнула в портал.

* * *

Портал Кристиана привел нас в Игровую – единственное место в Реншааре, куда он мог открыть портал в любое время, и не особо напрягаясь. В Игровой, к моей несказанной радости обнаружилась Лерден. Надо ли говорить, что наше явление удивило драконессу. Я попросила Криса рассказать Лер, что произошло, а саму Лерден – позаботиться о Келл.

Я же отправилась к покоям Ориана, надеясь найти там и сына, и мужа. И не ошиблась. Когда я вошла, Ориан, ещё в полубессознательном состоянии, лежал на своей постели, обнажённый по пояс, и чудовищная, как мне показалось, рана краснела на его смуглой коже. Над моим сыном склонился глава Золотых драконов. Рядом с ним стояла золотоволосая драконесса, с таким же невозмутимо-отрешённым лицом, как у самого Килгара.

– Ориан! – я хотела броситься к сыну, но меня тут же перехватил Ферокс, сказав:

– Нет, Милена, – я привычно вздрогнула от звука собственного имени в устах дракона. – Не вмешивайся сейчас.

– Ориан… – я с мольбой посмотрела на мужа. – Он же не…

Я боялась закончить фразу, но мне и не пришлось это делать. Ферокс покачал головой:

– Нет, его жизнь вне опасности, – сказал он, и тяжело добавил. – Теперь.

Я с облегчением выдохнула, и стала терпеливо дожидаться, пока Килгар закончит. Попутно я отгоняла от себя запоздалый, но навязчивый страх – что было бы, не опереди меня Кристиан? Успела бы я защитить Ориана, остановить последний удар Айорверта? Или моё тело снова подвело бы меня?

Килгар подал знак драконессе, и та стала подавать ему широкие ленты бледно-голубой ткани. Золотой дракон ловко накладывал их на рану, сооружая повязку. А на самой ткани одна за другой вспыхивали алым цветом руны.

Когда Килгар закончил и выпрямился, на его лбу блестели мелкие капли пота. Сам он выглядел усталым, но удовлетворённым собственной работой. Повернувшись к нам, он, наконец, заметил меня, и почтительно поклонился:

– Приветствую вас, повелительница…

– Что с моим сыном? – прервал его Ферокс.

– Честно говоря, раньше мне не доводилось видеть подобного, – признал дракон, извлекая из складок своего широкого одеяния платок, и осторожно промакивая вспотевший лоб. – По всему выходит, что его ранили чистым светом, обращённым в некую субстанцию, которая попала в кровь… – он покачал головой, – Этот свет действует как смертельный яд для тёмного создания, разрушает его плоть и сущность. Но у господина Ориана сильный организм, и вы, повелитель, очень вовремя дали ему свою кровь. Это помогло ему удержаться в сознании, и противостоять враждебной силе. Мне удалось нейтрализовать основную угрозу, с последствиями господин Ориан справится сам… – тут Килгар позволил себе лёгкую усмешку. – Конечно, если будет соблюдать мои рекомендации, и не ввяжется в очередную схватку со светлым созданием хотя бы ближайшие пару суток.

– Когда он очнётся? – спросил Ферокс.

Килгар задумчиво потёр висок, окинул взглядом Ориана, и уверенно ответил:

– Самое большее – через час.

Пока я слушала золотого дракона, мне удалось вернуть себе привычное равнодушное спокойствие – спрятаться за свою ледяную маску. И когда муж повернулся ко мне, я смогла спокойно встретить его тяжелый взгляд.

– Пойдем, – сказал он мне. – Поговорим.

Я кивнула, и вышла следом за ним в смежную со спальней комнату. Закрыв дверь, он прислонился к ней спиной, сложил руки на груди, сумрачно посмотрел на меня.

– А теперь я хочу знать, что там произошло, и кто сотворил это с моим сыном?

«С нашим сыном» захотелось поправить мне, но я смолчала. Почему-то на фоне того, что я собиралась рассказать, это замечание казалось мне неуместным.

– Эльф, – ответила я. – Светлый эльф.

Обезличивая Айорверта, я старалась подготовить себя к разговору. Потому что знала, чем больше я расскажу, тем больше у Ферокса будет возникать вопросов.

– Светлый эльф? – дракон прищурился. – Какой-то остроухий едва не убил моего наследника?! Извини, Милена, но я в это не верю. Любого из них Ориан размазал бы по этой проклятой пустоши, не замарав рук.

– Всё не так просто, – вздохнула я, соображая, с чего следует начать. И решила начать с главного. – Этот эльф был моим сыном. Моим и Кайомы Макфея. Тот, которого я оставила в Светлом лесу.

– Что?! – тяжесть взгляда сменилась изумлением. – С чего ты это взяла? Ритуал очищения крови убирает все следы родства. Ты не можешь знать, что этот эльф – твой сын.

– Сама бы я этого и не узнала, – кивнула я. – А вот Дайона знала точно. Это она привела его ко мне. Только использовала это не как награду, а как месть за то, что я отказалась помогать ей…

– Допустим. Но это не объясняет, как он смог победить Ориана, – Ферокс посмотрел мне в глаза, и взгляд его снова стал мрачен. – Вот что, расскажи-ка мне всё с самого начала. Откуда взялся этот эльф, при чем тут Дайона, и как вы все оказались в межмирье?

Я вздохнула, и начала рассказ. С того момента, как Драйк сообщил мне о пленённом эльфе. Я рассказывала обо всём: о мести Дайоны, о своём сыне, о своем решении отпустить его… Рассказывала и знала, что я не смогу придумать для себя оправдание тому, почему не защитила Ориана. Ведь, моя связь с Айорвертом оправданием для этого не была. Знала, что после рассказа, сразу же уйду. Чтобы пережить… пережить смерть того, кого я, в сущности-то, и не знала. Того, кто чуть не сломал всю мою жизнь. Того, кто чуть не лишил меня любимой дочери и сына. Перед которым я оказалась… такой слабой. Беспомощной…

Когда я дошла до момента, когда Ориан кинулся на Айорверта, чтобы отбить у него Келл, Ферокс, вдруг, подошёл ко мне, и сказал:

– Покажи мне, что было дальше. Мне надо это увидеть.

Это была не просьба, и мне осталось только послушно подставить голову под его руки. Пальцы дракона легли на мои виски, и я, прикрыв глаза, стала заново переживать те страшные моменты. Короткое, но яростно сражение Ориана с Айорвертом, крик Криса, собственную беспомощность, своего младшего сына, стоящего перед эльфом с моим Проклятием Света в руках… Когда я вспомнила глаза Ориана, затянутые серебристой плёнкой, Ферокс убрал руки, оборвав поток моих воспоминаний – остальное он уже видел сам. Я смотрела на задумчивое, словно окаменевшее лицо мужа, и чувствовала, как моя ледяная маска вновь даёт трещину… как она раскалывается… Нет, я не хотела, чтобы Ферокс ещё раз увидел меня такой.

– Я знаю, что должна была убить его, узнав обо всём, – заговорила я, поняв, что не в силах выносить повисшую тишину.
– Должна была предусмотреть, что если отпущу его, Дайона, вновь, будет его использовать. Но… я совершила глупость. Я не смогла этого сделать. За что и поплатилась. За что поплатился Кай… И за что чуть не поплатились Ориан и Келл. Вот и всё.

«Безразличней… ещё безразличней… Ещё спокойнее… Ничто не должно выдавать волнение. Договаривай и уходи. Не будь слабой перед ним… не позволяй себе этого. И вообще… Айорверт того не стоит!» – твердила я про себя, стараясь больше не смотреть на Ферокса, а только говорить, говорить...