Чтение онлайн

У нас имеется 13 крупных броненосных судов — 3 эскадренных броненосца, 4 броненосных крейсера, 2 старых броненосца береговой обороны и 4 легких крейсера. Все они, за исключением 2 старых броненосцев, прошли модернизацию. Кроме того, у нас имеются: один контрминоносец, 6 миноносцев, 2 подводные лодки, 18 торпедных катеров, 11 канонерок, 23 минных заградителя и тральщика и 26 сторожевых и посыльных судов, многие из которых — старые развалины. Спущены на воду, проходят ходовые испытания или могут через короткие сроки — через один-два месяца — приступить к ним, либо достраиваются на воде 3 контрминоносца, 4 миноносца, 6 подводных лодок, 6 торпедных катеров.

С этими силами мы не можем встретить флот вторжения в морском сражении. Нам придется ограничиться защитой минно-артиллерийских и противолодочных позиций в проливах и у Латраиды. Кроме того, следует определить и прикрыть минными полями возможные районы высадки вражеского десанта.

Согласно имеющимся у меня данным, численность нашей регулярной армии в настоящее время составляет примерно 53 тысячи человек. При объявлении мобилизации резервистов мы можем в течение шести недель выдвинуть на фронт в общей сложности 130 тысяч штыков и 18 тысяч сабель при 280 орудиях. Из них 45 тысяч штыков и 12 тысяч сабель — кадровые, а 85 тысяч штыков и 6 тысяч сабель — территориальные войска. Остальная часть мобилизационного контингента, которую мы можем снабдить вооружением, — около 90 тысяч человек — представляет собой необученных новобранцев, требующих не менее чем четырехмесячной подготовки.

Мы располагаем всего девятнадцатью боевыми дирижаблями, причем большинство из них уступает по грузоподъемности летательным аппаратам противника».

«Это все секретные сведения!» — вскинулся военный министр. — «Откуда они у вас?»

«Из переданного мне покойным сенатором Грайсом меморандума о развертывании мобилизационных мощностей промышленности» — спокойно ответил Обер. — «Кстати, о возможностях нашей промышленности. В настоящее время вся армия вооружена новой отечественной магазинной винтовкой калибра 7,5 миллиметра. В артиллерии на вооружение поставлены также отечественные скорострельные полевые пушки калибра 8 и 10 сантиметров, и гаубицы калибра 12 и 15 сантиметров. Но подобным же образом вооружена и большая часть армии вторжения.

Более того, в армии противника имеется около 70 пулеметов, закупленных в Великой Унии и в Долинах Фризии. Что же можем дать мы?» — С этими словами Обер раскрыл другую папку и передал собравшимся копии памятной записки.

«Вкратце: примерно за год переданы в войска первые 120 пулеметов под стандартный винтовочный патрон, и возможности их ежесуточного выпуска доведены до 3 штук. Мы постараемся увеличить его до четырех в сутки. Помимо этого, готовится выпуск облегченного пулемета с воздушным охлаждением ствола — в перспективе по два в сутки.

Для придания войскам маневренности в артиллерию передано 136 грузовых автомобилей и готовится передача еще такого же числа, что позволит почти полностью моторизовать части тяжелой артиллерии. В пехоте планируется создать армейское управление автоперевозок, в распоряжение которого передается 400 грузовых автомобилей, что позволяет единовременно перебросить около 10 тысяч человек, а при, переброске на расстояние не более 100 километров можно за день перебросить вдвое больше. В случае мобилизации гражданских грузовиков наши маневренные возможности соответственно возрастут.

Собираются и будут в течение двух месяцев переданы в войска бронированные автомобили, вооруженные 1–2 пулеметами во вращающихся башнях с круговым обстрелом или с короткоствольной 5-сантиметровой пушкой в такой же башне. Всего по истечении двух месяцев будет готово 36 бронеавтомобилей с пулеметами и 12 — с пушками.

Начато массовое производство минометов — облегченной артиллерийской системы для навесной стрельбы. Данные в записке указаны. Уже передано в части 180 минометов и темп производства доведен до 2 штук в сутки.

Наконец, на Оторуане проходят испытание первые образцы аэропланов, вооруженных пулеметом для борьбы с дирижаблями, и аэропланов, оснащенных двумя двигателями и способных нести до 300 килограммов бомб. Через два месяца мы будем иметь 16 истребителей дирижаблей и 24 бомбардировщика. Это, в основном, все.

Со своей стороны, предлагаю сформировать ударные части, хорошо оснащенные пулеметами, бронеавтомобилями и аэропланами, и приберечь их для нанесения решительного удара по силам вторжения. Детальные предложения имеются в памятной записке».

«Бронеавтомобили… Аэропланы…» — проворчал военный министр, нарочито четко и медленно выговаривая новые слова. — «Баловство это. Вот пулемет я в деле видел. Хорошая штука, особенно против конницы. Их бы надо побольше дать!»

«Дадим» — с кивком ответил Обер. — «Будут ассигнования, можно и до пяти пулеметов в день собирать».

Худощавый министр финансов нервно пощипывал коротко стриженую щеточку усов.

«Деньги найти можно» — наконец проговорил он. — «Но надо тогда объявлять военное положение и принимать в Национальном собрании закон о чрезвычайном военном бюджете».

«Я готов участвовать в подготовке законопроекта о военном бюджете и о военном положении в промышленности» — поддержал его Обер. — «Но я пока не имею здесь официального статуса. Строго говоря — я турист, я даже не гражданин Федерации. И военный министр прав — формально я не имею допуска к сведениям, составляющим государственную или военную тайну…»

Его перебил Председатель Сената, присутствовавший на заседании:

«Ваше заявление о вступлении в гражданство Федерации и присовокупленное к ней ходатайство покойного сенатора Грайса лежат у нас в канцелярии…»

«И их надо немедленно рассмотреть и решить этот вопрос!» — закончил за него фразу начальник Военно-промышленного управления, оценивший техническую компетентность Грайса-младшего.

«Да, еще одна просьба!» — обратился Обер к военному министру. — «Мне кажется, было бы целесообразно задержать до объявления военного положения очередное увольнение из армии, а весенний призыв объявить немедленно. Из призывного контингента следует отобрать наиболее крепких в физическом отношении новобранцев — примерно 300–400 человек — и направить их в организуемый рейдерский батальон, предназначенный для диверсионно-террористических действий по тылам противника. Записку к проекту приказа я подготовил, прошу вас ознакомиться».

Время закрутилось с головокружительной быстротой. Обер сновал из министерства в министерство, с завода на верфи, с верфей в гренадерскую роту Тиоро. Вышел приказ о создании рейдерских батальонов. Был поставлен на голосование в Национальном собрании закон о военном положении…

Когда до истечения указанного Обером трехмесячного срока осталось полторы недели, радиостанция морского ведомства приняла сигнал, переданный с торгового судна Федерации: «12 митаэля весны 1486 года. Парусная регата стартовала». Немедленно во флоте Федерации была объявлена тревога. На дальнюю разведку вылетели дирижабли, в море вышли дополнительные сторожевые суда, встали под погрузку минные заградители. На береговых батареях была объявлена повышенная боевая готовность. Орудия были расчехлены, расчеты круглосуточно дежурили при орудиях, заряды были выложены на орудийных площадках…