ЖАНРЫ

Повесть о том, как я за счастьем ходила
Шрифт:

— Ты станешь абсолютно богатым, жутко влиятельным, серым кардиналом при двух королях. Одному пошептал на ушко, другому погрозил пальчиком, всё чики-чики и золото в схрон.

— А ты злая вернулась из своей турпоездки. Что, судьба подкинула двух мужиков сразу, и ты не знаешь к кому прильнуть? Один хорош, да и другой вроде не лыком шит, — хихикнул Чеки.

— О, милый Чекион, ты как обычно зришь в корень. Только судьба послала мне трех мужиков: царственного, волшебного и зажравшегося нахала, весьма симпатичной внешности, двурогого и парнокопытного.

Чеки от души засмеялся.

— Лия, друг сердечный, ты, конечно, ангел, но твои зубки очень напоминают оскал пираньи. Пожалей бедного плутоватого черта, да возлюби его, как ближнего своего…

— Да отпусти ему грехи, — загнусавила я в тон черту, — вольные и невольные, зримые и незримые… Аминь. — Поставила я жирную точку.

От неожиданности черта подняло и перевернуло, сплющило и перекособочило. И он пулей вылетел из так неожиданно освещенного пространства.

***

После возвращения Макс не заходил ко мне больше недели. Но однажды нарисовался в дверях и с ходу ринулся в лобовую атаку.

— Как ты могла? Как ты до этого просто додумалась? Почему с тобой поехал наш самый страшный враг?

— Мирбок — враг? — Искренне удивилась я.

— Да, Мирбок, этот серый воин. А ты знаешь, что это один из сильнейших магов, воин не знающий ни жалости, ни пощады. Человек, которого бояться по обе стороны барьера, а ты? — И вдруг Макс запнулся, сощурил глаза и пристально посмотрел на меня, — так как ты сказала его зовут — Мирбок? Он сам тебе так представился или его кто-то назвал?

— Не помню, — искренне удивилась я, пожав при этом плечами. — А что?

— Неужели ты не знаешь, — свысока упрекнул меня Макс, — если волшебник открывает свое имя, то он становится уязвим?

— Ну, тогда это псевдоним, — легко отмахнулась я от проблемы.

— Что?

— А ты разве не знаешь? Ложное имя. — Невинно скопировала я его.

— Один один, сударыня, — спрятал свое недовольство король за восклицанием. — Чаем-то меня в этом негостеприимном доме напоят?

И дальше разговор потек на отвлеченные темы. Но очень быстро стал обоим неинтересен и затих. В гнетущем молчании, погруженный каждый в свои мысли, мы допивали последние глотки ароматного чая.

— Да, сударыня, — поднимаясь, сказал царь, и пристально посмотрел мне в глаза, — надеюсь, при следующей встрече Вы будете более открытой и откровенной.

И, наклонившись к ушку, как бы для поцелуя, негромко шепнул: «А то ведь слухи разные до меня донесли».

— Все это должно быть, невероятно, любопытно, ваше величество, — и я почтительно склонила голову и чуть присела в реверансе, радуясь тому, что могу спрятать свой колючий взгляд. Макс сделал быстрый шаг назад, резко развернулся и прошествовал к двери, бросив через плечо:

— До встречи, сударыня.

Затихающий цокот копыт сообщил мне о спешном отъезде последнего.

***

— Вот так встреча, — услышала я со спины голос Генеи, бесшумно вспорхнувшей в комнату, — да, любовной ее явно не назовешь.

— Лапочка, давай попьем чайку, — попыталась я взять себя в руки, искренне попросив подругу. — И, пожалуйста, давай не будем об этом.

— Не будем, так не будем, — сразу согласилась она, — А Мирбок — это его настоящее имя?

— Да, я то откуда знаю, ведь магичка у нас ты, а не я, и …

— Да, ладно не кипятись, — улыбнулась Генея, — ты посмотри, что я тебе принесла. — И она протянула мне две серых пушистых варежки, — это тебе Ядва передала. А еще она сказала, что когда ты покинешь этот мир, они будут напоминать мне о тебе. — С грустью в голосе закончила она. — А когда ты собираешься исчезнуть?

— Генея, отстань и не задавай глупых вопросов. Все равно не отвечу, так как не знаю. По слогам. Не-зна-ю.

— Забавная ты, Лийка. Давай лучше и вправду попьем чайку.

***

Куда больше событиями моей турпоездки интересовался Чекион. Он несколько раз спокойно и дотошно расспрашивал меня, вникая в разные мелочи и сопоставляя факты. Особо его заинтересовал рассказать об открытой книге: что она из себя представляет и как работает; что хотела и чего добилась. Пару раз он снизошел до объяснений, почему всех так напрягло мое отсутствие, а особенно напрягает мое присутствие.

— Лиечка, золотко, ты давно стала ключевой фигурой в чьей-то игре. Только бы не мешало понять в чьей, — разглагольствовал черт. — Но ты не расстраивайся, мы обязательно во всем разберемся.

Не меньшее внимание уделил он медальону. Внимательно рассматривал его, крутил в руках и даже для верности попробовал на зуб. Как истинный эстет с удовольствием восхищался его инкрустациями, вензелями и вообще общим видом. Медальон в его руках себя ни как не проявлял. Поэтому пару раз повертев его, Чеки со вздохом возвращал находку назад.

— Да, — сделал вывод черт, — эта штука со мной общаться не собирается.

Иногда меня тоже тянуло порассуждать на философские темы.

— Чеки, кто по-настоящему правит этим миром? И почему мы здесь? И что будет дальше?

— Наслаждайся текущим моментом, моя дорогая. А дальше? Ты же изучала историю своей цивилизации?

— Зарождение, развитие, война, возрождение, новый виток развития, война, а по-другому нельзя?

Чекион снисходительно улыбался моим наивным желаниям.

— Ход событий еще никто не отменял. Чтобы увидеть новое, весьма неплохо стряхнуть старое.

***

А в королевстве все шло своим чередом, только семимильными шагами. Все повально готовились к войне и, причем непросто к войне, а обязательно к победе. И даже врага себе придумали — народ Рымбако, а мракобяшки — это их порождение, и это они пожирают все краски и убивают мир Изумрудной, и их обязательно надо убить, с ними нельзя ни о чем разговаривать, они такие…

— Макс! Война убьет экономику твоей страны. Остановись, пожалуйста, послушай.

— Что ты понимаешь в экономике? — Снисходительно улыбнулся Макс, — ты красивая женщина, вот и оставайся ею.

— Да, ваше величество, — съязвила я, — быть красивой и глупой, наверное, удобно. Но у меня, к сожалению, это не получается. Горе от ума.

— И что же на этот раз беспокоит твою заботливость?

— Ты знаешь, я иногда возвращаюсь к картине на скале. Это же какого уровня развития должна быть цивилизация, что смогла не только нанести рисунок на скальную породу, но и сделать какие-то колоссальные вселенские расчеты, учитывая перемещения и вращения галактик, звезд, планет? Все это обсчитать, совместить и в определенный срок заставить проявиться?

Поделиться с друзьями: