Чтение онлайн

Коля долго молчал. Вспомнился самый последний день. Генка сидел на чемодане посреди комнаты и улыбался. Коля хотел съездить к нему, да так и не выбрался, не получилось.

– Знаешь, у Виктора и Нины - сын.
– Коля отвернулся.
– Четыре года ему, Генкой назвали. Из Ленинграда мне Сергеев звонил. Он снова в обкоме. А Коломиец… Ты его помнишь?

– Ну как тебе не стыдно, - укоризненно сказала Маша.
– Что он? Где? Наверное, уже заместитель наркома?

– Он погиб… - Коля покачал головой.
– В сорок втором летел из Москвы над Ладогой, самолет сбили. И Бушмакин… умер в блокаду. Такие дела… А с Виктором мы опять работаем вместе. Он полковник, начальник отдела. А ты?
– Коля распахнул Машину шинель.
– Показывай свои погоны, похвастай.

– Перестань, - она сняла шинель. На гимнастерке поблескивали погоны майора.
– Увы… - Маша улыбнулась.
– Тебя не догнала, да и эти пора снимать. Военный переводчик майор Кондратьева ушла в запас.
– Маша окинула взглядом Колин штатский костюм.

– Раз уж разговор о чинах - с чем тебя поздравлять?

– Месяц назад получил комиссара.

– Коля!
– ахнула она.
– Поздравляю, милый. Но в первую голову - себя! Как я рада!

– Почему себя?

– Боже мой, - Маша всплеснула руками.
– Ну что такое майор? Тем более - запаса! Благодаря тебе теперь я - "генеральша".

– Ты не меняешься. Молодец ты у меня, Маша. Все-таки есть судьба, что свела нас. Спасибо тебе.

– И тебе, - улыбнулась Маша.

…Вечером пришли Виктор и Нина, привезли Генку. Он бегал по комнатам в Колиной комиссарской фуражке и каждую минуту приставал к отцу:

– Дай пистолет.

– Да зачем тебе?
– не выдержала Маша.
– Из него можно убить, ты это понимаешь, ребенок?

– Понимаю, - солидно отвечал Генка.
– Приучаться надо. В милицию пойду.

– В милицию, - повторила Маша и покачала головой.
– Вот дед обещал когда-то, что к твоему совершеннолетию, Генка, не будет ни милиции, ни преступников.

– Будут, - уверенно заявил Генка.
– Глупости дед говорит!

– Это он наш разговор подслушал, - покраснела Нина.
– Мы тоже с Витей об этом спорили. Господи… - Она вздохнула.
– Что же делается опять. По рынку иду - жулики. Карманники, мошенники, аферисты всякие. Откуда их только нанесло. В карты режутся, спекулируют. Победа пришла, совесть у них должна проснуться. Похоже, Генка-то прав.

– Не то чтобы прав, - сказал серьезно Коля, - а просто время опять тяжелое. Разруха в освобожденных областях. Голод, холод. И возможности для нетрудового заработка. Всякая накипь из щелей снова вылезла. Ладно, справимся.
– Он взял внука на руки, подбросил к потолку, весело крикнул: - Значит, в милицию Генка пойдет? Отлично! Будет целая династия Кондратьевых - Кондаковых! А что? В былые времена в иных семьях испокон веку были военные, моряки, дипломаты… А мы чем хуже? Правда, Генка?

– Правда, - согласился Генка.

Маша не могла сидеть дома без дела. Уже на следующий день она пришла в политотдел управления и попросила работу. Начальник обещал помочь, а пока предложил наладить дело в милицейском доме отдыха, который находился в сорока километрах от Москзы по Савеловской дороге. Маша тут же уехала.

А спустя час Коле позвонил Виктор и попросил разрешения зайти по срочному делу. Виктор пришел вместе с коренастым, похожим на борца майором железнодорожной милиции, который положил на стол Коли запечатанный пакет.

– Миронов, из ОББ «Отдел борьбы с бандитизмом», - представился майор.
– Тут вот какое дело… - Майор хитро улыбнулся.
– Вы, товарищ комиссар, не подумайте, что мое начальство жаждет спихнуть вам сложное дело. Посмотрите материалы, - он подвинул к Коле, пакет.
– Сами убедитесь. У нас с апреля зарегистрировано несколько десятков серьезных ограблений в пригородных поездах. Отбирают деньги, ценности.

– Что-нибудь раскрыли?

– Нет, к сожалению, - виновато сказал майор.
– Наши опергруппы систематически сопровождают поезда и ни разу не столкнулись с преступниками. Самое неприятное - есть несколько случаев со смертельным исходом. Ограбят, а потом выбросят из поезда. На ходу.

– Свидетели установлены, допрошены?

– Нет… - Майор развел руками.
– Никто не заявлял. Вероятно, угроза расправы достаточно реальна, боятся.

– Утром подберут труп у полотна, - вмешался Виктор, - начинают разматывать дело, и - все в песок. Надо помочь, товарищ комиссар. Пусть они продолжают работать у себя на железных дорогах, а город мы обеспечим сами.

– У ваших людей большой опыт и связи в городе, - поддержал Виктора майор.
– А банда наверняка городская.

– Почему вы так думаете?
– спросил Коля.

– Мы вышли на городской адрес, - продолжал майор.
– Источник, от которого получены сведения, проверил по нашему заданию этот адрес. У хозяина квартиры Панайотова много ценностей и среди них несколько колец с камнями. Они проходили по нашим материалам - их бандиты сняли с погибших. И еще: в этой квартире я был сам под видом монтера. У Панайотова отлично подобранная коллекция картин и гравюр. Я спросил: сами собрали? Говорит: от отца осталось. Я начал потом выяснять - врет. Его отец ничего не собирал. Очень ценные вещи там есть. Я в этом понимаю, я ведь на фронт со второго курса Суриковского училища попал.

– Может быть, сразу подключим следствие?
– Коля посмотрел на Виктора.

– Вряд ли стоит, Николай Федорович.
– Виктор взял пакет.
– Позвольте?
– Он вынул первый лист, прочитал: - "Сегодня в двадцать один ноль-ноль к Панайотову придет продавец", - Виктор посмотрел на Колю и добавил: - Тот самый, у которого куплены предыдущие вещи. Есть смысл встретиться, - Виктор улыбнулся.
– Прошу подключить майора Рудакова, втроем мы вполне справимся.

– Добро, - кивнул Коля.
– У меня только один вопрос: почему вы решили, что во всех случаях действует одна и та же банда?

– Почерк схожий, товарищ комиссар, - сказал Миронов.
– В тех случаях, когда они убивали людей, они это делали всегда одинаково: сначала нож в спину, а потом - под откос.

Коля посмотрел на часы:

– Готовьтесь.

Когда офицеры направились к дверям, Коля окликнул:

– Задержитесь, полковник.

Прикрыв за Мироновым дверь, Коля взял Виктора под руку, подвел к окну.

– Маша уехала под Дмитров. Как по Савеловской? Не было таких случаев? Волнуюсь я что-то, Витя.

– Были, - помедлив, ответил Виктор.
– Два. Батя, ты зря не паникуй. Я сейчас позвоню в железнодорожную милицию, попрошу.

– Не нужно, - перебил Коля.
– Неудобно. Ступай.

Виктор ушел.

К Панайотову Виктор, Рудаков и Миронов поехали в половине девятого. Машину поставили за полквартала от дома, оставшийся путь прошли пешком. Все были в штатском.

– Вот он, - Рудаков в последний раз сверился с адресом.
– Ничего домик.

Это был "доходный" дом дореволюционной постройки. Купцом-строителем он предназначался для богатых врачей-гинекологов, адвокатов и биржевых дельцов. Теперь в нем жили самые разные люди - и наследники тех рабочих, которые заселили эти роскошные квартиры в первые дни революции, и ответственные работники с семьями. В нише на уровне девятого этажа стоял рыцарь-тевтон с огромным двуручным мечом.