Чтение онлайн

Повествование начинается с трех центральных окон с масками горгон. Оно знаменует, согласно мифу, время подлета Персея к острову, где жили горгоны, и обнаружение им трех сестер горгон. Которая из них Медуза?! Следующее мгновение переносит действие сюжета на окна, размещенные по краям фасада (по два окна с масками горгон), перед Персеем уже две горгоны… Это Медуза! На нее указал ему вездесущий Гермес! Одна маска — живая Медуза, оказавшаяся от Персея на расстоянии вытянутой руки с мечом, другая — ее отражение в медном щите, в который смотрит герой, чтобы не видеть прямого взгляда Медузы, превращающего все живое в камень. Овал ниш окон как бы напоминает об этом круглом щите» [88] .

Вот так! Во всем контексте архитектурного облика всего здания, в умении воспринимать послание, обращенное к нам мастерами прошлого, усиленное нашим историческим опытом, и нужно «читать» маскароны, в частности весь декор сооружения, который в отрыве от него — бессмысленен, как литеры рассыпанного набора. Неторопливо, во всей полноте используя умение, стремительно теряемое нынешними поколениями — умение наслаждаться чтением, музыкой, архитектурой. Зачем? Чтобы жить полно! Чтобы улица не была тупым монотонным и мучительным маршрутом из пункта А в пункт Б, а неповторимой частицей бытия. Как гениально у Александра Сергеевича: «Летят за днями дни, и каждый миг уносит частицу бытия…» И все равно едете ли вы на метро, несетесь, расталкивая прохожих, по тротуару или стоите в пробках, запертые в железной коробке автомобиля: «…каждый миг уносит частицу бытия…» Каждый! Вашей жизни! А этот миг, эту частицу бытия следует проживать наполненно, с интересом и радостью, что и есть счастье бытия, то, чего, как говорил мой армейский старшина, «на том свете и за поллитру не дадут!»

Наб. кан. Грибоедова, 69

Относительно разработки образа горгоны в маскаронах отчетливо прослеживается два направления. Одно — в сторону иносказательности, в сторону психологической проработки образа, другое — в декоративность, когда обилие змеевидных волос Медузы превращается в самодостаточный орнамент; так, в образе Медузы, «охраняющей» дом № 19 на Рузовской улице (арх. Б. И. Пфшович), «художник, изображающий горгону Медузу, не придерживается правил, связанных с портретной корреляцией создаваемого образа. Этому способствует не только ее непременный атрибут — змеи на голове вместо волос, но и характеристическая непредсказуемость поведения страшного мифического персонажа. Поэтому в передаче выражения лица Медузы существует такой диапазон предполагаемых чувств, на который способна мимическая мускулатура в воспроизведении оттенков отрицательных эмоций.

Иногда и змеи на голове мифической женщины-чудовища становились объектом вдохновения скульпторов. И тогда уже не выражение лица Медузы, а рельефные изображения представителей отряда пресмыкающихся, извивающиеся вокруг ее головы, привлекают внимание прохожих (П. С., Малый пр., 25, арх. А. Н. Дмитриев; Большая Монетная ул., 6, арх. В. С. Шорохов)» [89] .

В данном случае декоративность превалирует над драматическим содержанием. Замысловатые извивы змей превращаются в сказочную плетенку, где собственно лицо Медузы не играет определяющей роли. Другое направление в развитии образа горгоны Медузы, буквально цитируемая архитекторами «Медуза Рондронини», хранящаяся в Мюнхене в Глиптотеке, работы Джорджо. Но мастер копировал ее с классического оригинала, предположительно скульптуры Фидия V века до Р. Х.

Солдатский пер., 3

С годами происходит странное слияние образов Горгоны и Персея. Они начинают походить друг на друга. Ремни под подбородком героя, держащие шлем, делаются похожими на змей, а голову Горгоны увенчивает крылатая шапка, «арендованная» Персеем. Со временем разница настолько стирается, что о маскароне на доме № 2 по Караванной улице нельзя сказать с уверенностью, кто это — Персей или утратившая все непривлекательные свойства Горгона? Равно как и в маскароне женщины, увенчанной средневековой европейской короной, можно с большими оговорками признать Андромеду. Образ Персея все более сливается и с образом безбородого Гермеса. Только кадуцей позволяет определить точно, что перед нами вездесущий Меркурий.

13-я Красноармейская ул., 6 (арх. И. Б. Слупский).

Ул. Белинского, 5, доходный дом Н. А. и С. А. Латониных (1911 г., арх. И. П. Володихин).

Большая Монетная ул., 6, доходный дом В. С. Шорохова (арх. В. С. Шорохов).

Большая Морская ул., 37, здание Страхового общества России (1898–1899 гг., арх. Л. Н. Бенуа, З. Я. Леви).

В. О., Кадетская линия, 9, доходный дом Ф. И. Клеменца (1900 г., арх. Ф. И. Лидваль).

Ул. Глинки, 15, дом Бенуа (1796 г., арх. В. И. Баженов).

Дворцовая пл., 1, штандарт Гвардейского штаба (арх. А. Брюллов).

Наб. Кутузова, 51 (арх. П. А. Чепыжников).

Малая Морская ул., 7 (арх. Н. И. Иванов).

Невский пр., 62 (1896–1898 г., арх. Б. И. Гиршович).

П. С., Малый пр., 25 (1911–1912 гг., арх. А. Н. Димитрато).

Рижский пр., 36, нет сведений.

Рузовская ул., 19, доходный дом Б. И. Гиршовича (1908–1909 гг., арх. Б. И. Гиршович).

Садовая ул., 39/41, дом Денежкина (1820 г., арх. А. И. Мельников).

Солдатский пер., 3, доходный дом (Римский дом) М. Н. Граббе (1913–1914 г., арх. С. Г. Гингер).

Столярный пер., 18, доходный дом И. Д. Зверкова (1827, 1910–1911 гг., арх. А. И. Зазерский).

Суворовский пр., 51, фасад дома, выходящий на Заячий переулок (арх. Н. И. Котович).

Наб. р. Фонтанки, 86, 88, дома мещанского общества (1910 г., арх. Н. К. Прянишников).

Наб. р. Фонтанки, 92, дом купцов Устиновых, дом Петровых (1817 г.; арх. нет сведений).

Афродита (лат. Venus) — одно из 12 божеств Олимпа. У эллинов — богиня любви и красоты, мать Амура (Эроса), царица нимф и граций. Дочь Зевса и Дионы, обладает поясом, который способен сделать всякую женщину или богиню «прекраснее, чем сама красота».

По первоначальному представлению Афродита является олицетворением красоты, высшей чарующей женской силы. Такова златокудрая с блестящим и влажным взглядом и сладкой улыбкой на устах Афродита в «Илиаде», сопровождаемая харитами и вызывающая восторг всего Олимпа. «Илиада» знает еще Афродиту-победительницу , воинственную и царственную , которая является покровительницею троянцев. Лишь позже к этим образам начинают примешиваться другие черты: Афродита становится богиней любви, покровительницею браков и в ней олицетворяется женская производительная сила.

Из рассказа Гесиода о рождении Афродиты из морской пены возникает представление о ней как покровительнице мореплавания; отсюда ее эпитеты: , (морская) и (выходящая из пены морской), , (дающая благополучное плавание). Под финикийским влиянием Афродита сближается с Астартой и становится богинею страсти и чувственности. В Афинах почиталась Афродита Пандемос (всенародная), которая, как покровительница брака, считалась олицетворением народного союза и единства. Потом она была низведена в Афродиту Гетеру , а в Коринфе и Эфесе даже имела эпитет , то есть представительница грубой и разнузданной чувственности. Последней противопоставляется Афродита Урания (небесная), которая особенно почиталась в Сикионе и Аргосе и отождествлялась со старшей из трех парок, богиней судьбы.