Поворот: «Низины» начинаются со смерти
Шрифт:
Триск не знала, куда ведёт эта труба, но это уже не имело значения — настоящий страх скользнул в неё холодком. Бежать было некуда.
— Я в ту тюрьму не вернусь, — проворчал Квен, когда они достигли выхода.
— Куда мы? — спросила Триск, и Квен дёрнул Даниэля назад, оглядываясь.
— Куда угодно, лишь бы не туда, где они. Двигайтесь.
Рука Квена на пояснице подтолкнула её вперёд, но Триск замерла, вскинув голову на знакомое трепетание.
— Квен, подожди, — сказала она, когда яркая серебристая пыльца пикси поймала свет. — Орхидея! — крикнула Триск, и крошечная женщина резко остановилась.
Орхидея задержалась на миг, пыль вокруг неё сменила интенсивное серебро на приглушённое золото и снова вернулась к серебру. Триск только пожала плечами на раздражённый взгляд пикси — и та сорвалась с места. Медленно её шлейф вытянулся в солнечный луч и исчез.
— Это хорошо или плохо? — спросил Даниэль, — и тут толпа из закусочной нашла их, высыпав в дальний конец переулка разъярённой массой.
— Это плохо, — сказал Квен и вытолкнул их на улицу.
Они снова побежали, и шум толпы удвоился. В голове Триск, вытесняя друг друга, кувыркались воспоминания: как её травили, как она убегала от одноклассников, как её прижимали к земле и сыпали на неё червей, пока она не отбилась; как она сидела перед кабинетом директора, наказанная за использование магии, — а мучители отделались лёгкой «взыскательной беседой».
— Они догоняют, — выдохнул Даниэль, пнув асфальт рядом. Триск собрала волю, подтянула к себе ближайшую лей-линию, готовясь защищаться как сможет от разъярённой толпы вампиров, ведьм и оборотней.
И сердце у неё споткнулось, когда над ними проревел двигатель, обдал жаром — и мустанг Кэла резко остановился рядом. Крыша была снята; почти белые волосы Кэла сверкнули на солнце.
— Садитесь! — пропела сверху Орхидея, проносясь над ними и подгоняя.
Даниэль с облегчённым криком рванул вперёд, сокращая двадцать футов, но Квен остановился, губы сжались в тонкую злую линию.
— Ты издеваешься? — бросила Триск, схватив его за бицепс и дёрнув вперёд. — Это выход отсюда. Поехали!
Квен не двинулся, и Триск оступилась.
— Я не сяду с ним в одну машину, — жёстко сказал он. — Он влез в твою работу и всё испортил.
Спаси меня от дурней и мужских эго.
— Ладно. Хочешь остаться? — откинула она волосы с глаз и глянула на приближающуюся толпу, уже орущую ругательства.
Прищурившись, Квен покосился на Кэла, который нетерпеливо «газовал». Сзади, из салона, Даниэль протянул руку к Триск:
— Не знаем мы, виноват Кэл или нет, — сказала она, и Квен скривился.
Но всё же двинулся, и Триск с облегчением выдохнула.
— Виноват, — проворчал он, подсаживая её и устраивая на заднем сиденье рядом с Даниэлем. — И ты это знаешь.
Она знала. Но у Кэла была машина, а за ними — разъярённая толпа.
— Садитесь! Быстрее! — пронзительно повторила Орхидея, и Квен спокойно обошёл машину спереди, перемахнул в переднее пассажирское место, пока Орхидея нырнула под шляпу Кэла — и тот вдавил педаль в пол. Машину окутало облако пыли, галька градом посыпала преследователей.
Триск обернулась: их инстинктивное, коллективное оцепенение уже сменялось яростью и командой «к машинам!». Они ещё не выбрались; просто им повезло, что тут не принято было пользоваться магией открыто. Во второй раз такого шанса не будет.
Напряжённо вцепившись в спинку впереди, она пережидала толчки, пока они вырывались к шоссе. Кэл вёл уверенно — одна рука на руле, лицо в солнечном свете, сосредоточенно-неподвижное. На миг ей показалось, что он выглядит потрясающе… и она раздавила эту мысль. Шея у Квена покраснела, он держался за поручень, даже когда Кэл резко взял вправо и выровнялся вдоль железнодорожной ветки. По путям полз медленный состав, и Кэл помчался вдоль него, высматривая локомотив и место, где можно проскочить — и исчезнуть.
— Куда мы едем? — перекричала она ветер. Кэл повернулся к ней, и Триск заметила на его шее маленькие красные отметины, будто от ногтей.
— Какая разница? — сказал Кэл, и лицо Квена снова окаменело.
— Для меня — имеет, — отозвался Квен. — Ты подправил вирус Планка. Соединил его с томатом Триск мостиком. Это твоих рук дело.
Кэл убрал ногу с газа. Машина дёрнулась и остановилась посреди дороги.
— Ты правда считаешь, что я это сделал? — произнёс он. Глаза Квена сузились.
Даниэль оглянулся назад: клик-клик, клик-клик идущего по рельсам состава отбивал зловещий метроном.
— Э-э… можем мы отложить это до момента, когда оторвёмся от толпы с вилами?
— Ты ответственен, Каламак, — приговорил Квен. — И ты за это поплатишься.
Уголок губ Кэла дёрнулся.
— Вон из машины.
— Эй-эй-эй! — Триск подалась вперёд, встав между ними. Пульс бился в висках; она буквально чувствовала, как их силы искрят о её собственную. — Разберёмся потом. Кэл, жми. Пожалуйста.
Кэл встретился с ней взглядом.
— Ты считаешь, что я сделал это намеренно?
Губы Триск приоткрылись. Она не знала, настолько ли он её понимает, чтобы уловить ложь.
Даниэль поднялся, упершись рукой в кузов:
— У них уже есть машины. Поедем?
Взгляд Кэла сдвинулся с Триск, она медленно выдохнула.
— Пока он не извинится, — холодно сказал Кэл.
— Мне извиняться? — вспыхнул Квен. — Это ты расшатал весь мир Внутриземельцев и станешь причиной гибели четверти человеческой популяции ради карьерного роста.
— Вон. Сейчас же, — потребовал Кэл. Триск обернулась — облака пыли неслись к ним, идущие по дороге как буря. Даниэль медленно осел обратно, лицо побелело от страха.
— Хватит, оба! — резко бросила она. — Кэл, заведи машину, или я позвоню твоей матери и расскажу, что мы делали в амбаре на прошлой неделе! Квен, мы не знаем, что это был Кэл. Хочу услышать от тебя. Говори! — Ни один не взглянул на неё. — Сейчас! — крикнула она, и Кэл дёрнулся.
— У меня нет доказательств, что это был ты, — прорычал Квен, едва сдерживаясь.
Нахмурившись, Кэл снова включил передачу, и ритмичное клик-клик, клик-клик движущегося поезда потонуло в визге шин. Триск прижало к спинке сиденья, когда машина сорвалась с места. Рядом Даниэль облегчённо выдохнул:
— Я слишком лабораторная крыса для таких приключений, — пробормотал он, но она всё равно расслышала это сквозь шум ветра.
— Это не я, — сказал Кэл, всё ещё мчась вдоль состава. — Это был Рик.
— Рик? — переспросил Квен, и Триск тоже подумала, что тот врёт, но решила пока не лезть.