Чтение онлайн

– Жалкие слова.

– Конечно.

– Значит, так...

– Так.
– с вызовом ответил Денис.
– И вы знаете это давно. Все давно вычислено. Вы собрали под крыло фирмы всех, кому дали кровавый знак из куска своего ремня. И начали с Фарида. Но меня не было, а когда я вернулся...

– Притормози.

Денис замолчал и тупо смотрел, как Тарасов наполняет рюмки снова.

– Искать мне тебя долго не пришлось. Я просто вспомнил , что у тебя была свежая рана на бедре. А в пистолете брата не хватало несколько пуль. И убит он был из автомата. У тебя была рана тогда , у единственного из взвода. Свежая рана. Ты её пытался спрятать. Прав ты и в том, что я за тобой не бегал. А просто ждал, пока ты сам ко мне явишься. Мне торопится не к чему. Брат тоже потерпит. Мир его праху.

Снова выпили и Денис вкуса напитка не почувствовал.

Тарасов поставил рюмку на стол, слегка пристукнув ею.

– Ну, и что мне теперь с тобой делать?

Денис пожал плечами.

– Убить, наверное.

– Правильно мыслишь. Я мог давно это сделать.

– Да. Конечно, - согласился Денис.
– Но...

– Что "но"... Договаривай.

– Вы - солдат. И знаете, что такое бой...Боевая обстановка. Один нападает, другой защищается. Часто попадают в своих... Я испугался. И стрелял наугад.

– Но попал?

Денис не ответил.

– Что ж... Действия для кошмара боевой ситуации логичные...

– Я просто убегал, Валерий Дмитриевич. Можете сказать - дезертировал. А потом вы сами нас оттуда вывели. Это же хотел сделать со мной и ваш брат. А в нас стали стрелять из темноты.

– Да... Он первым понял, что вся оборона Белого Дома - бордель не нашей игры... Но ты виноват в его смерти, правофланговый. Не знаю, что с тобой делать, сучий потрох. Равно, как не знаю, что делать и с Мишкой Гориным. Ему копать под меня яму - глупо. С руководством фирмой, с управлением - он не справится.

– Вам знать лучше.

Тарасов замолк , потом сказал требовательно.

– Смотри мне прямо в глаза!

Денис и без того не сводил с него взгляда.

– Смотрю.

Пересмотр продолжался секунд двадцать, потом Тарасов прищелкнул рюмкой о столешницу.

– Ладно, правофланговый. Живи!... Но помни, что ты навеки мой должник.

Денис слабо подхватил.

– А долг выкупается кровью?

– Правильно говоришь... Может быть и так. Ищи настоящую крысу. Или докажи, что уже нашел этого зверька. Найди крысу и - убей.

– Горин был связан с Ольгой. Тесно связан! По утрам на своей машине возил её в кафе.
– нажал Денис.
– От неё он мог получать информацию о любых ваших действиях!

– Каких?... Да и плевать мне на это...Ты запомни, Денис, я не только вытаскиваю своих друзей из канавы... Но и не отказываюсь от них до конца Тогда я отказываюсь от вашего задания!

– Не имеешь права. Ты что, меня не понял?... Не имеешь. Копай глубже. И вот на что обрати внимание... Зачем кому-то потребовалось стирать запись на автоответчике Михаила? Вот что в разум не возьму.

– Получается, там было что-то опасно.
– заметил Денис.

– Получается... Но что?

– Горина надо спросить.

– Спрошу, не волнуйся. Я его о многом спрошу. Но это уж наше личное дело. Иди, ты свободен.

Денис вышел из кабинета и Ада торопливо попыталась его остановить.

– Денис, ты только не... В общем, подожди.

На мгновение он увидел её испуганные глаза, она цеплялась за его руку, но разбираться сейчас ещё и в её проблемах у него не было сил. Он вырвался и сказал.

– Потом. Мне не до тебя.

– Денис!
– крикнула она уже в след.
– Тебя ищет Фарид, он...

Она не договорила, замялась да и слушать её Денис не хотел. Он прошел по коридору, вышел из отделения офиса и заметил, что в крыле, возле одного из номеров пожилая горничная собирает грязное белье. Денис прошел мимо горничной, вошел в номер, тут же заперся в ванной, включил холодную воду и сунул голову под струю.

Когда голова заледенела, он выключил воду и вытер волосы насухо подвернувшимся полотенцем.

Ладно, решил он, просишь копать глубже, так будет тебе глубже. Собственно говоря, эта производственная задача теперь явно совпадала с охотой за наградой мэрии, Денис был уверен в этом почти без колебаний. Он вышел из ванны и горничная взглянула на него в недоумении но ничего не сказала.

Дежурный портье посмотрел на Дениса и сказал с непонятной осторожностью и неуверенностью.

– Вас ищет наш слесарь Фарид Хомятов, Денис Владленович.

– Я знаю. У нас есть книги по учету гостей?

– Конечно.

– Дайте я на них взгляну.

– За какой месяц?
– услужливо спросил розовощекий плечистый парень, которому впору было молотобойцем служить.

– За три последних Портье тут же нырнул под стойку, потом выложил затрепанные книги и заметил сдержанно.

– Слава Богу, что так - Что именно?

– Что в краже у нашего вице-президента подозревают не своих, а гостей. Тоже конечно, не в радость, но хоть мы в стороне.

Денис не стал комментировать догадку парня и бегло пролистал ту книгу, что была отмечена текущим июлем. Все три книги были ещё старого, напечатанного во времена СССР образца - существовали даже графы: "Основания для поселения" и "Прописка по постоянному месту жительства". Теперь времена изменились и надобность , как таковая, в этих графах отпала, так что их заполняли формально..

В графе, которая требовала оснований для поселения, гости упражнялись в меру своего остроумия. Один заявил попросту; "сбежал от жены, хочу отдохнуть". Чаще всего значилось: "по рекомендации президента фирмы "Фазенда-ИКС". Но в основном ограничивались простым заявлением: "основания имеются". Так же чаще всего обходилось и со сведениями о месте постоянного жительства. Что ни говори, а работа милиции явно усложнилась Беглый просмотр и за июль, и за июнь мало что дал. Регулярно появлялась фамилия Вящяева В.С., но Денис и без того уже знал, что игривый толстячок обитал в отеле, словно дома. Денис хотел было уже отдать книги, но в записях за май вдруг промелькнула строка.

"Депутат Государственной Думы Афонин М. И., рекомендация вице-президента фирмы Горина М.А., прописка в городе Екатеринбурге"

– Можно я поработаю с книгами пару часов у себя?
– спросил Денис.

– Конечно, но домой уносить не разрешено.

– Я понял.

Он пошел к себе в номер, пытаясь вспомнить депутата Афонина, таким, каким он его видел четыре года назад в Белом доме. Ни черты лица, ни даже фигура память не восстанавливала. Чудилось что-то легко и умело говорящее, звенел в ушах хорошо поставленный баритон, вспоминался отличный темно-синий костюм, аккуратные усы и не более того.