Повязанные
Шрифт:
– Чего изволите?
– голос её звучал неприветливо, по-старчески скрипуче. Глаза она щурила так, что разобрать их цвет было просто невозможно. То ли она плохо видела, то ли ещё почему.
– Я бы хотела поговорить с Катари Хон.
– Чевой-то вдруг?
– Я сыщик, - показала женщине значок.
– У меня есть к ней несколько вопросов.
– Госпожа почивает. Извольте прийти позже.
– Вы, кажется, меня не поняли, - от вида и голоса женщины я начала злиться. Не нравилась она мне совершенно.
– Мне нужно поговорить с Катари по одному делу.
– А я говорю, почивает она!
– Эй, старуха, - из-за моей спины вышел Игнис и угрожающе навис над женщиной.
– Как смеешь ты перечить моей госпоже?
– А чой-то вы… Да будет вам, - подобострастно залебезила неприветливая дама.
– Входите вот. Я позову госпожу.
После небольшого коридора мы сразу оказались в гостиной - прямоугольном помещении, отделанном в красно-коричневых тонах. Здесь хватало и книжных шкафов, и картин на стенах с изображением простых пейзажей. И в целом помещение выглядело уютно, хоть и загромождённым.
– Что ты с ней сделал?
– шёпотом спросила у Игниса, когда мы устроились на креслах. Мужчина даже плащ не снял, как будто тоже надеялся на скорейший уход.
В одном из проёмов маячила какая-то женщина, как будто желала подслушать наш разговор.
– В глаза посмотрел, - мужчина хитро улыбнулся.
– Ну-ну.
Надо сказать, что, когда он назвал меня своей госпожой, моё сердце ёкнуло. Всё-таки нравится мне он, сильно нравится. И внешность, и характер, всё в моём вкусе. Жаль только, что он не реальный человек. А вообще, возможны ли отношения между человеком и сущностью?
Катари нам привели довольно быстро. Девушка шла под руку с той неопрятной старухой и о чём-то обеспокоенно ей говорила.
– Доброе утро, - кивнула девушке, когда та устроилась в кресле напротив. Она беспощадно мяла платье на коленях, отчего-то сильно волнуясь. На Игниса она смотрела с испугом. На меня тоже. Чем я успела напугать эту девушку?
– Д-доброе, - она даже заикаться начала.
– Чем м-могу помочь?
– Я бы хотела узнать о природе Ваших сил. Прошу прощения за бестактность.
– А В-вы отку-уда знаете?
– Катари смотрела то на меня, то на Игниса, то на старуху, замершую справа от неё. Старуха же и глаз поднять не смела, как будто мужчина её сильно напугал.
– Ответьте на вопрос, пожалуйста.
– Я м-могу повелевать мёртвыми птицами и ви-идеть их глазами.
Меня передёрнуло. Какая неприятная сила.
В комнату влетел облезлый голубь, принеся с собой запах мертвечины. Сел на столик перед Катари. Посмотрел на неё единственным белёсым глазом.
– В день смерти Равии Вы случайно не пользовались своими… э… приспешниками в том месте?
– Я-а… П-простите… я то-олько хотела присмотреть за-а ней. Но её уже н-не было в комнате. Я не смогла её на-найти.
– Во сколько это было?
– О-около десяти веч-ч-чера.
– Спасибо. До свидания.
– П-прощайте.
Выйдя из дома, встряхнулась.
– Противно.
– Зато удобно. Можно многое посмотреть на расстоянии.
– Они же воняют!
– Она, думаю, привыкшая.
– И всё-таки, Игнис, скажи, что ты сделал с той старухой?
– подхватила мужчину под руку и повела к ресторанчику, так кстати находящемуся недалеко от дома Катари. Кажется, единственный плюс этого города - множество кафе, ресторанов и прочих забегаловок. В столице с этим сложнее. Там подобные заведения кучкуются на определённых улицах.
– Хм?
– Игнис посмотрел на меня с улыбкой.
– Давай, признавайся!
– даже потрясла его немного.
Мужчина засмеялся.
– Доказал, что сильнее. Сущность этой девушки оказалась на редкость трусливой и слабой.
– Эта старуха - сущность?
– Да.
– Тогда у меня нескромный вопрос, а как и откуда берётся ваша внешность?
– Это то, что мы сами в себя закладываем, а так же отражение наших сил. Поскольку она слаба, то явилась в мир в облике старухи. А то, что она выглядела именно так, это проблемы её видения себя.
– А ты, значит, красивый сильный мужчина, потому что сам по себе силён?
– А также потому, что знаю цену хорошей внешности, - Игнис щёлкнул меня по носу.
– Обалдел?!
– Не смог удержаться, - он невинно улыбнулся.
Перекусив, мы отправились к следующей девушке, Миле Горрс. Жила она далековато, так что пришлось ловить бричку.
Особняк Милы выглядел даже богаче нашего, хотя у матушки титул виконтессы, и жили мы всегда богато. Трёхэтажный дом из розоватого камня, окружённый очень красивыми цветочными клумбами.
У входа нас встретил приятный молодой человек в тёмно-синей ливрее.
– Добрый день. По какому вы вопросу?
– Добрый. Я бы хотела поговорить с Милой Горрс, - и показала свой значок.
– Прошу, проходите, - мужчина кивнул и отвёл нас в просторную гостиную.
По пути нам встретилось несколько слуг, спешащих куда-то по своим делам. Перед уходом принявший нас слуга забрал у Игниса плащ, у меня фрак, и удалился.
– На данный момент это самый приятный дом, - с усмешкой заметила и с комфортом устроилась в мягком бирюзовом кресле. Игнис согласно фыркнул. Сел на подлокотник моего кресла.
– Вот, кресло ещё есть, - показала рукой на соседний предмет мебели.
– Здесь удобнее, - он снова улыбнулся своей красивой хитрой улыбкой.
Цыкнула, подпёрла щеку кулаком.
Двери в гостиную открылись, вошла Мила. Сегодня оны была в лёгком платье мятного цвета, милая и робкая.
– Здравствуйте. Вы хотите поговорить о Равии?
– девушка села на краешек кресла, с такой ровной спиной, словно у неё доска была сзади привязана.
– Нет. Сейчас я бы хотела поговорить о Вас. Хочу узнать, каким типом силы Вы обладаете?
Мила удивлённо, даже скорее испуганно замерла. Всмотрелась в Игниса и ещё больше испугалась.