Чтение онлайн

Вспоминая все это, Даг не плакал, потому что за плач Нора называла его девчонкой, и он научился заставлять себя не плакать. И еще, он научился не делиться с матерью своими радостями. Не рассказал он ей и никогда не рассказал бы о Никьян, потому что скажи она специально или по глупости о ней что-нибудь дурное, это доставило бы Дагу сильную боль. Даг искренне ненавидел Нору, при этом она считала его плохим ребенком, а себя хорошей матерью, чем оправдывала любое свое поведение.

Даг и не заметил, как его мысли плавно превратились в сон о том, как он победил в гонках, и о том как, стоя на подиуме, он улыбается прекрасной Никьян, а она улыбается ему. Внезапно, его разбудил сигнал громкой связи.

«Внимание пассажирам. Срочная эвакуация. Возьмите документы, деньги и ценные вещи. Следуйте инструкциям стюардов».

— Снова и снова это сообщение повторялось отовлюду.

Нора спешно оделась, схватила Дага за руку и выбежала в коридор, где царила не паника, а скорее неразбериха. Разбуженные люди плохо понимали, что происходит и от того сильно суетились. Интуитивно следуя вдоль ярко светившихся на стенах и потолке стрелок, люди медленно шли по коридорам, а стюарды их направляли. На узких лестничных клетках между этажами жилых помещений образовались давки, в одной из которых рука маленькой Никьян выскользнула из руки ее мамы и, в то же мгновение толпа разделила их. Поток людей унес родителей Никьян вперед, а ее вытеснил в сторону. Даг заметил ее совершенно случайно. Она плакала, сидя на клумбе этажом ниже, на противоположной стороне огромного атриума.

— Там девочка потерялась! — крикнул Даг, дернув за штанину одного из стюардов.

— Проходите прямо и налево, — сказал стюард, посмотрев на Дага стеклянными, ничего не понимающими глазами.

Река людей несла Дага с матерью дальше, пока они не оказались в секции, где стюарды равномерно распихивали приходивших пассажиров по тесным спасательным капсулам. Через некоторое время, в толпе показались родители Никьян. Мать умоляла стюардов найти ее дочь, но те лишь равнодушно проталкивали людей вперед, повторяя одни и те же заученные фразы. Даг сидел у самого края спасательной капсулы и пристально наблюдал за входившими людьми, выискивая взглядом Никьян, но ее среди них не было. Поток людей прекратился и, вот уже одна капсула с гулом отошла от корабля, и Даг понял, что Никьян просто забыли, и никто не собирается ее искать. Даг полностью осознавал, что корабль гибнет, и потому понимал, что будет с Никьян, если она останется на корабле. Однако он был в том состоянии, в котором страх за другого человека затмевает любой другой, даже страх собственной смерти. Даг выдернул руку из руки Норы так резко, что порезался о ее длинные ногти. Пулей вылетев из спасательной капсулы, он изо всех сил побежал к тому месту, где видел в последний раз Никьян. В ту же секунду какой-то молодой стюард побежал за ним. Быстро догнав, юноша схватил Дага за капюшон толстовки, но тут же получил от него удар ногой в колено. Даг вывернулся из захвата и побежал дальше, а стюард из-за боли еще некоторое время не мог преследовать его.

По громкой связи раздался голос капитана: «Ребенок на четвертом уровне, у выхода из жилой секции в атриум. Повторяю для тех, кто бегает по второму уровню жилой секции А. Она на четвертом уровне, у выхода в атриум, возле главных лифтов».

Никьян заблудилась. Она бродила по кораблю в поисках людей, но ни стюардов, ни пассажиров нигде уже не было. Лишь капитан все еще оставался в командном центре и наблюдал за тем, как на большом плане корабля две зеленые точки приближались к третьей, а огромное красное пятно медленно поглощало корабль снаружи внутрь. Происходила катастрофа столь невероятная, что предотвратить ее было невозможно, даже соблюдая все правила и предписания. На пути корабля встал объект, принятый за метеорит, но оказавшийся древней слезой. Она была покрыта толстым слоем пыли и потому ослеплена, и не атаковала бы корабль, пролетев даже в нескольких метрах от него. Однако столкновение было неизбежно, и навстречу объекту были высланы роботы для того, чтобы сдвинуть его с пути. Пытаясь зацепить объект, роботы счистили пыль, и слеза ожила.

Даг обнаружил Никьян плачущей, сидя на лестнице между третьим и четвертым уровнем. Уже порядком выдохшийся стюард догнал его почти сразу.

— Так вот, кого ты искал, — сказал он сквозь одышку. — Ну, побежали обратно.

Втроем с Никьян они побежали назад — к шлюзу, по лестнице на первый уровень. По дороге, Даг думал, как бы незаметно прошмыгнуть в ту капсулу, где были родители Никьян, чтобы затеряться среди спасшихся, попроситься в цирк и никогда больше не увидеть Нору. Мысль о встрече с ней пугала Дага больше всего, а возможность собственной гибели он пока еще плохо осознавал, поэтому, когда увидел, что дверь в шлюз закрыта, то вместо паники он испытал облегчение. Цифровая панель не светилась, и лишь надпись «заперто» горела над ней красным. Стюард несколько раз ткнул пальцем в панель, понимая, однако, бесполезность этого действия, после чего начал нервно смотреть по сторонам. Оставалось еще несколько входов в шлюз, однако то, что одна дверь в него заблокирована, означало, что и все остальные заперты тоже. Капсулы, скорее всего, уже отделились.

— Капсул больше нет, — произнес капитан по громкой связи.

— Уходите оттуда как можно скорее обратно к лестницам. Бегом!

— говорил капитан спокойным и решительным голосом.

— Откройте! Там мои мама и папа! — закричала Никьян и бросилась колотить крохотными кулачками огромную металлическую дверь, которая от ее ударов не издавала ни единого звука.

За дверью вдруг что-то вспыхнуло. Маленьким Никьян и Дагу не хватило роста, чтобы дотянуться до смотрового окна, и только стюард мог видеть, как яркий огненный смерч заполняет шлюз.

— Бежим отсюда, — заторможено проговорил юноша, и, крепко схватив детей за руки, вначале попятился, а потом быстро пошел к лестницам, постоянно оглядываясь назад.

— С вами говорит капитан корабля, — сказал голос по громкой связи. — Если хотите выжить, слушайте мои указания и подчиняйтесь им беспрекословно. Спасательных капсул больше нет. Я проведу вас в убежище на корабле. По ближайшим лестницам поднимайтесь на восьмой уровень.

Капитан отключил все лифты, чтобы не было соблазна ими пользоваться. Стюард с детьми, этаж за этажом, поднимались вверх по лестнице, которую обычно никто никогда не использовал. Где-то далеко верху раздался хлопок, и двойные герметичные створки тут же задраили выходы с лестничной площадки на этажи.

Голос капитана снова прозвучал на восьмом уровне.

— На шестнадцатом уровне разгерметизация, — сказал он. — Нужно надень маски.

Маски с небольшими кислородными баллонами лежали в специальных ящиках, которые повсюду можно было встретить на корабле. Были они и на лестничных площадках каждого уровня. Стюард достал три комплекта и быстро надел маски вначале на себя, а затем на детей.

— Послушай, парень, — сказал капитан. — Ты должен сделать еще кое-что. В соседней комнате находится живой человек. Он возможно без сознания. Ты можешь спасти его. У тебя есть немного времени. Ты можешь хотя бы проверить, что с ним. Подойди к двери, когда будешь готов.

Стюард подошел к двери, и капитан продолжил.

— Ты должен делать все очень быстро. Комната 8-11, вправо по коридору, по левой стороне, — говорил капитан, выдерживая паузы между фразами. — Заходишь в номер, смотришь, можешь помочь — помогаешь, не можешь — уходишь.

Стюард кивнул головой.

— Ждите здесь, — сказал юноша Дагу и Никьян. — Я быстро вернусь.

Герметичная дверь отъехала в сторону, а за ней и обыкновенная, из прозрачного пластика, который уже был совсем непрозрачным из-за покрывавшего его конденсата. В коридоре было холодно и сыро. Вырывавшийся в космос воздух стремительно уносил тепло.

— Мои уши! — вскрикнула Никьян, обхватив голову.

— Не бойся, это давление, — успокоил ее Даг. Он хотел было обнять ее за плечи, но смущение не позволило ему.

До указанного капитаном номера стюард добрался мгновенно. Дверь была приоткрыта, и он вошел внутрь. В комнате, освещенной лишь светом из коридора, на кровати лежала высокая и стройная юная блондинка. Уткнувшись лицом в подушку, она лежала на самом краю так, что ее левая рука свисала вниз. Из одежды на девушке была лишь задранная до самой груди майка и трусики, болтавшиеся на лодыжке. Рядом с кроватью, на полу, валялась надорванная упаковка с торчащим из нее презервативом, а на столе стояла бутылка и три пластиковых одноразовых стаканчика, один из которых был опрокинут. Жидкость, разлитая по столу, воняла алкоголем.

Преодолев секундное смущение, стюард попытался разбудить девушку, но на его попытки она отвечала лишь недовольным сопением и в сознание не приходила. «Бесполезно», — подумал стюард. Он грубо приподнял девушку за бедра, надел трусики как положено, после чего, перевернув на спину, взял ее на руки и вынес из номера. Когда стюард вернулся на лестничную площадку, Даг уже ждал его с кислородным баллоном, и стюард положил девушку рядом с ним. Из ее рта распространялся тот запах, по которому Даг определял, что вечером скорее всего будет скандал. Почувствовав этот запах, Даг непроизвольно потупил взгляд и, отдав баллон стюарду, сразу же отошел к Никьян.