Чтение онлайн

– Как наша юная амазонка относится к верховой езде?
– Спросил он у девочки, бросая многозначительный взгляд на Аврелия.

– Я, честно говоря, еще никогда в жизни не ездила верхом.
– Смущенно ответила Тания.

– Что ж, все когда-нибудь бывает в первый раз.
– Ответил Квинт.
– Давай, пробуй!

Девочка нерешительно подошла к лошади, и вдруг, к изумлению окружающих, уверенным движением запрыгнула в седло, затем, слегка натянув повод, шлепнула лошадь пятками, и та повинуясь уверенным движениям девочки, пошла, грациозно перебирая ногами.

– Ну что, убедился?
– Обращаясь к Аврелию, промолвил Квинт.

– Похоже Вы правы.
– Задумчиво ответил юноша.

– Эй, о чем это Вы?
– Не выдержав, спросила Цилия.

– Это ведь ты у нас специалист по трансплантации сознания, дорогая.
– Полушепотом ответил Аврелий.
– Скорее уместнее этот вопрос прозвучал бы от нас с патроном к тебе.

– Ничего не понимаю, - растерянно ответила девушка, - причем здесь лошадь, Тания, и какое это имеет отношение к моей специализации?

– Оставь, Аврелий!
– Произнес Квинт.
– Цилия здесь совершенно не причем. Я абсолютно в этом уверен. Это дело рук кое-кого повыше. А ты, Цилия, прости Аврелия за этот его бестактный выпад. Клянусь, сегодня же вечером мы обо всем тебе расскажем. А сейчас разбирайте лошадей и в путь. Давай, Луций, веди нас в свой дворец.

Двое нубийцев сели в повозку сзади возницы, двое других встали справа и слева от нее, а еще один, самый рослый, по имени Селим, встал рядом с сидевшей верхом на лошади Танией. Солдаты по приказу Квинта расступились, пропуская процессию, которая направилась от пристани в сторону Царских садов.

Глава 17.

Квинт проводил взглядом удаляющегося из арендованной Луцием усадьбы, торговца лошадьми, уносящего в своем непомерно объемном кармане, увесистый кошель с золотом, только что полученном от него в качестве оплаты за лошадей и большую крытую повозку. Как только торговец со своими рабами скрылся за воротами, Квинт повернулся к только что приобретенным лошадям, которые не отличались изяществом и грациозностью, как те, которых купил для него и его спутников Луций, но, в то же время, в которых угадывалась сила и выносливость.

– Не пойму, зачем тебе понадобились еще лошади?
– Спросил стоящий неподалеку Луций.

– Что непонятного? Нам предстоит довольно длительное путешествие вглубь страны. Мне хотелось бы, чтобы наше передвижение было как можно быстрее. В скорости движения во многом наша безопасность. А как бы нам удалось двигаться достаточно быстро, если наши нубийцы вынуждены передвигаться пешком? Да и повозка, которую ты нанял, не отвечает необходимым требованиям путешествия. Она, во-первых, открытая, а во-вторых, ослы слишком медлительны.

– Как я понял, ты собираешься усадить рабов верхом на лошадей?

– Ну и что?

– Как что? Это может вызвать нездоровую реакцию в обществе!

– Вот что, Луций, в данном случае мне совершенно безразлично, какая реакция может быть в этом рабовладельческом обществе. На карту поставлено нечто несоизмеримо большее. И, в конце-то концов, это мои рабы, и я поступаю с ними, как мне заблагорассудится. Могут же у знатного патриция быть свои причуды?

– Да, конечно, но все же...

– Никаких но! Лучше скажи, когда я смогу навестить Валтасара?

– Завтра на закате солнца, когда в храмах не будет паломников, Валтасар будет ждать тебя.

Вечером следующего дня, когда стих городской шум, со стороны Царских садов в сторону Лохидской косы промчались пять вооруженных всадников, одетых в формы римских легионеров. Они остановились у развилки, где дорога разделялась на два направления - налево, в сторону царского дворца, направо - в сторону храмового комплекса. Передний всадник, осадив коня, указал своим спутникам рукой направление направо, где всего в полулиге находились два храма - храм Изиды и храм Артемис. Всадники остановились у придорожной таверны для паломников около храма Артемис и спешились.

– Дальше я пойду один, - сказал Квинт своим спутникам, - Вы же ждите меня здесь столько времени, сколько потребуется. Луций, покажи, где я могу найти Валтасара.

– Тебя на пороге храма встретит жрица и проводит к нему.

– Отлично! Ну, я пошел.

Неожиданно к Квинту обратилась Тания.

– Господин, позволь мне, пока ты будешь отсутствовать, осмотреть храм Артемис.

– Не стоит тебе ходить туда одной, - озабоченно ответил Квинт.

– Не беспокойтесь, патрон, - вставила Цилия, - я пойду с ней, а Аврелий с Луцием тем временем посторожат наших лошадей.

– Что ж, пусть будет так, - ответил Квинт, и, повернувшись, быстрым шагом направился к храму Изиды.

Здесь, на верхней ступени лестницы, ведущей в храм, его уже ожидала жрица. Квинт поклонился ей и уже открыл рот, чтобы представиться, но жрица, опередив его, жестом пригласила следовать за ней. Женщина, легкой походкой проскользнула в приоткрытую дверь. Квинт двинулся вслед. Оказавшись внутри храма, Квинт невольно остановился, чтобы дать глазам привыкнуть к темноте, царящей внутри помещения. Его невольное оцепенение нарушила жрица, которая зажгла факел от тусклого светильника на стене. Она взяла Квинта за руку и увлекла за собой по темному лабиринту коридоров. Квинт потерял счет времени, путляя в темноте, но вдруг, впереди идущая жрица остановилась перед низкой массивной дверью. Она стукнула несколько раз в дверь, после чего та раскрылась. Жрица отошла в сторону, давая Квинту пройти. Как только Квинт вошел, дверь закрылась. Очутившись внутри, он огляделся по сторонам, пытаясь в полумраке обнаружить Валтасара. Валтасара в помещении не оказалось. Комната, посреди которой остановился Квинт, имела несколько шагов в длину и столько же в ширину. Над головой нависал низкий сводчатый потолок, в центре которого имелось узкое отверстие, через которое сюда поступал наружный воздух и слабый свет уходящего дня. В противоположенной стене Квинт различил еще одну дверь, которая спустя несколько мгновений бесшумно раскрылась. За этой дверью он обнаружил ярко освещенную галерею, наподобие той, что была в его собственном Римском доме. Квинт, не задумываясь, прошел в эту дверь и, преодолев короткую галерею, оказался в залитом ярким светом зале. Посреди зала стоял стол и два кресла, в одном из которых сидел человек лет шестидесяти, с густой длинной седой бородой. Увидев вошедшего Квинта, он поднялся и двинулся ему навстречу.

– Аркус, ты ли это?

– Как видишь, это я собственной персоной.

– Весьма рад тебя видеть в полном здравии, дорогой Аркус. Присаживайся, прошу тебя, и рассказывай, чем я обязан столь неожиданным визитом.

– Я так же очень рад видеть тебя, - опускаясь в кресло, ответил Квинт.

– Сколько же мы не виделись? Лет двадцать?

– Пятнадцать, - уточнил Квинт.

– Да, да! Время летит неумолимо! Так что же тебя привело в Египет?

Квинт, поудобнее расположившись в кресле, рассказал о цели своего визита и о плане, который был предложен Аврелием и им поддержанном.

– Что же ты хочешь от меня?
– Спросил Валтасар, выслушав Квинта.
– Тебе ведь не хуже, чем мне известно, что нам запрещено всякого рода вмешательство во внутренние дела Землян.

– Я не прошу тебя вмешиваться.
– Ответил Квинт.- Тебе, Мельхиору и Гаспару нужно лишь засвидетельствовать рождение истинного царя Иудеи. Все остальное сделают сами местные жители.

Некоторое время просидев молча в раздумье, Валтасар ответил:

– Хорошо, я сделаю это и уговорю Гаспара и Мельхиора. Скажи только, как скоро это нужно сделать, и где?