Чтение онлайн

Лерий усмехнулся, откупорил крышку и отпил немного зелья.

Я, решившая остаться в теплых сапогах, теперь ругала себя последними словами. Лазать в сапогах «на выход» было неудобно, если не сказать чего похуже. Да, тепло, но это не тот случай, когда надо заботиться о своем здоровье.

Ночь была относительно теплая, поэтому снег подтаял, а утром ударил мороз, и теперь кругом был наст. Он с треском проламывался, открывая спрятанные под ним ямы. Я даже насколько раз проваливалась по пояс.

Пока мы пробирались сквозь лес, я умудрилась порвать платье — на подоле красовалась дырка. Когда дойдем до ближайшей деревни, надо будет переодеться в рубашку и брюки. Я бы и сейчас переоделась, но раздеваться на морозе не хотелось.

Перед нами простиралось огромное поле. Всюду белое, белое, белое…е отсутствовал я умудрилась порвать платье. еплые сапоги. рьке была плененная метель. меня нет, — у, связал себ Лес остался позади, до деревни несколько часов ходу, а по небу ползли низкие черные тучи. Они затянули все от горизонта до горизонта. Ветер поднялся такой, что деревья натужно скрипели и стенали, а сухостой пригибался к земле.

Мы упрямо шли вперед, подгоняемые ветром. Он не стихал ни на секунду, не давая нам передышки. Я, как самая легкая, вцепилась в Иллия, чтобы меня не мотало из стороны в сторону. Когда вернусь домой, обязательно начну нормально питаться, а то не дело это…

— Ненормальный какой-то ветер, — высказал общую мысль начальник охраны, в очередной раз вытаскивая меня из снега. — Дует и дует… Что скажут маги?

— Маги скажут, что это не наша стихия, — отозвался Дарисс. — У меня — Хаос, у Алесы — Земля, а Воздух это не к нам.

— Я думал, что у Алесы — Огонь, — тихо пробормотал Иллий. — Но вы хоть что-то чувствуете?

— Только то, что тут кроме Воздуха еще чувствуется и Вода, — сказал Марэль, поднимая глаза к небу и рассматривая черные тучи. — И это и вправду не их, а тем более — не моя, стихии.

— То есть вы хотите сказать, что это магически призванный ветер? — побледнев, спросил начальник охраны.

— Если бы он не был таким сильным, то я бы так и сказала, ведь природа пропитана магией и ее частички иногда ощущаются во всем, но не скажу, — задумчиво сказала я. — Наверное, кто-то экспериментирует со стихиями. Может, кто-нибудь перешел на ступень выше и решил разобрать новое заклинание.

— Я архимаг, но не смогу такое вызвать, — возразил Дар.

— Ну так вы же слабее нас и стихия у вас другая. Я бы так смогла, если бы когда-то стала архимагом. Хотя… не факт, — призналась я. — Да ладно, беспокоиться не о чем, нам ничего не грозит.

— Мне бы твою уверенность, — сказал Иллий. — Вы, маги, привыкли рассчитывать на магию, а я — свои силы. А сил справиться с магической угрозой у меня не хватит никогда, как это ни прискорбно.

— Я же сказала — нам не о чем беспокоиться, — немного раздраженно повторила я.

Впереди дорога немного петляла и резко обрывалась, скрываясь, судя по всему, в низине. Дальше по Большаку должны была быть река Калинка. Говорят, она мелкая, но широкая. Моста через нее не было, все перебирались вброд. Весной, когда снег стаивал и стекался в низину, река становилась глубже, примерно взрослому человеку по середину бедра. В жаркое же лето она и вовсе пересыхала. Раньше на Калинку сгоняли скот на водопой, но потом почему-то перестали. Далековато, наверное.

Мы, оскальзываясь на обледенелой дороге, потихоньку спускались к реке. Если бы по ней не проходил Большак, мы ни за что бы не догадались, что там река. А так кое-где в колеях виднелся лед.

Черные тучи на небе быстро плыли на север, к Великому океану. Ветер резко стих, наступила звенящая тишина. Мы с опаской посмотрели друг на друга, но ничего не происходило. Вдруг по бокам от нас снег взорвался фонтанами льдистого крошева, ледяные иголочки впились во вскинутые в защитном жесте руки. Из образовавшихся ямок взвилась снежным смерчем метель, закружилась вокруг меня, вмиг заключив в непроницаемый кокон. Хорошо я хоть успела руки перед собой выставить, а то так бы и была как тесно спеленатая кукла. Не знаю, что там творилось с моими спутниками, но меня болтало туда-сюда, заставляя больно биться в словно бы каменные стены кокона.

Я попыталась выставить щит, но от растерянности все мысли разбегались, а пришедший вариант кинуть боевое заклинание был отвергнут сразу — срикошетит да по мне же и попадет. Когда мое состояние было уже близко к панике, меня выкинуло из кокона прямо на берег реки. Я тут же вскочила на ноги, проваливаясь в снег, и осмотрелась.

Метрах в ста от меня застыли два кокона, поблескивающие снежинками на показавшемся из-за туч солнце. Я кинулась к ним, на ходу пытаясь сообразить, а где еще один кокон?

— Эй, вы живы? — постучав костяшками пальцев по твердой поверхности импровизированной тюрьмы для ребят, спросила я.

— Да, — глухо отозвался Марэль, — но мне кажется, ненадолго. Скоро здесь станет нечем дышать. Ты сможешь нас вытащить?

— Попробую, — сказала я, переходя к соседнему кокону и тоже стуча по нему. — А тут у нас кто?

— Я, — донесся до меня приглушенный преградой голос Иллия.

— Если вы оба тут, то где Дар?! — запаниковала я. — Его здесь нет…

Ответом мне было молчание. Я заозиралась по сторонам, пытаясь найти в окружающем пейзаже хоть какую-то подсказку, и случайно заметила неглубокую борозду в снегу, будто кого-то тащили волоком. Хотя, почему — кого-то? Понятное дело кого.

Я побежала по следу, приведшему меня к речке. Она была будто специально расчищена, гладкий лед голубовато переливался на солнце. Я нахмурилась, пытаясь понять, почему след вел к реке, и обомлела: ровно на середине была огромная полынья, из которой пытался выбраться некромант.

Ступив на лед, но тут же потеряв равновесие и шлепнувшись на пятую точку, я на коленях поползла к Дару. По мере моего приближения полынья становилась все уже и уже, затягиваясь вокруг мужчины.

Дар ушел под воду, словно под ним была приличная глубина (но ведь этого не может быть!), и лед над его головой сомкнулся. Я, оскальзываясь, подползла к окошку прозрачного волшебного льда. Некромант — бледный, лицо разгладилось, приняв умиротворенное выражение — лежал подо льдом. Если бы я не знала, что все это результат колдовства, то подумала бы, что он спит.

Я со всей силы саданула кулаком по голубоватой глади, но это никак не помогло.

— Я тебя ненавижу, — доверительно сообщила я Дариссу, будто он сможем мне ответить и мы спокойно беседуем. — Почему я всегда должна тебя спасать? И хоть бы кто за это спасибо сказал! Так ведь нет, приходится за бесплатно, а все почему? Никому ты, кроме меня, не нужен, дурацкий некромант.

Нет, он тут будет спокойно умирать, а мне одной все расхлебывать! Это нечестно, не по-дружески, я бы сказала. Глее-то на краю сознания маячили воспоминания о девах-плакальщицах, идущих за гробом и надрывно вопрошающих «На что ж ты нас покинул?!». Прочь, прочь такие мысли.