Чтение онлайн

— Его последнего любовника, — пояснила она Сариусу. Риотамусу же она сказала: — Мы с тобой никогда ничего не добьемся, если ты будешь упорствовать, вспоминая старые времена.

Король вспыхнул, и ярость, загоревшаяся в его глазах, была совсем не королевской.

— Да как ты посмела прийти сюда и еще просить меня о помощи? Я так тебе помогу, что отправишься сразу в могилу!

Она подняла свой меч, который лежал на его коленях, и опустила ему на плечо. Холодное стальное лезвие замерло как раз недалеко от крупной пульсирующей артерии на шее Риотамуса.

— Какое недальновидное нежелание сотрудничать, — пожурила она. — Позвольте мне сделать вам предложение в более понятной форме. Действуй вместе со мной и послушайся моего совета, не то мой сын заберет у тебя и корону, и королевство, а может, и саму жизнь в придачу еще до того, как наступит зима.

Риотамус побледнел.

— Она лжет, — усмехнулся Сариус.

Король кинул презрительный взгляд на своего любовника и снова посмотрел на Стужу.

— Зачем же ей лгать? — медленно произнес он. Нервно сглотнул, пытаясь понять по ее лицу, что она задумала. Их взгляды встретились.

— Зачем тебе вообще надо было приходить ко мне? Ведь Кел на'Акьян — твой сын.

Стужа встала с его постели, отступила назад и вложила в ножны свой меч, заметив при этом, что Сариус сразу же вздохнул свободнее. Однако Терлик не стал следовать ее примеру, и юный губернатор настороженно следил за роларотанином краем глаза.

— Я не буду обсуждать с тобой причины, — сказала она. — В любом случае ты скорее всего мне не поверишь. Но моего сына надо остановить во что бы то ни стало, и только я могу сделать это. И тем не менее мне нужна твоя помощь.

— Ты убила Йорула, — снова обвинил ее Риотамус.

Низкий голос Терлика заставил их всех вздрогнуть:

— Она исполнила погребальный обряд для всех погибших жителей Соушейна без исключения. Они были твоими людьми, не ее. — Его слова были пропитаны ядом, глаза сверкали гневом, когда он глядел на двух мужчин в одной постели. — Она выполнила твою работу, король, если ты не понял. Вокруг не нашлось ни одного келедца, чтоб сделать это.

Она рассказала ему про Соушейн по дороге в Кир. Знакомое чувство печали снова охватило ее, когда она услышала, как Терлик рассказывает об этом Риотамусу. В его устах это прозвучало так, будто она совершила героический подвиг, на самом деле она всего лишь пыталась хоть как-то искупить свою вину, смыть позор.

И все же в глубине души она была признательна ему за то, что он заступился за нее.

— Это правда? — спросил пораженный Риотамус.

— Даже если и так, что ей оставалось? — раздраженно бросил Сариус. — Она произвела на свет этого убийцу, виновного в их смерти.

Терлик наклонился, запустил свою огромную руку в густые волосы губернатора и потащил его из постели. Лицо Сариуса искривилось от боли и неожиданности, но широко раскрытые глаза его застыли на острие, которое вдруг нависло над его носом.

— Тебе нужно поучиться уважительному отношению к старшим, — заметил роларофец. Он выволок голого юношу из простыней и направил его, спотыкавшегося, в соседнюю комнату. — Мы просто немного побеседуем с глазу на глаз, — бросил он через плечо Стуже.

Риотамус смотрел, как они ушли.

— Ты в самом деле сделала в Соушейне то, о чем он сказал? — спросил он ее, когда они остались наедине.

Ее губы сжались в тонкую линию. Что она должна была ему отвечать?

— Я прожила в твоей стране больше двадцати двух лет начала она, сложив перед собой руки. — Мы с мужем поселились здесь, занимались своим делом, старались вырастить двух сыновей. Когда мы приехали в Дашрань, твой отец был королем, и хорошим королем. Именно его правление было одной из тех причин, которые побудили нас сделать свой выбор. — Она прошла в дальний угол комнаты и теперь смотрела на него из тени. — Ты считаешь меня эсгарианкой. — Она не сводила с него глаз. — Но Келед-Зарем тоже моя земля, и не меньше, чем твоя. Мой муж лежит похороненный в этой земле, и пепел Кириги развеян здешними ветрами или втоптан в здешнюю грязь. — Она сжала кулак. — Пойми наконец, Келед-Зарем — мой дом!

Риотамус спустил ноги с края кровати и обернулся простыней. Он уставился в пол, затем перевел взгляд на нее.

— Но твой старший сын растерзал Келед-Зарем. И продолжает терзать, и еще с наслаждением смеется над нами. Девять городов он сжег, а крестьянских дворов — не сосчитать. Никто не знает, где он объявится в следующий раз. Я не могу защитить свой собственный народ.

— Ну, это не только твоя вина, — попыталась утешить его она. — Кел разыскивал определенные, нужные ему предметы. Когда он наконец нашел первый из них, то смог определить нахождение следующего. Имея два предмета, он может отгадать, где сокрыт третий. В эту самую минуту он скачет, чтобы завладеть этим третьим предметом. Может быть, уже овладел.

Риотамус встал, но от кровати не отошел.

— Что такое эти три предмета?

Стужа задумалась. Ей нужно было его участие, его доверие, и она решила ничего от него не скрывать.

— Предметы магической силы были спрятаны в Келед-Зареме столетия назад магами Кондоса.

Риотамус стал тереть ладонь о ладонь.

— В таком случае эти рассказы об Ороладиане — правда? Во всем этом замешана магия?

— Рассказы в какой-то степени правдивы, — признала она, — но, передаваясь из уст в уста, эта правда слегка исказилась. Ороладиан — колдунья, женщина, но живет она не в Келед-Зареме. Она ждет Кела по ту сторону реки Лите, в Эсгарии. Мой сын намерен передать ей эти три предмета в качестве дара.

Риотамус стал расхаживать по комнате.

— Но то, что мы слышали от жалкой кучки спасшихся, — настаивал он, — рассказы об огне, что налетает с неба, о пронзительно вопящих демонах с черепами вместо лиц, что сопровождают твоего сына…

— Демоны — это всего лишь люди в масках из черепов мертвецов, — перебила она. — Но ты не ошибся — магия во всем этом также присутствует. Кел тоже колдун. — Она прислонилась спиной к стене; от прикосновения к холодному камню ее пробрала дрожь. — Вот почему я нужна тебе. Вот почему только я смогу пересилить его.

Он остановился и с недоверием посмотрел на нее:

— Что, по-твоему, ты можешь сделать такого, что не под силу моей армии?

— Придет время, и ты увидишь, на что я способна, — загадочно ответила она. Засунула руку под тунику и ухватилась за карту, которую прятала там. Карта хранила тепло ее тела, была влажной от пота. Стужа принесла ее к кровати и развернула.

— Подожди, — попросил король и отправился в соседнюю комнату, куда ушли Терлик с Сариусом. Она услышала голоса, приглушенные и невнятные, потом донесся резкий окрик короля: «Замолчи, Сариус!» Риотамус вернулся, неся несколько свечей, которые он зажег о единственную свечу у кровати. Он расставил их по комнате, не обращая внимания на то, как горячий воск проливается на пол и мебель. Затем подошел к ней и склонился над картой, изучая ее при более ярком свете.

— У меня уже было время поразмышлять над ней, пока мы с Терликом ехали в Кир. — Она указала на Соушейн на шероховатой кожаной поверхности карты. — Кел нашел первую вещь — он называет их Артефактами — здесь. Три дня спустя, — ее палец передвинулся к тому месту, где был обозначен Дакариар, — он добыл второй Артефакт.

Риотамус вмешался. Его палец потыкал в несколько других точек на карте.

— А как же все другие места, куда он вторгался? Здесь, здесь и здесь…

— Я же говорила, — терпеливо объясняла она. — Он искал. Ему нужно было найти хотя бы одну из этих вещей. Не важно которую. Она бы привела его к остальным. — Внезапная мысль осенила ее, когда она подумала о Дакариаре. — Об этих городах ходили какие-нибудь необычные легенды или рассказы? Об особенных колодцах или храмах, священных рощах или о чем-то подобном? Может, какие-то странные события из вашей истории связаны с этими местами?