Чтение онлайн

Откровения узника ввели меня в ступор. И не только меня: феальдины тоже обменялись взглядами. Вероятно, долгое одиночество нарушило внутренние запреты ду серке, заставив его забыть об осторожности.

– Да-да, я помню, кто обеспечивал прикрытие на той охоте, - спокойно ответил Да"Эйн.
– Глупо было бы не воспользоваться моментом, правда?

Имлэдор сложил на груди руки.

– А ты начинаешь прозревать, родич.

Элутар! Так это Имлэдор заманил кузена в ловушку, и Да"Эйн, не желая винить в этом Лодэрэна, оказался прав! Я ждала вспышки гнева, но князь неожиданно рассмеялся.

– Да, поистине ты получил, что хотел, кузен - стал Оружейником Дома Хэлеворн, правда, в Кхилин-Заррате. Может, скажешь ещё, что ты здесь забыл?

Серые очи Имлэдора побагровели, но он молчал, с нескрываемой ненавистью глядя на родича. Да"Эйн невозмутимо продолжил:

– Не хочешь? Тогда скажу я: ты искал мечи Тьмы! Эти клинки передаются от Оружейника к Оружейнику, и тебе во что бы то ни стало нужно было их найти. Однако пока ты осторожничал, Лодэрэн успел вытащить мои рисморы из логова спингоров. Он передал мечи Фуинрут для нашей дочери, за что, полагаю, и получил согласие гватамари на брак. Что, не веришь? Прошу, Тир-Элен"на, покажи ему меч.

Я достала рисмор из наспинных ножен. Синеватый клинок полыхнул отражённым светом.

Да"Эйн развёл руками.

– Ты просто обречён быть неудачником, Имри. А всё почему? В тебе течёт кровь Младшего Дома! Твоими стараниями Старший Дом Хэлеворн остался без Оружейника и утратил артефакт - воинский оберег, который перешёл отныне к Дому Тиндомэ. Представляешь, какой приём ждёт тебя в Ломэдоре?

Имлэдор улыбнулся: он уже окончательно оправился от потрясения, вызванного встречей с кузеном.

– Даже не пытайся пугать, Да"Эйн, не выйдет. Ты жив, значит, Отступничество мне не грозит. Остальное можно пережить.

Маг окинул родича сочувствующим взглядом.

– Прошу, Сомбрэль, напомни князю, для чего существуют делоты.

– Для внесения поправок в решения Тёмного Совета, - усмехнулся Охотник.

– Слышал? А до Тёмного Совета ещё нужно дожить, кузен. Впрочем, об этом после. У Тир-Элен"на есть к тебе вопросы, и я хочу, чтобы ты на них ответил.

Узник сложил на груди руки.

– А ещё чего ты хочешь, Да"Эйн?

Я смотрела на Имлэдора, понимая, что если с первым Хэлеворном я ещё могу мириться, то второй мне совсем не нравится. Вероятно, эти чувства отразились на моём лице, потому что Дель тихо напомнил:

– Тара, он нам нужен.

Да ясен камень, нужен, командир! Но я уже не могла остановиться.

– Ошейник не жмёт, князь Хэлеворн?

– Что?
– растерялся тот, явно не ожидав такого вопроса.

Я указала на шейный браслет.

– Ошейник, говорю, не жмёт?

– Это?

Он коснулся каменного кольца и вдруг схватился за горло.

– Что.... Что ты....

Да"Эйн с интересом наблюдал, как брат хватает ртом воздух. Я поспешила вернуть браслету прежние размеры. Когда узник немного отдышался, князь уточнил:

– Так ты готов отвечать, кузен, или...?

Имлэдор кивнул, всё ещё держась за горло.

– Прошу, Тир-Элен"на.

– Благодарю, князь Да"Эйн. Князь Имлэдор, меня интересует сделка, заключённая ду серке с делотами накануне мятежа. Заказчики, условия, сроки - всё, что знаешь.

– Я не заключаю сделок с делотами... Тир-Элен"на.

Последнее слово князь выговорил явно через силу: даже испытание браслетом не могло заставить его поверить в Навигатора. Что ж, его дело. Однако вряд ли узник сказал неправду. Скорее всего, сделка была заключена одним из ду серке от имени всех, и формально Имлэдор не имел к ней отношения. Если это так, он гораздо умнее, чем я думала. Вот будет номер, если он ещё и в мятеже не участвовал!

– Допускаю, что ты не заключал сделки лично, но она могла быть заключена от твоего имени. В любом случае ты не можешь о ней не знать.

– Я не говорил, что не знаю, я сказал, что не заключал.

– Пытаешься играть в слова?

Имлэдор отвёл взгляд. Как же ему не хотелось отвечать! Голос Сомбрэля за спиной раздался так неожиданно, что я едва не подпрыгнула на месте.

– Думаю, я могу помочь, силлемари. Позволишь?

Узник смерил его взглядом и усмехнулся.

– Ну-ну, Тёмный, попытайся.

Сомбрэль улыбнулся.

– Что меня всегда удивляло, князь Хэлеворн, так это уверенность Древней крови в своём превосходстве над остальными Перворождёнными.

Феальдины осторожно переглянулись, Да"Эйн спрятал улыбку.

– Давай, Охотник, - кивнула я.

– На самом деле всё просто, - начал он.
– За мятеж и захват заложников делотам обещали поддержку и, разумеется, возвращение Имени. При этом вся ответственность за операцию падала на Отверженных, а роль в ней ду серке требовалось хранить в тайне. Ещё бы: в родном Ломэдоре за нарушение Слова Тёмных можно загреметь на рудники. Целью же мятежа был всё тот же захват гномьих копей и шахт, а вовсе не Тёмный анклав внутри Кхилин-Заррата. Силлемари права: Слово Тёмных нарушили сами Тёмные. Они знали, на что шли, и получили своё.

– Что скажешь, кузен?
– повернулся Да"Эйн к брату.

– Скажу, что у тебя интересный Хранитель мечей. Я не вижу его Дома.

– А я предупреждал, что это необычный Тёмный. Он, видишь ли, из делотов.

Глаза узника расширились от удивления.

– Шутишь? Ни один маг не может вернуть Имя не мёртвому!

– Вижу, ты тоже интересовался этим, Имлэдор. Но кто здесь говорил о маге? Я имел в виду Навигатора.

Узник снова устремил на меня долгий изучающий взгляд и наконец сказал:

– Спрашивай, Тир-Элен"на.

Кажется, это было признание.

– Полагаю, Сомбрэль не ошибся, князь?

– Нет.

– Хочешь что-то добавить?

– Да, по поводу Древней крови. Среди изменивших Слову ду серке не было ни одного Перворождённого из Высоких Домов. Это были разведчики и свободные Охотники Малых Домов, потерявшие голову от возможности разбогатеть. Рано или поздно гномы должны были покинуть Эльдамаль, и о нарушении Слова Тёмных никто бы не узнал.