Чтение онлайн

ФиДель глянул на нас через плечо, чем сразу восстановил тишину. Какие могут быть разговоры на марше? Однако пора было отдохнуть и поесть. Для этого выбрали небольшую пещеру, в центре которой стояла знакомая пирамидка из камней - гномья памятка. Я было обрадовалась ей, но вовремя вспомнила, что так Тангары обозначали повышенную паукоопасность. ФиДель и Гил ушли проверять коридоры, мы с Сомбрэлем доставали припасы, а Да"Эйн мерил шагами пещеру.

– Да сядь же, наказание!
– не выдержала я.

Князь остановился, и кресло легонько подтолкнуло его сзади.

– Пошло вон!
– рыкнул Да"Эйн.

Предмет мебели послушно, хоть и неохотно, отплыл в сторону. Сомбрэль рассмеялся.

– Похоже, Мастер Дорин вселил в эту штуку бессмертную душу.

– Или душу бессмертного, - проворчал князь.

– Тебе и в самом деле лучше отдохнуть, - заметила я.

– Отдохнуть? Ты не представляешь, ТариАна, что такое самостоятельно ходить, не чувствуя боли!

– Однако ты всё ещё в "доспехе", Да"Эйн, и во многом твои движения - результат работы мышечного усилителя.

– Я помню, - вздохнул князь.
– Как думаешь, смогу я когда-нибудь..., - он не договорил.

– Обходиться без него? Думаю, сможешь, но определённо не сегодня, - ответила я, протянув ему галету.

Какое-то время князь молча предавался размышлениям, с удовольствием хрустя гномьим сухарём: в отличие от безвскусных эльфийских эти имели грибной вкус. Покончив с обедом, он стряхнул с ситаля крошки и обратился к Сомбрэлю:

– Дай-ка сюда мечи, Хранитель.

Брови Охотника поползли вверх. Ребята, которые уже успели вернуться из разведки, прервали обед и с интересом наблюдали за князем. В его глазах зажёгся огонёк, да и сам он едва не подпрыгивал от нетерпения.

– Ну давай же!

Сомбрэль молча расстегнул ремни, закреплявшие на спине чехол из плотой "каменной" ткани. Не знаю, из чего её делали гномы, но называлась она именно так. Рисморы в парадных ножнах были упакованы для переноски, а не для использования, однако менять решения - право хозяина. Сняв чехол, Сомбрэль освободил мечи от ножен и протянул их Да"Эйну. Клинки полыхнули синим, приветствуя хозяина, им ответили алморы на рукоятях, рассыпав в темноте разноцветные искры. Красавцы! Примерно той же длины и формы, что и мой эр"рис, но изгиб клинка круче, и остриё не скошено, а равномерно сужено к концу. Да"Эйн медленно развёл руки с мечами в стороны. Что он собирается делать? Когда темноту пещеры прорезали синие молнии, я ахнула. Элутар, Стандарт! Это с его-то позвоночником! Ребята тревожно переглянулись, Сомбрэль невольно закусил губу. Затаив дыхание, мы следили за полётом клинков. Разумеется, представление не могло длиться долго, это было ясно всем, кроме Да"Эйна. Раздался сдавленный крик и звон металла о камень. Так я и знала! Сомбрэль бросился к оседавшему на пол князю, ФиДель с Гилом подобрали упавшие мечи. Да"Эйн, тяжело опираясь на руку Охотника, поднялся с колен.

– Силлемари, прошу.... Ещё немного.... Я должен закончить.

Первый раз попросил! Я отрицательно покачала головой.

– Нет, Да"Эйн, на сегодня хватит.

– Тогда я сам! Мечи, Светлые!

Элутар, ну и характер! Феальдины протянули ему рисморы.

– Не надорвёшься, князь?
– спросил ФиДель.

– От князя слышу, - был ответ.
– В сторону!

Ребята пожали плечами и отошли: хочет свернуть себе шею - его дело. Ну нет, тогда вся моя работа пойдёт насмарку! В Веде даэйновский доспех выглядел вывернутым наизнанку: то, что было скрыто подгорной магией, здесь обрело реальность. Магомеханика крутила колёсики и шестерёнки, тянула цепи, двигала поршни и управляла ещё целой кучей мелких деталей. Как же всё это затормозить? А если просто....

– Держи его, Сомбрэль.

И я потянула на себя одну из цепочек. Механизм замедлил движение, ослабив действие "доспеха", и Да"Эйн, выпустив мечи, свалился на руки Охотнику.

Пока Сомбрэль водружал князя в кресло, Гил поднял мечи во второй раз.

– Отличные клинки, князь Да"Эйн, - оценил он.
– На твоём месте я бы не стал ими разбрасываться.

– Шутишь... валатэр?
– едва отдышавшись, ответил князь.
– Разбрасываться! Я извёл на них полжизни. Ему отдай.

И кивнул на Сомбрэля. Гил вернул мечи Хранителю и продолжил:

– Я не склонен шутить, князь Да"Эйн. Помнишь слова Сомбрэля: когда играешь в команде, ошибка одного серьёзно бьёт по остальным? Переоценил силы - задержал команду на марше. Мне казалось, Тёмный Охотник должен это понимать.

– Сколько ему понадобится на восстановление, Тара?
– спросил ФиДель.

– Немного. Я просто отключила "доспех" - до тех пор, пока князь не научится понимать слово "хватит".

Бледный Да"Эйн оторвал наконец взгляд от пола и посмотрел на меня.

– Ты истинная гватамари, ТариАна. Только они умеют так наглядно и доходчиво объяснить суть своих требований.

– Силлемари, князь, - поправила я.
– Но я рада, что ты меня понял.

Надо ли говорить, что на следующем привале он снова взялся за мечи? ФиДель с Гилом молча наблюдали за ду серке. Они уже убедились, что Да"Эйн сможет защитить себя, а на большее никто и не рассчитывал. Коридоры уже ощутимо дышали опасностью, и каждый боец в группе был на вес золота.

– Отстань, Сомбрэль, я знаю, где должна быть рука! Меня интересует, почему не выходит!

– Потому что тебе не хватает скорости и гибкости. "Доспех" - не мышцы, всего лишь заменитель. Он просто не может быть столь точен в мелочах, - терпеливо объяснял Охотник.

– Раньше всегда получалось, - упрямо твердил князь.
– Давай ещё раз.

Сомбрэль вздохнул и встал в позицию. Судя по тому, что проделывал с рисморами Да"Эйн, когда-то он был настоящим Мастером меча. То есть, он и сейчас им оставался, но.... Не зажившая до конца травма мешала ему использовать те тонкости владения оружием, которые как раз и отличают мастерство от искусства. Атака, защита, разворот, снова атака. Да"Эйн отбил летящий в центр меч и упал на колено. Сомбрэль опустил рисморы.

– Хватит, князь, - сказала я.

Да"Эйн поднялся с трудом, но без посторонней помощи. С каждым днём он двигался всё уверенней.

– Ещё немного, силлемари.

Я отрицательно качнула головой, князь вздохнул и вернул мечи Сомбрэлю.

Мы уходили на север и спускались всё глубже, отмечая знакомые изменения, происходившие с Лабиринтом. Ходы стали узкими и извилистыми, пещеры теперь встречались реже, зато снова появились огромные пустоты в толще камня, а с ними и призрачный свет. Его излучал старый знакомый - белый мох. Вместе со светом в Подземье вернулся и цвет: синие пятна лишайников, чёрная трава, желтоватые метёлки соцветий, колыхавшихся на сквознячке. И запах, неистребимый запах кислой гнили! Мне казалось, что выйдя через провал к Кхиллин-Заррату, мы оставили охотничьи угодья спингоров далеко позади, но это было не так: на нижних уровнях Лабиринта они широкой полосой охватывали Ломэдор, являясь одновременно и защитой, и постоянным источником опасности для ду серке. Я взглянула на князя, он отрицательно покачал головой.

– Это было не здесь, силлемари, гораздо восточнее. Тогда на месте Ломэдора возводились первые форты - основы будущих крепостей, а наши только начинали разведывать дальнее Подземье. Мы ушли с одной из групп зачистки: поисковым партиям изрядно досаждали спингоры. Охота всегда считалась отличным развлечением, практически безопасным, если было кому прикрыть твою спину.

Да"Эйн помолчал и добавил:

– Гномы тогда тоже занимались разведкой, и поначалу их интересы простирались далеко за пределы Кхилин-Заррата. Только поэтому я и жив.