Чтение онлайн

Я использовал хват двумя руками, хотя по-прежнему атаковал слева. Тин заслонился плоскостью меча - лучший переход от защиты к сильному удару. Дафар всё сделал правильно, не учел лишь одного - я задействовал обе руки, поэтому успел закончить манёвр уклонения, и теперь уже мой сир'рис застыл у груди Тина. Друг выглядел растерянным и немного обиженным. Я опустил меч.

– Удивлён? Напрасно. В первом столкновении ты заставил противника выравнивать меч и выиграл время. Во втором этого не произошло: противник удержал оружие. Значит, нужно было найти другой способ ускориться.

Я подошёл и встал рядом.

– Смотри сюда. Используя плоскость, выравнивай запястье и лезвие меча. Вот, видишь? Ответный удар получается более быстрым и спокойным, и ты не теряешь времени на поворот руки. Только таким образом блокирующее движение переводится в более действенный контрудар. "Мысли должны опережать действия". Помнишь?

Тин кивнул и почему-то виновато посмотрел на Тари. Я тоже взглянул на неё. Она выглядела слегка растерянной. Неужели ей тоже показалось, что всё это уже было когда-то?

Своим рассказом о том, что произошло дома, Тин подбросил мне новую пищу для размышлений. Я прохаживался по кабинету - так легче думалось. Правда, нормально просчитать ситуацию всё равно не получалось: мысли то и дело сбивались на Гила и сыновей. На Тари я вообще старался не смотреть, иначе просто терял связь с реальностью. То, что дело Гила близится к завершению, первой почувствовала именно она. Тари дремала на диване, свернувшись под пледом, и вдруг подняла голову. Тин, сидевший у неё в ногах, отложил книгу. Удивительно, как быстро Младший князь Хит'Таль сменил своё отношение к "этой атани", перейдя от недоверчивого удивления к искренней симпатии. Вероятно, ему просто не хватало сестры.

Послышались тяжёлые шаги на лестнице: к нам поднимались хозяева. Тари отбросила плед и села, Тин подошёл ко мне. Сначала появился Дигрим, за ним Дангор. Их бородатые лица были торжественно непроницаемы. Гил вошёл последним. В руках он держал длинный предмет, завёрнутый в тёмную плотную ткань. Сказать, что он выглядел уставшим - значило ничего не сказать. Брат встретил мой встревоженный взгляд и через силу улыбнулся. Он поискал глазами Тари и, подойдя, положил свёрток на низкий столик перед ней. Тари развернула ткань. Это был, пожалуй, самый удивительный меч, который я когда-нибудь видел. Он в точности повторял мой сир'рис, и в то же время был полной его противоположностью: белоснежная резная рукоять и сверкающее белизной зеркало клинка. А отсутствие традиционных украшений - это уже наше, фамильное. Тари восхищённо ахнула, Тин тихонько присвистнул, а гномы аж зажмурились от удовольствия. Но представление ещё не закончилось. Воздух вокруг меча слегка сгустился, "поплыл", и перед нашими изумлёнными взглядами снова возник Ристадаль - легендарный меч Архимага. Элутар, да это же не лок'рис, это сир'рис - наш боевой трансформ, только с белым клинком! Я не смог сдержать изумлённого восклицания. Гил взглянул на меня и сложил руки на груди: его глаза горели торжеством. Ну не может мой братец без позы!

– Неплохо, - оценил я.

– Согласен.

Гил обернул клинок вокруг пояса как Мастер, Сгибающий-меч. Впрочем, по эльдамальским меркам он уже давно имел этот ранг, не хватало только меча. Я почувствовал нетерпение своего сир'риса. Не может быть!

– Не спеши, Гил, - попросил я внезапно "севшим" голосом, освобождая трансформ.

Брат взглянул на меня и тут же снял свой. Казалось, его белоснежный красавец светится изнутри. Зеркальные клинки встретились, отразившись друг в друге, и на мгновение слились, полыхнув холодным огнём. Мой сир'рис признал собрата.

– Что это, ФиДель?
– изумлённо спросил Гил.

– Ничего особенного: в нашем роду появился ещё один клинок Свободной Воли.

Гил открыл рот и, не издав ни звука, уставился на свой меч. Я и сам с трудом осознавал, что произошло: впервые Перворождённый без специальной подготовки, не используя галворн, создал боевой трансформ, да ещё и наделил его Свободной Волей! И вообще мне начинало казаться, что слухи о Мастерах, создававших "разумные" мечи сильно преувеличены. Похоже, меч Свободной Воли создаёт себя сам, а Мастер лишь воплощает его замысел. Тин переводил недоумённый взгляд с меня на Гила, подгорные Мастера улыбались в усы, их глаза светились торжеством.

– Выходит, твой клинок вернул мне дар?
– спросил брат.

Клинок? Это вряд ли. Архимаг говорил, что магический блок в памяти, созданный Фаротхаэлем, снять невозможно. Но от него можно освободиться - самому. Похоже, Гилу удалось разблокировать дар. Я отрицательно покачал головой.

– Нет, Гил, ты вернулся сам, сир"рис только указал Путь.

Брат пристроил меч обратно на пояс и подмигнул мне.

– Так или иначе, а теперь мы точно раскатаем Око Света по камушку, вернее, по деревцу. Ну что, идём, командир?

Феальдины-герои

Гиллэстель

В моём распоряжении оказалась целая подгорная кузница. Это было святилище Мастеров-артефакторов, и работать здесь было честью и большой удачей для любого Мастера оружия.

– Ну, Мастер, Трайн в помощь, Барук в защиту, - сказал Дигрим.

Дангор же просто хлопнул меня по плечу правой рукой, тут же придержав левой, иначе я бы вряд ли устоял на ногах. Пожелав таким образом удачи, гномы удалились, оставив меня один на один с горном и наковальней. Раньше я часто работал с Тангарами, и со временем почти весь мой инструмент плавно перекочевал в их кузницу. Гномы не возражали: выделили мне отдельный угол и приспособили наковальню под мой рост. С тех пор здесь ничего не изменилось, даже инструмент лежал там, где я его оставил. Я собирался вернуться и продолжить работу над мечом, но не сложилось. А вот и заготовка - клинок, над которым я колдовал до своего исчезновения. Тогда я был очень близок к цели. Тогда! А сегодня я впервые за последний эльм говорил с мечом, и впервые в жизни - с мечом Свободной Воли.

Сир'рис ФиДеля вёл меня сквозь туман в моей памяти. Я понимал, что должен пройти этот Путь - долгожданный и пугающий одновременно. А когда прошёл, то вместо пустоты, которую столько лет ощущал на месте пропавшего дара, увидел сияющее ночными огнями "ожерелье" Фалас'Силля. Слегка изогнутая прибрежная полоса залива отливала расплавленным серебром, как лезвие гигантского меча. Меч? Неужели тот самый, к которому я шёл всю жизнь?! Я взял в руки незавершённый клинок. Да, ФиДель задал мне непростую задачу. Впрочем, лёгких у него не водилось - как для себя, так и для других.

Закончив воплощение, я едва стоял на ногах. Я потерял счёт времени, и сначала даже не понял, откуда в кузнице взялись гномы. Дангор усадил меня на лавку, а Дигрим сунул в руки кружку. Гадость страшная, зато силы вернула очень быстро. Гномы молча разглядывали мой лок'рис. Белоснежный красавец с зеркальным серебристым клинком сыпал искрами отражённого огня. Дигрим и Дангор вели между собой неспешный разговор взглядов и жестов. Судя по всему, меч Мастеров впечатлил. Я отставил пустую кружку и встал рядом. Мой лок"рис и сир'рис ФиДеля были похожи как День и Ночь. Кроме формы, их объединяло ещё и отсутствие украшений: мы с братом оба не терпели излишеств. Я представил благородный в своей лаконичности сир'рис брата и с изумлением увидел, как белоснежный клинок заливает глубокая зеркальная чернота. Мы втроём уставились на оружие, как две капли воды похожее на меч ФиДеля.

– Это он чего?
– хрипло спросил Данги, когда к нему вернулся дар речи.

Элутар, не может быть! Неужели....

– Т-трансформ, кажется, - споткнувшись на первом слове, неуверенно ответил я.

– Кажется? Ты чего сотворил-то, Мастер?
– покачал головой гном.

– Да погоди, Данги, - вмешался Дигги.
– Сир'рис это, только со светлым клинком. Аль не видишь?

Я потрясённо молчал. Всего пару дней назад здесь, в доме Тангаров, я советовал Ратиславу готовиться к невозможному. А насколько я был готов к нему сам? Гномы тем временем продолжали спорить: