Чтение онлайн

Нет! Нет! Только не снова!

Протискиваюсь мимо него, желая просто исчезнуть в своей комнате.

— Подожди, Рит! — Митя тянется к моей руке, но я отдергиваю свою.

Невольно поднимаю на него взгляд. Его зеленоватые глаза сейчас цвета бури. В них плещется беспокойство. Длинные светлые пряди зачесаны назад. Наверное, оттого, что он, нервничая, проводил по ним пальцами.

Эти пальцы!

Ну как? Как теперь противостоять этому очевидному притяжению между нами?

Оно обрело реальную, осязаемую форму. Этот вечер все изменил.

Мы даже не занимались сексом, а я уже пропадаю. Влюбляюсь в него так сильно.

Мне нельзя, чтобы это чувство проросло глубоко во мне. Это разорвет мне сердце, когда я уйду. Или когда он наиграется.

Оставить Анюту — уже очень тяжело и разорвет меня. А оставить мужчину, которого я полюблю, добьет то, что от меня останется.

— Нет! — поднимаю ладони кверху. — Не прикасайся ко мне. Больше никогда. Если хочешь, чтобы я осталась, — многозначительно кошусь на кроватку.

Разворачиваюсь и убегаю. Не дойдя до комнаты, останавливаюсь на узкой деревянной лестнице и прислоняюсь к стене. Потираю губы, пытаясь стереть его прикосновения. Его поцелуй. Поцелуй, который все же привел к большему.

Если Митя сделает еще попытку, я не смогу сопротивляться ему. Это невозможно.

Невыносимо страшно поддаться.

И невыносимо больно уйти.

20

Митя

— Ты не скажешь Косте? — спрашиваю Оскара.

— Нет.

— Почему?

— Рита вполне сама может принимать решения.

О, как! Про свою младшую сестру он так никогда бы не сказал.

Приподнимаю удивленно бровь. Конечно, это не укрывается от внимания Оскара.

— Она серьезная и морально зрелая девушка. К тому же я увидел в ее взгляде, что это был ее выбор. Ее решение.

Уф.

Облегчением омывает.

— А вот ты, Митя… я по-прежнему недоволен твоим поведением. Я и так оттягиваю момент твоего наказания за то, что вся эта ситуация вообще возникла. Ты то с дочерью, то на работе. Так что это откладывается. А ты еще больше добавляешь мне причины надрать тебе зад.

— Может, я и не был готов стать отцом и в шоке от такого сюрприза жизни, но я не жалею, что все так случилось. Она моя дочь!

— Я знаю. Я не об этом. Ты уверен, что сможешь дать ей то, что она заслуживает? В чем будет нуждаться?

* * *

На это я промолчал.

Но этот разговор уже четыре дня крутится в моей голове.

«Не усложняй Рите жизнь», бросил он, перед тем как уйти.

Но я не могу перестать думать о ней. И слова Оскара не остановили бы меня. Нет. Но слова Риты. То, как она посмотрела, перед тем как сбежать к себе.

Я не могу прикоснуться к ней. Это сжирает меня изнутри каждый день и каждую ночь!

Я даже не трахнул ее, но с уверенностью могу сказать, это был самый жаркий секс, который у меня был за всю мою жизнь.

Как она реагировала на мои прикосновения! Охренеть.

Ее стоны, ее дыхание, трепет тела. Какой скользкой она стала. Когда я только прикоснулся к ее центру, она была уже такой влажной.

Обнимая ее, я возбудился так, что думал, мой член взорвется.

Каждый раз, когда я принимаю душ, стоя под теплыми струями, невольно возвращаюсь в тот момент.

Дождь омывает нас, я ползу рукой под ее мокрую майку, удерживаю за хрупкое горло.

И я возбуждаюсь моментально от этих мыслей.

Я дрочил последний раз, наверное, лет в восемнадцать. И не думал, что когда-нибудь вернусь к этому. Но уже четвертое утро мне приходится решать эту проблему с утренним стояком, которая только усиливается, стоит мне зайти в душевую кабинку и включить воду.

Это так просто.

Закрываю глаза и возвращаюсь в тот вечер.

Когда наши губы впервые встретились.

Когда я зажал между пальцами ее сосок.

И как она задрожала от этого в моих объятиях…

А как она сжала своими стеночками мои пальцы во время оргазма.

Ее стоны и вздохи и пульсация…

Улет!

Самое эротичное, что со мной случалось.

Не представляю, как я сдержался, чтобы не сорвать с нее трусики и не войти в нее. Прямо там. На улице. Где нас могли увидеть.

Но мне было пофиг в тот момент.

Почему? Почему она больше не хочет этого? Нам ведь было так хорошо. Уверен, Рита так же, как я, потрясена этой возникшей между нами бешеной химией.

Когда я выхожу к завтраку, Рита смотрит на меня так, будто прекрасно знает, чем я занимался в душе.

Правда, быстро отводит взгляд.

Посмотри на меня еще! Я жажду твоего внимания! Питаюсь этим, как путник в пустыне ловит каждую каплю!

На ней опять эта чертова мужская майка. Какого хрена она ее носит? Это ее парня? Нет! Не может быть. У нее нет парня! Значит, бывшего.

Она что, сохнет по нему? Скучает? Хочет вернуть?

Ааа!!! И не спросишь же, сука!

Спросить-то я, конечно, могу. Но черта с два она мне ответит. Бросит в меня еще один свой убийственный взгляд. И на этом все.

— Сегодня я приеду после обеда. Почти все доделал, что было в гараже. И если Оскар не нагрузит меня чем-то новым, я буду проводить дома больше времени.

С Анютой.

С тобой.

— Я записала ее на завтра к педиатру. Наутро.

— О! Тогда я вообще завтра не поеду в сервис.

— Мы договорились с Костей. Он нас отвезет.

— Чего это вдруг? Я сам могу, — ворчу недовольно.

— Извини. Я не знала, что ты можешь. А он сказал, что у него завтра свободно утро.

— Если бы ты не избегала меня, ты бы знала, — мое настроение портится с каждой минутой все больше. Ковыряюсь вилкой в омлете, потеряв аппетит.

— У меня не было бы причин избегать тебя, если бы… если бы ты держал дистанцию.

— Эй! Минутку! А я разве не держу? — развожу руки в стороны. Последние четыре дня я и полусловом не пытался намекнуть на ту невероятную страсть, что прожгла нас обоих, как электрическим разрядом. — Не хочу, чтобы Костя использовал мою дочь для съема медсестер, — бормочу раздраженно, отвлекая себя от запретных сладких мыслей.