Чтение онлайн

Подождите, он только что назвал меня деткой? Наверное, ослышалась.

Медленно и нежно Дэниел снова вводит палец, затем добавляет еще один и слегка сгибает их, пока перед глазами не начинают появляться звезды.

— Джоз, детка, ты как? — он ускоряет движения, накрывая ртом мой клитор.

Из горла вырываются бессвязные звуки. Я словно обезумела, святой... о Господи.

Дэниел поднимает голову, его рот блестит, пальцы лениво движутся внутри. Я откидываюсь на шезлонг, голова тяжелеет и кружится, я хнычу.

Не могу поверить, что только что это сделала.

— Перестань на меня смотреть, — смущенно вздыхаю я, едва приоткрыв глаза.

— Я задал тебе вопрос, — снисходительно напоминает он.

Я провожу пальцами по его волосам — Господи, они такие шелковистые — и Дэниел тихо стонет, прежде чем выдохнуть, когда я сжимаю их в кулак.

— Ты и сам знаешь ответ.

— Ответь же на чертов вопрос, Джозефина. Как ты? — его голос хриплый, а пальцы вплоть до костяшек погружаются внутрь меня.

Я зажмуриваюсь, стискивая зубы.

— Я... в порядке.

Дэниел опускает голову туда, где мне отчаянно нужно его присутствие, и горячее дыхание обжигает клитор. Язык скользит по кругу и прямо по нему, снова и снова, то жадно втягивая, то дразня легким касанием кончика.

Пальцы на ногах сводит, все тело сотрясает дрожь, доводя до предела потребность кончить.

— Ты чертовски феноменальна. Мне нравится твоя отзывчивость. Как твое тело откликается на меня.

Внутри все сжимается. Мне не должно нравиться то, как это прозвучало. Так почему понравилось, и почему хочу услышать это снова?

Дэниел с жадностью втягивает мой клитор в рот.

— Еще, о Боже, да, не останавливайся, Дэниел, — срываюсь я, голос сиплый. — Не... не останавливайся! — скрежещу я зубами и выгибаюсь. Клянусь, тело готово взлететь.

Его пальцы проникают глубже, скользя в моей влаге. Они настолько мокрые, что звук должен бы смутить, но только сильнее заводит. А когда он разводит их внутри, попадая в точку, о которой я и не подозревала, сознание тонет в ослепительном взрыве.

Я стискиваю зубы, вцепляюсь пальцами в его затылок, тяну за волосы, пока Дэниел продолжает проникать в меня пальцами, несмотря на то, что киска сжимается вокруг него, втягивает и не отпускает.

Несколько мгновений спустя он целует меня между ног, прежде чем вынуть пальцы и прикрыть промежность ладонью. Сквозь тяжелые, почти сомкнутые веки я замечаю, как Дэниел подносит их ко рту и облизывает, тихо постанывая от удовольствия.

Я рвано выдыхаю, чувствуя себя как выжатый лимон, но он выглядит настолько удовлетворенным, словно кончил сам.

Когда опьянение спадает, я сажусь, ощущая дрожь в ногах и до сих пор не выровненное дыхание. Дэниел мягко улыбается, губы слегка припухшие и блестящие, глядя на меня с такой нежностью, что кожа начинает зудеть.

Для него я всего лишь развлечение. То, в чем он нуждался. Вот, что я для него значу.

И пусть. Мне тоже требовалось отвлечься. Я получила, чего хотела.

Я привстаю, опускаю взгляд ниже его пояса, но Дэниел качает головой.

— Уже поздно, и у нас запланировано свидание. Ты, я и диван, помнишь?

Точно, развлечение. Это не должно задевать. Я ведь сама согласилась.

Он беспокойно хмурится, вглядываясь в выражение моего лица.

— Что-то не так?

— Не могу отойти от произошедшего, — отмахиваюсь я, голос все еще хриплый, но теперь уже по другой причине.

Дэниел не выглядит убежденным, и я знаю, что сейчас он начнет давить, задавать огромное количество вопросов, но я встаю и тянусь за одеждой, ненавидя то, как внутри все сжимается и вянет.

— Напомни, что мы смотрим сегодня?

Джозефина

— Не знаю, радоваться мне или плакать, но его задница больше моей, — Ви склоняет голову набок, не сводя глаз с экрана, где в белых штанах стоит Энджел.

Я не разглядывала ее, до этого момента. Скептически прищурившись, я наклоняю голову и таращусь на его зад. Белоснежные бейсбольные штаны сидят на нем, как вторая кожа, подчеркивая рельефные бедра и ягодицы, выточенные бесконечными часами в спортзале.

Энджел стоит на холме92, чуть пожимая плечами, в то время как к домашней базе выходит следующий игрок. Уголок его губ дрогает в небольшой улыбке. Больше похожей на усмешку, прежде чем лицо застывает в холодной сосредоточенности.

Комментаторы стихают, когда он занимает позицию, одновременно и терпеливо, и нетерпеливо дожидаясь подачи. Все происходит слишком быстро. Он бросает мяч, опередив замах бэттера, и тот с громким хлопком оказывается в перчатке Ноа.

— Страйк-аут93! — выкрикивает судья.

— Есть! Два подряд! — кричит один из комментаторов.

— Это было грязно! — вторит второй. — Выбыл на сто второй... — продолжают они, но я абстрагируюсь, зацепляясь взглядом за Дэниела, бегущего рядом с Энджелом трусцой к дугауту вместе с остальными парнями, чтобы смениться на нижней половине пятого иннинга.

— Это дико раздражает. Какого черта? — хмурюсь я.

— Тоже так считаешь? — мурлычет Ви, звуча одновременно досадно, и восхищенно. — Почему у парней всегда есть то, до чего им самим нет дела? Я бы убила за такую задницу.

Я согласно киваю, а потом поворачиваюсь к ней.

— Знаешь, у тебя она и так отличная.

Ни разу не было такого, чтобы мы находились вместе, и на нее не оборачивались. Она чертовски сногсшибательна, даже не беря в расчет длиннющие ноги, которым любая модель позавидует – конечно, люди будут пялиться.

Она широко улыбается, скулы становятся еще выразительнее.

— Я знаю, но она все равно не такая округлая, как у него. И даже не начинай про то, насколько длинные и густые ресницы у Кая.