Чтение онлайн

Точно так же споро раздербанили третью барку, за ней и четвёртую.

Глядя на то, как ловко наши старички и новобранцы под руководством Горыныча шинкуют шведские кораблики, я развернулся и отошёл к Ярене. Она тоже присутствовала тут, в небольшом шатре, присматривая за разделкой и одним глазом успевая подглядывать в свой поднос. Хмыкнула, завидев моё приближение:

— Что, Царевич, дела не нашлось?

— И не говори. На такую толпу мелковата цель, на раз-два разбирают. Ты мне лучше вот что скажи. На что это наш дорогой друг Горыныч намекал? Про порталы и время?

Ярена как бы невзначай обошла стол и остановилась, обратившись ко мне живой стороной лица. Вздохнула тяжко:

— Когда ты ушёл в Разрыв, Змей… он как не в себе стал. Метался, всю библиотеку перетряс по портальной магии и по… временной. Вернуться хотел в тот момент. Исправить. Или энергии тебе кинуть. Или ещё дальше, чтоб тех остановить… Многие сочли, что он умом тронулся. Потом перемешали причину и следствие и стали говорить, что он из-за порталов свихнулся. В общем… Как это бывает, преувеличенные слухи сыграли с общностью магов злую шутку. А Горыныч… так у него ничего и не получилось.

— Хм. А может, и получилось? Я же здесь? Не Змея ли это заслуга?

— А ведь верно!.. — пробормотала Яга.

Шведская флотилия почти закончилась, и тут мы с Яреной разом рассмотрели, какие приготовления происходят на самом последнем, самом тяжёлом шведском корабле! Я бросился к каналу. Последний экземпляр протискивался в портал впритык: огромный, с двумя чудовищными башнями, каждая на два ствола монструозных пушек.

Команда бронированного исполина успела изготовиться и явно была готова дать пару залпов немедленно по прибытии. Магостатическими зарядами, между прочим! Я на бегу вдруг подумал, что зря мы не используем порталы так широко, как могли бы. И поставил сразу четыре — на все его орудия. А вывел их в то место, о котором думал — на тот лагерь на бугре сразу за шведскими кораблями, на котором я видел пышные походные палатки различных государственных представительств. Пусть тоже проснутся с огоньком, не всё же шведским морякам жизни радоваться.

Дальше всё пошло по отлаженному на первых десяти барках сценарию, хотя, как сказал потом Горыныч, в этого последнего умудрились даже какую-то магическую защиту вплести.

Тем временем в поднос Ярены можно было наблюдать, как забегали и засуетились в стане «евросоюзников», получив неожиданную магическую плюху. А спустя короткое время изображение начало сбоить и рябить, словно поверхность озера под ветром и дождём.

— Эх! Нашла канал! — досадливо цыкнула зубом наша магиня. — Перенастраивать придётся!

— К битве-то управишься?

— Конечно! Спрашиваешь!

Итак, шведские корабли закончились. Команды повязали и сгрузили на сани, как дрова. Пусть работают, кровушкой и потом причинённое России зло искупают.

ЯВЛЕНИЕ ЕНИСЕЯ

Змей довольно оглядел ряд слегка покачивающихся корабликов, и тут волна заметно усилилась, аж лёд в ноги толкаться начал.

— Чего это?.. — успела сказать скорая на слово Звениславка — корабли раздались в стороны, воды расступились, и на лёд вышел сам Енисей.

Вот уж кого тут видеть было удивительно! Судя по последним сведениям, их роман с лисой протекал бурно, и, по идее, он сейчас должен был бы быть весьма занят. Ну, зная темперамент лис… А тут стоит, воротник дорогой собольей шубы оглаживает. Вот, кстати, а почему шуба? Может ему вообще быть холодно, чтоб меха таскать, или это больше для форсу? Кто их знает…

— Будь здрав, Енисей-батюшка!

— И тебе не хворать, князь. Да какой я, к слову, тебе батюшка, коль у тебя сама Умила в настоящих бабках ходит? Да и не затем я пришёл, чтоб с тобой чинами меряться. Не о том разговор хочу вести.

Толпа расступилась, пропуская Горыныча, и велеречивые приветствия прошли по второму кругу.

— Ну, раз дело серьёзное, — Змей скроил чинную мину, — то мы внимательно слушаем.

Енисей приосанился и начал солидную речь о том, как вежественно он встречает наших новых переселенцев, угощая их и рыбой, и чистой водою, не чиня лишних каверз ни хворями, ни судорогами. Я быстро сообразил, куда ветер дует. А и верно, недолго мы живём на его территории, но уж больно вольготно. И если хозяину реки что-то поглянулось, надо бы узнать — что? Надеюсь, не девка, иначе у них с лисой мира не будет… Отвечали мы как положено — также длинно и витиевато, мол, благодарны мы и прочее, и хотелось бы отдариться, да не знаем — что господина Енисея больше порадует?

Тот страшно обрадовался, и недолго думая, ткнул в последний из вытащенных Горынычем кораблей:

— Князюшки, отдайте мне вот его!

Неожиданно.

— Удивил, — честно сказал я. Мы со Змеем переглянулись и кивнули друг другу. Трофей наш общий, а если бронированный транспорт понадобится, уж сделаем. С хозяином реки спорить не резон.

— Ты потешь моё любопытство, — попросил Змей. — ЗАЧЕМ? Зачем тебе эта махина?

— А ни у кого такого нету! — Енисей упёр руки в боки, довольно оглядывая конструкцию. — Жить в нем буду! Как дворец плавучий будет! Ты представь себе, ни у Лены, ни у Ангары, ни даже у Байкала такого нету! А у меня будет!

Я рассмеялся. Змей неторопливо качнулся с носков на пятки и заявил:

— Ну значит будет! Только пушки снимем. Пушки нам сейчас позарез нужны.

Со стороны первых взятых кораблей уж слышался стук-грохот. Бригады мастеровых снимали орудия.

Целая вереница гранитных лафетов была уже подготовлена Горушем на берегу. Сейчас в них установят пушки, и заготовленные конструкции превратятся в полноценную систему обороны. Почему на берегу? О, это был следующий пункт удивительного Змеевого плана.

ИДУ НА ВЫ

Объединённая ставка Европейской Коалиции и Альбиона

Командующий франкским тяжёлым механизированным корпусом генерал ля Бузьен с трудом скорчился на полу и отполз под стол. Кажется, он легче всех остальных присутствующих перенёс эту магостатическую бомбардировку. В голове метались мысли: «Откуда?! Как?! Ведь говорили, что у русских нет ни снарядов столь сильного действия, ни соответствующих орудий???» Остальных участников совещания ломало и выворачивало, так что страшно было представить, что они переживают.

— Вот почему в протоколах мирных переговоров Великой Магической говорится о чудовищной бесчеловечности этого оружия, — пробормотал ля Бузьен. — Какой зловредный дух нас дёрнул аннулировать эти договорённости?..

А! Память услужливо выкатила информацию — вот он, тот дух, собственной персоной. Именно она, мадам Моргана, около сорока лет назад выступила с убедительной речью об отмене на уголовное преследование изысканий по магостатике. К неожиданному удовольствию франка, корёжило ведьму куда сильнее всех остальных.