Чтение онлайн

— Ты даже не понимаешь, насколько беспомощен здесь, — Циарин сложил лапки, формируя шар искаженной реальности. — В моем мире я решаю, кто сильнее!

Шар полетел ко мне, оставляя за собой трещины в пространстве. Я среагировал молниеносно:

Атрибут гравитации для стабилизации зоны перед собой. Атрибут защиты для создания барьера. Аспект повешенного, чтобы протолкнуть сквозь подавление контратаку.

Моя правая рука вспыхнула синим пламенем атрибута молнии. Разряд ударил в шар, вызвав каскадный взрыв. Волна отбросила нас обоих. Я перекувыркнулся в воздухе, приземлившись на колено, чувствуя, как трещит камень под тяжестью моего падения.

— Неплохо, — прошипел Циарин, вытирая кровь с разбитого лба. — Но этого мало!

Земля вокруг нас ожила. Камни превратились в острые шипы, бьющие со всех сторон. Я активировал атрибут трансформации, покрывая кожу жесткими пластинами. Шипы скрежетали по броне, оставляя глубокие царапины.

— Ты прав, — я выпрямился, чувствуя, как аспект чревоугодия начинает потихоньку высасывать энергию из его мира наперекор даже активному Закону узурпации. — Пора заканчивать этот спектакль.

Циарин зарычал и ринулся в атаку. Его тело исказилось, конечности удлинились, превратившись в чудовищные лезвия. Наши удары сошлись в эпицентре взрыва энергии.

Я пропустил его лезвие сквозь бок — боль пронзила, как раскаленный клинок. Мой удар достиг его плеча, или как эта часть называлась у муравьев, оторвав две лапы из десятка.

Регенерация запустилась тут же: и у него, и у меня. Но из-за того, что у меня в принципе был соответствующий атрибут, а также аспект льва, укреплявший тело в целом, несмотря на подавление правил мое восстановление шло быстрее.

В принципе, продолжая в том же темпе и стиле, я мог бы закончить бой довольно быстро. Положиться на свою выносливость и атаковать, атаковать и атаковать, пока от Циарина не останется одна голова, только и способная, что извергать проклятья.

Но Шиито и остальные начали выправлять баланс сил против Руйгу, то ли успешно сработавшись между собой, то ли посеяв неуверенность в рядах врага, моя помощь им была не нужна. А у меня еще оставались десятки не опробованных в реальных боевых условиях комбинаций способностей.

Понимание+лев + трансформация.

Мускулы спины сжались, как стальные пружины. Теперь можно было не просто свободно перекачивать силу мышц по телу, но и трансформировать сами мышцы в процессе, еще больше повышая боевой потенциал.

Молния+захват территории+понимание+гравитация.

Кулак, обёрнутый сине-белым плазменным коконом, ударил не в Циарина, а в пустоту перед ним. Разряд молнии завис в воздухе, быстро образовывая мерцающую решётку, выполнявшую роль ограды под напряжением.

Повешенный+регенерация+трансформация+гигантизация+лев.

Кости правой руки затрещали, удлиняясь, суставы выворачивались с хрустом. Кожа лопнула, обнажив на мгновение мышцы, переплетённые, как стальные тросы, прежде чем регенерация затянула раны.

Мощь удара при такой комбинации получилась даже выше, чем от перекачки мышц, хотя на первый взгляд соль этого приема должна была заключаться в повышении защиты, а не атаки. Тогда, может быть совместить две комбинации?

— Ты… Ты что, сука, тренируешься на мне?! — голос или, вернее, яростный визг Циарина прорвался сквозь гул битвы, словно ржавая пила по металлу.

Я не ответил. Просто продолжил перебирать сочетания, в процессе придумывая новые и пытаясь применить уже их.

Это было не так просто, как можно было подумать. Одновременное использование атрибутов и аспектов я освоил давным-давно. Но смысл комбинаций был в наложении одного эффекта на другой, для чего требовалось на порядки больше концентрации.

Все равно что одновременно одной рукой решать математические задачки, а другой — играть на фортепьяно какой-нибудь концерт Рахманинова. Только с каждым добавлением элемента в комбинацию увеличивалось и количество «рук».

Конечно, я тоже давно был не обычным человеком, для которого нечто подобное было на грани невозможного. Но главная проблема была в тонкой сонастройке разных способностей, что в пылу битвы было уже крайне непросто даже для меня.

Тем не менее, с каждой проверенной комбинацией и каждым удачным сочетанием, внедряемым мной в бой, Циарин начинал все больше и больше сдавать позиции.

— ХВАТИТ! — его рёв сотряс воздух.

Он рванулся вперёд, оставляя после себя трещины в пространстве. Продолжая экспериментировать, я не успел защититься. Обратившаяся в острую косу лапка, обёрнутая Законом узурпации, вонзилась мне в живот.

Внутренности превратились в кровавую кашу. Регенерация зашипела, сращивая ткани, но новый удар наотмашь рассек плечо до кости.

Однако останавливаться я не собирался. Смерть мне пока не грозила, а перспектива оказаться не готовым к бою с Катрионом, Великими Душами, а потом и Маалой только потому, что сейчас не выдержал и не нашел, возможно, лучшее сочетание, была хуже любой боли.

Я прыгнул назад, но Циарин уже адаптировался. Его нога с хрустом сломала мне колено.

— Тебя погубила твоя гордыня, — прошипел он.

Я ухмыльнулся сквозь боль:

— Ещё одна проверка, если ты не против…

Пальцы сложились в коготь, заряженный аспектом Чревоугодия. Я вонзил их в собственную рану, вырвал клок плоти и швырнул в Циарина.

Мясо растворилось в воздухе, превратившись в кислотный туман. Циарин взвыл.

— СДОХНИ, СВОЛОЧЬ!

Его следующий удар был еще сильнее. Грудина треснула, осколки рёбер впились в лёгкие. Но это означало лишь, что у меня появился новое поле для опытов.

Было ли это безумием? Возможно. Но я уже не мог остановиться.

Даже если бы Циарин начал рвать меня на части, я собирался закончить свои эксперименты.

Я вытер ладонью пот со лба, чувствуя, как капли тут же испаряются в раскалённой атмосфере. Пот. У меня. Никогда бы не подумал, что снова испытаю это чувство.

Правда, сейчас пот в основном состоял из крови, которая сочилась из пор наперекор регенерации из-за все усиливавшихся масштабов атак Циарина. Я не был на грани смерти или даже где-то близко. Пока что. Но состояние моего тела оставляло желать много лучшего.