Чтение онлайн

— Здесь не я главный. И ты должен знать, что они говорят.

— Нет. Не знаю, — он всё ещё улыбается, будто да, знает, что именно они говорят.

— Я не хочу, чтобы они думали, будто я натрахал себе дорогу наверх.

— О нет. Этого мы допустить не можем.

— Перестань мне улыбаться. И вообще, куда мы идём?

Мы выходим на улицу.

— Ты предпочёл бы, чтобы я вместо этого хмурился? — спрашивает он, игнорируя мой вопрос.

Радость слетает с его лица, её сменяет мрачная хмурость, подчёркивающая линии лица и делающая его в одну грёбаную секунду в десять раз привлекательнее.

У меня ёкает в животе. Мой член это замечает.

— Нет. И это тоже прекрати!

— С тобой не выиграть, Капитан. Я просто пытаюсь провести хороший и прекрасный день, — смеётся он.

— Должно быть, я мазохист, раз терплю эту пытку, — ворчу я.

Он тянется, хватает меня за шею и притягивает ближе, его рот у моего уха:

— То, как ты давился моим членом прошлой ночью, говорит, что да, мазохист и ещё какой.

— Кровавый ад, — бормочу я, когда Рок отстраняется и улыбается прохожему так, словно не шептал только что мне грязные вещи, оставив меня раскрасневшимся и твёрдым.

Крокодил приводит меня на утёс с видом на главный порт Даркленда. День солнечный, погода тёплая, ветерок ровно такой, чтобы растрепать ему волосы.

Он закуривает ещё одну сигарету и останавливается у самого края. За его спиной над Фабричным кварталом поднимается дым, а солнечный свет полирует побережье и все его маленькие лавки и домики, заливая их золотом и жёлтым.

Место романтичное.

Я смотрю на него, гадая, что привело его сюда и зачем он привёл меня.

Невзирая на прошлую ночь, за эти два месяца мы с Венди почти не видели его. Всё это время Рок собирал совет, затем оформлял бумаги, чтобы вернуть себе титул. Наконец две недели назад ему официально присвоили титул герцога Мэддреда, а потом он и его совет быстро переключились на дело завоевания трона.

Скоро его коронуют.

Теперь планирование коронации полностью поглотило его время и внимание, оставив меня и Венди развлекать себя самим. Венди, как оказалось, нашла радость в том, чтобы исцелять других, и, когда может, помогает в больнице добровольцем. Я нашёл себе применение в Торговом квартале, помогая прокладывать судоходные линии и лучше организовывать расписания гавани.

Иногда по ночам, когда я лежу в постели, прижимая к себе Венди, пока Рок до глубокой ночи корпеет в кабинете, примыкающем к нашей комнате, мне приходится колоть себя острым зубцом своего крюка, просто чтобы напомнить, что всё это по-настоящему.

В любой момент я ожидаю, что всё лопнет, как пузырь, а голос в глубине моего сознания пытается убедить меня, что я этого не заслуживаю.

— Хочу тебе кое-что сказать, — говорит Рок, выдохнув облачко дыма.

— Ладно.

— Я попросил Венди выйти за меня.

Воздух застревает у меня в горле, а потом во рту пересыхает, язык словно распух.

Я паникую. Хотя у меня нет всей информации. Это не значит то, что мне кажется…

Может, это оно. Может, пузырь вот-вот лопнет.

— О, — слышу я собственный голос. — И что она сказала?

— Она сказала «да», разумеется. А ты бы её винил? Я довольно красив и обаятелен.

— Я возненавижу тот момент, когда корона окажется у тебя на голове. Твоё эго станет невыносимым, — фыркаю я.

— Кажется, я предупреждал тебя, Капитан.

— Предупреждал.

Он снова затягивается. А когда выдыхает в следующий раз, говорит:

— Я хотел бы попросить тебя о том же.

— Попросить меня…о чём именно? — хмурюсь я, глядя на него.

— Выйди за меня, Капитан.

— Что? — меня будто парализует.

Он улыбается. Думаю, его забавляет моё удивление и то, что он всё ещё способен застать меня врасплох.

— Выйди за меня, — повторяет Рок.

— Но…а как же Венди?

— А что Венди?

— Ты…ты не можешь жениться на обоих…

— Это кто сказал? Я буду королём. Я женюсь на ком хочу. Если я говорю, что хочу жениться на дерзком капитане пиратов и на девчонке Дарлинг, значит, я женюсь на обоих.

— Ты надо мной издеваешься, — усмехаюсь я.

— Я не издеваюсь, — улыбка соскальзывает с его лица.

— Мы…ты…ты ненавидишь обязательства. А если тебе станет скучно? А если…

— Ты хочешь, чтобы я умолял, Капитан? Хочешь, чтобы я опустился на одно колено и признался тебе в любви? Потому что я сделаю это. Если ты этого хочешь.

— Я бы никогда не попросил тебя сделать то, чего ты не хочешь.

Он смеётся и делает последнюю затяжку, прежде чем уронить сигарету на неровный каменистый склон и раздавить тлеющий уголёк под каблуком. Ветер налетает, подхватывая несколько искр на сквозняке, и яркое золото кружится вокруг Крокодила.

Даже сейчас, когда он весь мой, его тело, его душа, его секреты, когда я вижу его в худшем виде и уязвимым, меня всё равно ошеломляют его сила и красота.

Он тёмная буря, которую невозможно удержать. Единственный выход — приготовиться к её удару и молиться, чтобы выжить после.

И потому я всегда готов. Держусь изо всех сил.

Рок делает шаг ко мне, затем опускается на одно колено.

У меня качается желудок, земля сдвигается подо мной, словно вода.

Он поднимает голову и щурится от солнца. Его глаза, эта жидкая зелень, поблёскивают в свете.

— Ты выйдешь за меня, Джеймс?

Сердце грохочет у меня в ушах, и глаза жжёт, хотя я не заплачу.

Он назвал меня по имени. Рок никогда не зовёт меня по имени. Имена для него больная тема, а его собственное — самая больная из всех.

«Ты выйдешь за меня, Джеймс?»

Я знаю, что люблю его. Может, в глубине души я всегда это знал.

Но сейчас меня накрывает. Особенно сейчас. Накрывает, как штормовой порыв, и грозит подломить колени.

Я люблю его так, будто в этом есть что-то безрассудное и жестокое.

Если океан попытался бы украсть его у меня, я бы объявил ему войну. Когда солнце разливается у его ног, мне ненавистно отнимать у него это место.

Меня пугает, насколько сильно я его люблю.