Чтение онлайн

— Что за наглая ложь?! — восклицаю я, толкая Майрока в грудь. — Полный бред!

Он лишь усмехается, а потом и вовсе мрачно смеётся, глядя на меня снисходительным взглядом, будто на ребёнка:

— Будешь отрицать очевидное?

— С чего ты взял?

— Были проведены все магические экспертизы. Они указали на твоего отца.

— Не понимаю. Почему никто не поднял шум? Почему?

— Потому что мой отец не захотел. Он боялся, что на наш род ляжет пятно. А сестру это вернуть не поможет. А ведь он пользовался авторитетом в Совете. Наша репутация должна быть безупречной, так он говорил. Он рассчитывал стать правой рукой Легенды, хоть потом и не срослось. А Кассия посмела предать его и спутаться с родом, с которым у нас кровная вражда уже несколько поколений. Он велел ждать удобного момента, а пока молчать. Но это не для меня. Я сам отомстил за сестру. Поступил так, как должен был. Ради Кассии и моего племянника.

Майрок касается рукой кулона и сжимает его так, что костяшки белеют. А затем снова прячет под одежду.

Я чувствую его боль, как свою. Чувствую, как он надломлен, как его переполняет гнев на себя, на своего и моего отца, и даже на меня.

— Мой папа не мог, — голос звучит твёрдо, хоть внутри и зреет боль, грызёт изнутри озверевшим волком.

— Но он сделал это! — рычит Майрок, поворачиваясь и хватая меня за плечо. Он встряхивает меня, как куклу, будто пытаясь привести в чувство: — Он сознался, Медея! Сказал, что будет нести ответственность, и он её понес.

Сознался? Я вижу, что Флейм не лжёт. Я буквально чувствую это.

Сердце крошится на осколки. Медленно и мучительно. Причиняя невообразимую боль. Мой привычный мир только что был безжалостно уничтожен, и его уже не вернуть.

— Я боготворила отца. Я любила его больше всех на свете, — поднимаю глаза на Майрока.

Его рука всё ещё больно сжимает моё плечо.

— Он сдох так, как и заслуживал, — абсолютно безжалостно, но уже куда спокойнее добавляет Майрок, отпуская моё плечо и засовывая руку в карман. — Я ни о чём не жалею, и мне плевать, будь мы хоть трижды истинные. Ты могла любить его, ведь он твой отец. Но он жалкий подонок. И я не буду жалеть твои чувства.

Неприятие ситуации душит меня.

— Я не верю тебе, — взрываюсь я. — Не верю и никогда не поверю! Он не мог! Понимаешь, не мог? Отец был другой. И он умел брать ответственность за свои поступки. И не был жестоким.

Я заканчиваю свой монолог уже практически криком. Замолкаю, тяжело дыша и глядя на Майрока исподлобья. Он ничего не говорит, лишь смотрит. Но я вижу, что ему плевать на мои слова. У него своё мнение и с моим оно никак не бьётся.

Я резко отворачиваюсь, делая несколько шагов в сторону.

Нам с Флеймом никогда не поладить. Всё было ошибкой. Я просто не могу даже дышать одним воздухом с тем, кто так жестоко клевещет на моего отца. Пусть даже он и считает, что прав.

— Нужно возвращаться в академию, Найт, — доносится до меня полный ледяного спокойствия голос Флейма. — Время уже позднее.

— Мне надо найти профессора, — поворачиваюсь, беру себя в руки и стараюсь не смотреть Майроку в глаза.

— Где ты будешь его искать? Я не уверен, что смогу взлететь к тому месту, куда должен был прибыть подъёмник. Сил всё ещё маловато, да и к тому же становится холодно.

Я поднимаю взгляд и смотрю на Майрока. Он снова собран, снова непробиваем, снова на его лице нет ни единой лишней эмоции.

И между нами опять огромная пропасть. Всё возвращается на круги своя. Мы враги, иначе и быть не может.

Возвращаемся в академию молча, перекидываемся лишь парой фраз. Единственный момент, когда Майрок меня касается, когда спускает меня вниз с плато, и когда мы стремительно перелетаем реку.

В академии я оставляю короткую записку профессору и засовываю её в дверь так, чтобы торчала, и он мог её увидеть.

Уже поздно ночью, я лежу в кровати под мерное сопение Джули. Прокручиваю в голове всё, что услышала, складываю в своей голове с тем, что помню из детства. Собираю воедино пазл, детали которого я собирала долгие годы.

И в голове всплывает интересный момент.

Ведь совсем недавно мне снова приснилась та ночь, когда папу убил Флейм. И отец сказал странную вещь, которую я почему-то не помнила раньше. Он сказал, что дядя что-то наделал и ему нужно это разгребать. Мог ли Оскар быть виновником, того что произошло? Я ведь узнала всё лишь в общих чертах и не выспросила у Майрока подробности, потому что эмоции слишком захватили меня. Нужно разобраться в этом. И, как бы не было противно, поговорить с дядей.

Глава 16. Мне жаль, сестра

— Тебе следовало дождаться меня, а не оставлять записку! Я же весь извёлся! — профессор Шейдмор поднимает руки к потолку, показывая всю степень своего возмущения.

Утром я первым делом зашла к нему, чтобы рассказать о произошедшем.

— Вам не кажется, что это вы должны были забеспокоиться, когда я не появилась спустя полчаса? — резонно подмечаю я.

— Я увидел туманников вживую и буквально потерял счёт времени… — растерянно и с некой долей вины принимается оправдываться он. — Я наблюдал за ними и делал заметки. А когда пришёл в себя, понял, что прошло уже пару часов, а тебя всё нет. Пришлось взлетать, хоть и было холодно.

— Боюсь, к этому моменту, я уже была в академии.

— Но у тебя же нет крыльев. Как ты умудрилась не упасть? Я видел высоту, на которой сломался подъёмник… безумие! Я уже отдал распоряжение провести проверку.

Вудс ведь отвечает за имущество академии. Неужели ей достанется? Даже не верится.

— Мне кое кто помог, — признаюсь я, всё ещё сомневаясь, стоит ли знать Шейдмору о том, что происходит в моей жизни.

Пусть он и немного странный, даже чудаковатый, но единственный, кто хоть как-то мне помогает. А если не доверять совсем никому, точно пропаду. Тем более, что сегодня я хочу попросить Шейдмора об услуге.

— Но кто тебе мог помочь? — удивляется профессор.

— Майрок Флейм из огненного домена.

Сначала профессор задумчиво моргает, а затем до него доходит. Я буквально вижу, как вытягивается его лицо в ужасе.

— Медея…

— Я знаю, сэр. Но так случилось, что он мой истинный, — признаюсь я и замираю, напряжённо ожидая реакции профессора.

— Вот же… твою же… — бормочет он, а затем резко ударяет кулаком по столу. — Демоны!

— Да-а… у меня была такая же реакция, — негромко отвечаю я.

— Но ведь это он убил Джозефа! Чтоб его! Когда вижу его в коридоре академии, мне уже жутко становится, этот его взгляд… бр-р-р.

— К сожалению, я не могу ничего изменить. На всё воля судьбы.

— Или Легенды.

— Легенды? — переспрашиваю я. — О чём вы?

— Ни о чём… — отмахивается Шейдмор. — Бедное дитя. Остаётся лишь уповать, что Флейм разорвёт связь и оставит тебя в покое. Я могу поговорить с ним, воззвать к его совести.

— Я сама справляюсь, сэр. Вообще, хотела поговорить о кое чём другом. Мне нужна ваша помощь.