Позови меня, любовь
Шрифт:
Там ее встретила удивленная Дикси.
— Белла! Какая радость! Ты вечно пропадаешь и внезапно появляешься! Я уж и не знаю, когда тебя ждать.
— Привет, Дикси. Извини, что так коротко говорила с тобой по телефону.
Белла села за гримерный столик и открыла свою сумочку.
— Где же ты пропадала? — спросила подруга.
Вынимая из сумки щетку для волос, Белла тяжело вздохнула и ответила:
— Увы, в ближайшую тысячу лет я вряд ли смогу рассказать тебе об этом.
Заинтригованная Дикси не унималась:
— Ты хоть понимаешь, как мы переживали за тебя?
— Прости, я не хотела… — Белла ласково пожала руку подруги. — Если я и сегодня во время представления исчезну — помни, что у меня все хорошо, и не волнуйся.
— Белла! — воскликнула Дикси, не находя слов, чтобы выразить свое изумление.
— Пожалуйста, будь другом и ни о чем не расспрашивай.
У Дикси был самый что ни на есть растерянный вид.
— Со мной все будет в порядке, — повторила Белла, в глубине сердца уповая, что так и будет…
Во время представления Белла места себе не находила от волнения — сумеет ли она вернуться к Жаку? Проходил один номер за другим, и ее внутреннее напряжение возрастало. Девушка была на грани нервного срыва. Ведь сто лет назад параллельно этому идет свое представление. И вполне возможно, что Жак уже погиб. Она же не знает, в какой момент случилась трагедия!
Во время каждого затемнения, когда включался хрустальный шар, Белла обязательно была на сцене, даже если не была занята ни в предыдущем, ни в следующем номере. Она ждала, кусая губы, думала о Жаке и молила неведомую силу забрать ее поскорее. Но без результата.
Приближались финальные номера, и Белла окончательно пала духом. Переодеваясь в костюм викторианской эпохи, она посмотрела на свое бледное лицо в зеркале гримерной и грустно прошептала:
— О, Жак! Я стараюсь изо всех сил, поверь!
Под гром аплодисментов, несущихся из зрительного зала, Белла вышла из гримерной и быстрыми шагами направилась к выходу на сцену. И вот тихо заиграли начало «Старой милой песни любви», погас свет, и «калейдоскоп» начал вращение, разбрызгивая продолговатые пятна света, от стремительного бега которых кружилась голова…
На этот раз она услышала голос Жака: «Идем со мной…» — и сердце наполнилось радостью. Наконец-то она перенесется к нему… Только бы Жак был еще жив! Тогда еще не все потеряно. Она спасет его!
Бабушка велела преодолеть страх. И она его преодолеет, подумала Белла, ее решимость сметет все преграды!
Через секунду кружение прекратилось, и Белла не увидела, а интуитивно почувствовала, что она уже в другом времени. Света еще не было, «калейдоскоп» над ней вращался и посылал на сцену пятна света.
И тут, холодея от ужаса, Белла увидела женщину с ножом в руке, которая бросилась к ней из темноты…
«Боже! Профессор Пибоди был прав!» — пронеслось в голове. Это ее хотят убить!
Белла, потрясенная и переносом во времени, и возникновением женщины с ножом, не успела и пошевелиться, как между ней и убийцей словно из ниоткуда выросла темная фигура Жака, Все было так ирреально, так ужасно, как кошмар в замедленной съемке. Жак попытается спасти ее и погибнет. Да, она виновата в его смерти!
— Нет! Жак! — закричала она.
Но было уже поздно. Жак повернулся на ее испуганный крик. Женщина метнулась вперед и занесла нож, чтобы ударить Жака в спину…
Именно в этот роковой момент с колосников на женщину обрушился канат с огромным чугунным крюком. Удар пришелся чуть сбоку и был так силен, что преступницу отбросило в сторону зрительного зала, и она упала в оркестровую яму.
Зажегся свет. По залу пробежал испуганный ропот. Белла и Жак, оба ошеломленные происшедшим, смотрели друг на друга с ужасом и восторгом.
— Белла, ты вернулась! — вскричал Жак. — Какое счастье!
Она бросилась в объятия любимого. На сцену высыпали другие актеры. Все смотрели в оркестровую яму.
Там между двумя опрокинутыми стульями лежала на спине Мария Форчун, голова ее была вывернута под неестественным углом. В руке еще был зажат нож. Около трупа перешептывались перепуганные музыканты. — Не смотри, дорогая! — приказал Жак и отвернул лицо Беллы от страшного зрелища.
Сквозь слезы Белла заглянула ему в глаза:
— Но почему Мария хотела убить меня?
Он покачал головой и молча крепче прижал к себе дрожащую девушку.
Прибежал Этьен и уставился на мертвую примадонну в оркестровой яме.
— Что произошло, черт побери? — ахнул он.
— Мария пыталась зарезать Беллу, — мрачно объяснил Жак.
— Но почему?
На сцене появился Клод Форчун и замер, вперившись в труп жены.
— О нет, Мария, нет! — вскрикнул он и прыгнул в оркестровую яму.
Шум в зрительном зале усилился — все были потрясены происшедшей трагедией.
Этьен, глядя на Жака, допытывался:
— Скажешь ты мне или нет, черт возьми, почему Мария пыталась убить Беллу?
— Откуда мне-то знать, — огрызнулся Жак.
На сцену прибежал белый как полотно Тоби. Он первым делом подскочил к своей подруге.
— Белла, с тобой все в порядке?
Она обняла мальчика и улыбнулась ему дрожащими губами.
— Да. — Вглядевшись в его искаженное личико, девушка быстро спросила: — Тоби, а не ты ли…
Мальчик с болезненной гримасой посмотрел на тело, возле которого рыдал Клод Форчун.
— Да, я бросил крюк, — сказал он со слезами на глазах. — А что мне оставалось делать? Я ведь обещал беречь тебя и не спускать с тебя глаз.
— О, Тоби! — Белла прижала мальчика к себе и ощутила, что его бьет дрожь.
— Я должен был остановить ее, — прошептал Тоби. — Я видел, что она задумала нехорошее. Но я не хотел убивать!
Белла погладила его по голове.
— Ну, ну, будет! Успокойся, Тоби, все в порядке. Никто тебя не обвиняет. Ты сделал именно то, что нужно было сделать.