Позывной Омут. Чужая игрушка
Шрифт:
— Я не указываю и не угрожаю . Я защищаю своих. И если ты не остановишься, то плохо будет и тебе, и им.
Сабуров хмыкает, его взгляд становится более настороженным.
— Мы семья, – цедит Сабуров
– Значит хреновая, раз Марго хочет сбежать. Смирись уже. Серьезно, мужик, она тебя не хочет, – я качаю головой. – У тебя есть сын, но таким поведением ты оттолкнешь и его тоже. К этому стремишься?
Сабуров презрительно усмехается, и я вижу, как его лицо искажается от гнева.
— У меня есть свои принципы, Кирилл! Я не собираюсь просто так отказываться от них. Ты думаешь, я не вижу, что ты просто хочешь отобрать у меня всё?
Я чувствую, как меня распирает от внутреннего конфликта.
— Я не хочу отбирать у тебя сына! Я просто хочу, чтобы он был в безопасности. Если ты действительно его отец, ты должен это понять и засунуть все свои принципы себе в зад ради него.
Сабуров замер, его лицо становится серьезным, но я вижу, что он не собирается сдаваться.
— И как ты себе это представляешь? Я должен просто сидеть и смотреть, как они живут своей жизнью, а я не имею права вмешиваться? Это мой ребенок в конце концов. Ты и сам скоро поймешь, что это значит.
Скоро? К чему это он?
Ладно, неважно.
Главное, что я вижу то, на что и надеялся – тема сына трогает его за живое.
— Что ты предлагаешь? — наконец спрашивает он.
— Перестань преследовать Марго. Дай ей и Артему жить спокойно. Взамен я помогу наладить ваше общение с сыном. Ты сможешь быть частью его жизни, если это будет безопасно для всех.
Сабуров замолкает, поджав губы
Ему явно нелегко принять мои условия, не привык идти на компромиссы, но я надеюсь, что разум все же возьмет верх.
— И ты думаешь, я могу доверять тебе в этом? — Александр скептически усмехается.
— Да, можешь. Потому что я здесь не только ради них — но и ради того взаимопонимания, которое мы все пытаемся найти. Это ради блага Артема.
Сабуров немного расслабляется, заметно обдумывая наше предложение примирения.
— Хорошо… — тяжело кивает он наконец. — Если это единственный способ быть с сыном… Я согласен попробовать.
Я киваю в знак принятия нашего нового соглашения.
— Рад, что ты способен мыслить здраво. Мы оба знаем цену тех связей, которые нас окружают. Давай начнем укреплять их с малого — ради семьи.
Сабуров коротко кивает и явно пересиливая себя протягивает руку через стол. Я пожимаю руку в ответ.
Очень надеюсь, что этот жест – знак того, что теперь Марго и Артем наконец заживут спокойной безопасной жизнью.
В любом случае, я все для этого сделаю.
Эпилог
После общения с Сабуровым, я возвращаюсь домой и едва переступаю порог, как ко мне бросается Марго:
– Живой? Ты в порядке? – Онв взволнованно гладит меня по щеке, будто не веря др конца, что я действительно пришел.
– В порядке, – киваю я. – Я ездил поговорить, а не на разборки. Переговоры уважает даже такой как Сабуров.
– И что он сказал? – Марго такая бледная, что мне даже становится тревожно.
Поспешно скидываю обувь и приобнимаю её.
– Все хорошо. Я всё решил, а тебе видимо прилечь надо. Пугающая как смерть.
– Спасибо, Кирилл. Твои комплименты как всегда на высоте, – нервно улыбается Марго, но позволяет отвезти себя в спальню.
– Так что же, Кирилл? – Снова спрашивает она, садясь на кровать.
Она вся натянута будто пружина, а глаза расширены от страха. Неудевительно, учитывая сколько моей девочке пришлось вынести:
— И что он сказал? Что теперь будет?
Я делаю глубокий вдох, собираюсь с мыслями. Сажусь рядом с ней, моя рука инстинктивно ищет её.
— Я предложил ему сделку, — начинаю. — Он согласился оставить тебя и Артема в покое, если я помогу ему наладить отношения с сыном. Я понимаю, это не идеальное решение. Мне и самому не нравится, что Сабуров будет присутствовать в нашей жизни, но сейчас это единственный способ защитить вас.
Её лицо меняется: неверие, удивление, облегчение и снова неверие:
– Ты…ты хочешь сказать, что Алекс готов уступить? Мне больше не нужно будет прятаться? Я…я смогу нормально жить?
В её голосе отчетливо сквозят слезы, а после она бросается мне на шею и утыкается лицом в грудь:
– Кирилл, родной! Спасибо! Ты спас меня. Спас нас с Темой из этого кошмара! Я просто не знаю как тебя отблагодарить и смогу ли.
От её слез мне становится неприятно.
Не нравится, когда Марго плачет, даже если это просто переизбыток эмоций.
– Да, брось, перестань, – я успокаивающе глажу её по спине. – Разве я мог по другому?
Да и…насчет отблагодарить, – я потираю шею, чувствуя возрастающую неловкость.
– Я тут подумал. Мы с тобой вроде нормально ладим…через всю эту мясорубку прошли. Ну и вообще, как-то мне с тобой, – раздраженно дергаю плечом.
Блин, разговоры и выражение чувств – это явно не моя тема.
– В общем, тянет меня к тебе. Сильно, – я сглатываю воздух. – Даже больше – влюбился по уши. И с Артемом вроде ладим. Я его не сильно раздражаю. Может, ну…попробуем жить вместе?
Марго медленно отстраняется. На губах дрожит улыбка, но я не понимаю её смысла.
– Сначала ты должен узнать новость от меня. Вдруг передумаешь?
Я хмурюсь.
– А что такого ты можешь мне сообщить? Что у тебя кто-то появился?
Марго снова улыбается и кивает:
– Можно сказать и так.
И прежде, чем до меня успевает дойти смысл сказанных её слов, она добавляет:
– Я беременна, Кирилл. От тебя.
Эти слова повисают в воздухе, словно взрыв.
Я замераю, не веря своим ушам.
Меня никогда в жизни не захлестывало одновременно столько эмоций.
Я вообще не знаю, что сказать, просто смотрю на неё, пытаясь осмыслить информацию.
— Ты... ты серьёзно? — наконец спрашиваю, мой голос дрожит от волнения. – Беременна? Вот прям по настоящему?