Чтение онлайн

— Понятия не имею, мистер Иден.

— Бросьте, Лэкси! Я лучшего мнения о вашем интеллекте. Как вы думаете, почему я попросил вас занять место мисс Дикинсон?

— Точно не знаю, — ответила та. — Сказать по правде, когда вы прислали за мной, я была наполовину убеждена, что сейчас, после смерти тети Гвен… — Она не закончила предложение: вскочив, Теккерей негодующе закричал:

— Боже мой, вы что, вообразили, будто я собираюсь вас уволить?

— Я подумала… Поскольку вы взяли меня на службу во многом благодаря тете Гвен, то, может быть…

Теккерей часто наблюдал в своих клиентах: чем больше была их вина, тем громче они выражали свое возмущение. Теперь он сам оказался в подобной ситуации, ибо знал, что без протекции своей тетки Лэкси Хьюби ни за какие коврижки не получила бы место у «Господ Теккерей». И не потому, что у нее не хватало профессиональных знаний, — она была слишком скованна, не заботилась о своей внешности, и те немногие слова, что ей удавалось из себя выдавить, произносила с сильным йоркширским акцентом, да и выглядела девушка как двенадцатилетний подросток. Но когда старые богатые леди выражают какое-либо пожелание, опытные старые адвокаты встают перед ними на цыпочки. Лэкси приняли на работу и услали подальше, запрятав среди шкафов с документами, дабы она не бросала тень на блистательный имидж «Господ Теккерей».

Это было три года назад. Через месяц после того, как она поступила на службу, у старой миссис Хьюби случился первый удар. Окажись он тогда смертельным, Теккерей недолго раздумывал бы и, выждав для приличия какое-то время, предложил бы маленькой Лэкси подыскать себе другое место — соответствующее ее склонностям и таланту.

Но за прошедшие годы многое переменилось — не столько в самой девушке, которая на вид была все тем же чудаковатым подростком, впервые появившимся в фирме три года назад, сколько в отношении к ней Теккерея. Наблюдение за ее работой убедило его, что в девушке есть природный ум. Он заглянул в ее школьную характеристику и обнаружил, что Лэкси было рекомендовано продолжать учебу после неполной средней школы. Но семья настояла на том, чтобы она бросила учиться. Этот жуткий тип Хьюби! Теккерей вздрагивал всякий раз, когда думал о нем. Отчасти как жест, направленный против Хьюби, отчасти потому, что ему нравилось иногда встряхнуть своих самодовольных клерков, но главным образом оттого, что отсутствие мисс Дикинеон привело к ужасным последствиям, он посадил маленького воробышка на ее жердочку.

— Лэкси, я не стану отрицать, что влияние вашей тети помогло вам получить место у нас. Но только ваши способности помогут вам здесь удержаться, — сказал он резко. — Итак, что вы думаете об этих письмах?

— Разумеется, всем им хочется получить деньги, и чем раньше, тем лучше. Но, судя по тону письма и по тому, что мистер Гудинаф готов тащиться в такую даль ради встречи с вами, можно сделать вывод, что именно он самый решительный из них.

— Превосходно подмечено! Еще до того, как он позвонил, я предположил, что мистер Эндрю Гудинаф окажется в центре событий.

— По-моему, вас это не беспокоит, — изумилась Лэкси.

— Вы говорите — не беспокоит? Напротив, я в восторге, Лэкси. Заниматься завещанием до 2015 года — это очень скучно. Конечно, это будет доходное дело, но от этого оно не станет интереснее. Если же нам придется оказывать сопротивление попыткам оспорить завещание, это будет и прибыльное, и живое занятие. А кроме того, немедленный доход всегда предпочтителен. Поэтому да здравствуют судебные иски!

Ему доставляло удовольствие показать наивному юному созданию, каким острым умом и деловой хваткой он обладает. Чувствовалось, однако, что на «наивное юное создание» это не произвело должного впечатления — она то и дело поглядывала на часы.

— Я вас задерживаю, Лэкси? — спросил Теккерей раздраженно.

— О нет. То есть… Извините, мистер Иден, у меня назначена встреча во время ленча, а скоро будет полпервого. — Она казалась такой встревоженной, что адвокат смягчился.

— В таком случае вы должны поторопиться, — посоветовал он.

Лэкси выпорхнула из комнаты как птичка. Встреча? Может быть, с парикмахером? Хотя ее коротко стриженные прямые волосы не были шедевром парикмахерского искусства. Тогда со стоматологом? Или с молодым человеком? Последнее представлялось самым невероятным. Бедная маленькая Лэкси! Перед его мысленным взором уже рисовалась картина, как она старится на службе у «Господ Теккерей». Нет, он должен сделать для нее все, что в его силах. Вызволить из Олд-Милл-Инна и избавить от жуткого отца — вот что могло бы стать первым шагом. Но как это осуществить?

Теккерей сидел неподвижно, размышляя над этой задачей. Он обладал ясным умом, и ему доставляло огромное удовольствие управлять судьбами других. Слышно было, как постепенно пустеет здание. В дверь просунул голову его племянник и младший партнер Данстен Теккерей.

— Вы идете к «Джентльменам», дядя Иден?

Вопрос не был таким уж странным. «Джентльмены» было расхожим сокращением названия «Клуб Бороу для профессиональных джентльменов». Теккерей являлся членом учредительного комитета этого престижного викторианского заведения и его президентом, правда, еще не вступившим в должность. Как либеральный модернист он презирал это заведение. Как старший партнер в фирме «Господа Теккерей и прочие» он должен был держать язык за зубами. Однако сегодня он не был готов к той тяжелой пище, которую в «Джентльменах» обычно подавали как в интеллектуальном, так и в кулинарном плане.

— Попозже. Может, загляну попозже, — ответил адвокат.

Он услышал шаги племянника на лестнице. Затем все смолкло. Адвокат погрузился в свои мысли, и случайный наблюдатель мог подумать, что он спит. Когда Теккерей открыл глаза, ему потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что случайный наблюдатель уже находится в комнате.

В кресле, откуда упорхнула Лэкси, сидел мужчина. В нем было что-то знакомое и отталкивающее.

Внезапно его осенило. Ну конечно, это же тот самый загорелый незнакомец, который наделал столько шума на похоронах Гвендолин Хьюби!

— Кто вы? Как сюда попали? Какого дьявола вам здесь нужно?

Мужчина пристально смотрел на него, будто пытаясь прочесть что-то на его лице.

— Вы Иден Теккерей? — обратился к нему незнакомец. Говорил он с видимым трудом, словно человек, заново вспоминающий старые слова и обороты.

— Да, это я. А вы кто? — повторил Теккерей.

— Кто я? Последние сорок лет я был Алессандро Понтелли из Флоренции, и в паспорте моем записано то же самое. Но на самом деле я — Александр Ломас Хьюби, и пришел я предъявить права на наследство!

— Что с Уилдом? — спросил Дэлзиел.

— Не знаю. А почему вы спрашиваете?

— В последние дни он кажется каким-то отрешенным, будто что-то задумал. Может быть, он собирается делать пластическую операцию и до сих пор не решил, что выбрать — паяльную лампу или буровую машину?

— Не могу похвастаться, что заметил что-то особенное, — сказал Паско.

— Нечувствительность — твой недостаток. — Дэлзиел рыгнул, потом закричал: — Эй, Уилди! Принеси-ка нам еще пирогов. И скажи Веселому Джеку, что в этом месяце моя очередь есть пирог с мясом.

Никто не обратил на это внимания. Дэлзиел и его подчиненные всегда обедали в «Черном быке», и частое общение привело к тому, что все чувствовали себя раскованно. Через минуту Уилд вернулся из бара с двумя пинтами пива.

— Ты не забыл о моем пироге?

Сержант поставил кружки на стол и полез в карман куртки.

— Слава Богу, что я не попросил тебя принести горячей пиццы! Ваше здоровье! Что с тобой, сержант? Ты не взял себе вторую кружку? — Дэлзиел только сейчас заметил, что Уилд не купил себе пива.