Чтение онлайн

– Вряд ли он придет, мастер, наш Кимли бегает по двору и держится за зад.

Не иначе, как подвиг очередной совершил.
– и его смех поддержали другие солдаты.

Минут через десять провожаемый шутками и смехом, на второй этаж поднялся Кимли. Гарон, все это время говоривший со мной и выяснявший мотивы моего поступка, вытирал выступившие на глазах слезы.

– Кимли, не знаешь, чем это так воняет?

Гном сердито посмотрел на меня, затем на Гарона, посопел, махнул рукой и принялся хохотать.

Да зад я ушиб когда упал со стула, а не штаны испачкал.

И нечего на меня так смотреть Лис это с болота воняет а мы гномы все же покрепче людей будем.и Кимли засмеялся.

Я думал, что я мастер розыгрышей, но после встречи с ним теперь понимаю почему люди в отличие от гномов воюют друг с другом.

– Это ж надо, так честного гнома напугать.
– продолжал причитать гном, по виду которого было видно, что он не злится за мою шутку.

– Да тут едва не пострадала не только твоя гномья честь, но и портки!
– заржал Гарон и хлопнул меня по плечу, - хотя бы подняли всем настроение, давно тут так не веселились. А то я и спал внизу, чтобы ребята чувствовали, что я их не брошу, и не удумали чего. Ну, раз так, предлагаю вам пожать друг другу руки и забыть о том случае на воротах.
– сказал Гарон.

Я протянул гному руку: «мир?». «Мир»,- сказал гном и, улыбаясь, пожал мне руку.

– А ты не плох для человека, но шутки гномов все равно лучше. Вот как-то раз, мы с ребятами ...

– Кимли, собирайся в дорогу!
– прикрикнул Гарон и гном, сердито бурча, поспешил вниз.

Было видно что бурчит он больше для порядка, а не от обиды.

Снарядить в дорогу даже небольшой отряд в пять десятков человек - дело непростое, но, благодаря тому, что Гарон заранее велел собрать все самое необходимое, этой проблемы удалось избежать. Сложнее было с распределением груза. Тащить на себе пару десятков килограмм припасов и прочего добра, необходимого для установки полевого лагеря, ополченцы явно не хотели. Поэтому десяток имевшихся в крепости лошадей тащили на себе не только скудный запас фуража, но и изрядную долю поклажи.

Гарон после такого раннего подъёма, устроенного мной, был на удивление весел, я же был полон скептицизма.

Десяток лучников и десяток латников с пятеркой гномов уже были собраны, и в ожидании дальнейших приказов от Гарона уже сидели на дорожных мешках. Ополченцы же носились по лагерю, как курицы со своим первым яйцом, в роли яйца выступали объемные мешки личной поклажи. Каждый ополченец искал способ навьючить что-нибудь из своих вещей на спину бедных лошадей, которые под увеличивающимся весом поклажи проседали все ниже и ниже.

Гарон ревел раненым медведем, пытаясь призвать ополченцев к порядку. Я не вмешивался в процесс управления лагерем. Рядом со мной, тяжело сопя, остановился Кимли с четверкой гномов. Молча посмотрев на суету ополченцев, гном скинул с плеч увесистый мешок. В мешке, упавшем на землю, что-то лязгнуло.

– Вот и крепкий, как скала, гном пожаловал. У тебя там что, походная кухня?
– не удержался я от колкости.

Гном лишь махнул рукой на мою шутку. Решительно шагая, этот бородатый субъект пошел прямо к толпе суетящихся ополченцев.

Ещё издалека гном прокричал:

– Да что вы возитесь, словно девки на сеновале, туды-сюды? Гарон, брось ты это безнадежное дело, не хотят идти - пусть остаются тут. – попытался гном заглушить шум от криков ополченцев.

– Ты прав, Кимли. Если через пять минут вы не соберётесь, мы выйдем без вас!
– громко прокричал Комендант.

Гарон же, как и мы все, тащил на себе мешок со съестными припасами, кирку, маленькую металлическую лопатку, пару мотков веревки и несколько свертков с личными вещами. Поэтому, когда он медленно развернулся и зашагал к воротам, большинство ополченцев, побросав на землю наименее ценные вещи, поспешили следом за комендантом. Отставшие спешно скидывали с лошадей свое барахло и спешили следом.

– Открывайте ворота!
– крикнул гном, и четверка бородатых собратьев гнома сноровисто сняла с массивных ворот увесистые запоры.

Ворота натужно заскрипели и колонна, возглавляемая комендантом крепости, наконец, тронулась в путь. Я шагал в середине колонны, рядом со мной семенила пара гномов, чьи мешки разительно отличались от поклажи прочих солдат.

Минут через тридцать, когда очертания крепости, ворота которой просто напросто прикрыли, как прикрывают двери в маленьких деревнях, скрылись в густом утреннем тумане, меня нагнал Кимли, оттеснив от меня одного из моих собратьев.

– Кое-как навёл порядок.
– сказал он и вытер влажный лоб.
– До чего вы, люди, бестолковый народ. Напихали себе в мешки ненужного барахла а теперь не знают, что с ним делать. Пока шел замыкающим, насмотрелся, что эти дуболомы выкидывают в трясину, чего там только нет.

– Неужели все так плохо, Кимли?
– спросил я, гном лишь рассеянно кивнул.

– Хуже некуда!
– поддержал его идущий следом за нами гном. Пока мы ворота закрывали, чего только не насмотрелись.

Я оглянулся и увидел лица спешащих за нами ополченцев:

– Что-то они не рады, что покинули форт.- сказал я.

– А то, как же. Хари все кислые, как весенние яблоки!
– поддакнул мне другой гном. Нет бы, оружие из крепости захватить, так нет, они вместо этого понахватали чего не попадя. Я вчера перед выходом лично у всех мешки проверил, чтобы у всех запас еды и воды был, и лишнее барахло прямо на площадке перед башней выкинул, а вместо него раздал им по лишнему мечу и топору, а они обратно все барахло распихали по сумкам.

Не солдаты, а сороки, - хохотнул Кимли, - я у одного вчера в мешке нашел кружевные дамские панталоны, и клянётся, стервец, что не его, а сам косит глазом в сторону товарища. Я к тому, а он головой трясет, мол, не его.

Я улыбнулся рассказу гнома.

– Врешь ведь, Кимли, откуда такие вещи у ополченца посреди болота?

– Чтоб ты знал, гномы никогда не врут!
– гордо выпрямился шагающий рядом Кимли

– Истину глаголет!
– одновременно поддержала моего спутника четверка гномов.

Мы шли по караванной тропинке колонной по два человека. Вперёди и позади нас шагали гномы, оттеснившие от меня ополченцев. Я посмотрел на Кимли и спросил:

– Гарон приказал меня охранять?

– Не дева красная, чтоб тебя охранять!
– ответил мне Кимли.

Между тем, головной дозор был еле различим в утреннем тумане: Гарон, пятеро латников и пара лучников, шагали впереди метрах в ста от нашего отряда. Я же вместе с оставшимися бойцами шагали в составе основной колонны.

В самом хвосте колонны шли ополченцы, которые вели лошадей, нагруженных поклажей. Десяток лошадей был нагружен так сильно, что тюки висевшие по обе стороны лошадей, не давали идти рядом с ними другим солдатам, из-за чего отряд растянулся в длинную цепочку. Это меня не радовало: если мертвяки решат пощипать наш отряд, то ополченцам придется несладко.