Чтение онлайн

16-милиметровый киносъёмочный аппарат «Красногорск-4», отличавшийся от лучшей в СССР любительской камеры подобного класса, своего предшественника «Красногорск-3», только ещё более совершенным объективом, ранее применявшегося в профессиональных камерах, был выпущен всего лишь в 27 экземплярах по причине дефицита такой оптики.

Дефицитность этой оптики на фоне широкой массовости одной из самых популярных в стране любительских кинокамер объяснялась технологической сложностью производства подобного объектива, практически достигшего своего технического предела и помимо высокой светосилы обеспечивавшего десятикратное изменение фокусного расстояния.

С потребительской точки зрения, такие уникальные характеристики обеспечивали камере возможность осуществления чёрно-белой либо цветной киносъёмки, пригодного даже для телевидения профессионального качества, особенно, в условиях низкой освещённости или относительно большой удалённости снимаемого объекта.

Другое дело, что звука у отечественных кинолюбителей тех лет, за редким исключением, действительно, почти не было, поскольку советские любительские кинокамеры не имели возможностей для непосредственной записи звука одновременно с киносъёмкой, требуя для этого дополнительных ухищрений и специальных технических средств.

К числу подобных технических средств относились, прежде всего, наиболее удобные в этом отношении переносные кассетные магнитофоны, к описываемому в романе периоду выпускавшиеся советской радиоэлектронной промышленностью в относительно широком ассортименте, хотя и не в надлежащем качестве, а также различного рода синхронизаторы для точного совмещения записанного звука с демонстрируемыми на экране кадрами.

Именно поэтому, вторым ценным для главного героя новоприобретением, обнаруженным им в подозрительных кустах вместо вожделенного рояля, стала почти советская кассетная магнитола VEF-260, выпускавшаяся на Рижском государственном электротехническом заводе VEF в Латвийской ССР с начала 1978 года.

Выполненная на интегральных схемах переносная кассетная магнитола 2-го класса VEF- 260 предназначалась для приёма радиопередач в диапазонах длинных, двух диапазонах средних, пяти диапазонах коротких и диапазоне ультракоротких волн, а также для записи, стирания и воспроизведения монофонических магнитных фонограмм.

В радиоприёмной части использовалось электронное переключение между амплитудной и частотной модуляцией принимаемых сигналов, автоматическая подстройка частоты для УКВ-диапазона, светодиодный индикатор точной настройки, подсветка шкалы и разъемы для подключения внешней антенны.

Магнитофонная часть имела светодиодный индикатор состояния автономного источника питания для контроля возможности нормальной записи от батарей, встроенный микрофон, стрелочный индикатор и автоматическую регулировку уровня записи, а лентопротяжный механизм и головки поставлялись из Венгерской Народной Республики.

Общими элементами управления для радиоприёмной и магнитофонной части магнитолы являлись переключатель рода работ «магнитофон» — «приёмник», регулятор громкости и управление настройкой тембра по высоким и низким частотам. Питание осуществлялось от 6 элементов 373 или от сети переменного тока через встроенный блок питания.

Обладая достаточно глубоким и сочным звучанием, магнитофонная часть магнитолы, в принципе, соответствовала своему второму классу и по её техническим характеристикам, а приёмная часть по многим параметрам даже существенно опережала свой класс.

Начальная цена магнитолы составляла 320 рублей, но впоследствии, в том числе и в ходе снижения цен на технику в 1978 году, не раз ещё менялась в сторону снижения, достигнув исторического минимума к снятию с производства в 1987 году на уровне 270 рублей.

К семидесятилетию Л.И. Брежнева, в конце 1976 года, то есть, до завершения разработки полного цикла производственно-технологических процессов, в единственном экземпляре был изготовлен подарочный вариант этой магнитолы в деревянном корпусе VEF-2001. Для сборки на Кубе и латиноамериканского рынка магнитола называлась Varadero.

По улицам уже давно проснувшегося, несмотря даже на воскресное утро, города молча брёл согбенный под тяжестью набитого всякой технической рухлядью охотничьего рюкзака молодой человек в дешёвых, позорно пузырящихся на коленях, трениках и не менее позорно растянутой, влажной от пота, синей майке-алкоголичке.

Впрочем, молча он ковылял потихонечку только с виду, потому как в голове его шёл в это самое время процесс бурного обсуждения итогов произошедших с ним и обитателями его черепного теремка событий, причём некоторые из упомянутых обитателей с упорством, достойным лучшего применения настаивали на разборе их морально-этической стороны.

— Это секса в СССР не было, а техника для любительских киносъёмок уже была! — горячо пытался доказать очевидное зампотех Виталий, — И эта камера, Миха, как раз и является одним из самых совершенных и убедительных доказательств сему непреложному факту!

— Вообще-то, товарищи эгрегории, — виртуально вздохнул Михаил, — Я, собственно, не об этом, а о том, что ну не было этой долбанной кинокамеры у нас, ну и пусть ещё сто лет в обед не было бы! Как вы не понимаете, что наша группа была приравнена к диверсионно-разведывательным, а потому наши сегодняшние действия по изъятию всей этой техники у местного населения можно расценивать не иначе как мародёрство!

— Ну ты и скажешь тоже, мародёрство! — недоверчиво возразил Виталий, — Во всех книгах про попаданцев это всегда называлось сбором хабара или ништяков. В некоторых случаях и сталкерством. Но никак не мародёрством! А книги эти, между прочим, Миха, отнюдь не дураки какие-нибудь писали!

— Ну да, — подозрительно покладисто согласился иногда от скуки почитывавший и такие прикольные, с его точки зрения, книжонки Михаил, — А ещё там эти никогда и нигде не служившие «не дураки» на полном серьёзе советуют не оставлять за своей спиной живых врагов. Так что, вырезать их теперь всех под корень, как Петрович любимый аппендицит?

— Резать к чёртовой матери, не дожидаясь перитонитов! — тут же с готовностью рявкнул не разобравшийся со сна разбуженный Петрович, — Единственно прогрессивный взгляд![i]

— Хи-хи-хи! Слышал, Мих? — захихикал донельзя довольный Виталий, — Так что, товарищ командир разведывательно-диверсионной группы, лоханулся ты сегодня немного с этими оборотнями в красных подвязках, ой, простите, я хотел сказать, в красных повязках! Ибо резать их всех надо было к чёртовой бабушке, ре-зать!

— Диверсионно-разведывательная группа всегда действует только в рамках общепринятых норм международного и военного права, — процитировал капитан ГРУ по памяти какой-то документ, — В соответствии с нормами международного права и законами ведения войны, любые диверсионные мероприятия допускаются исключительно в военное время и только в отношении объектов армии, флота, военно-промышленного комплекса, средств связи и транспортных коммуникаций находящегося в состоянии войны государства-противника.