Чтение онлайн

— Соглашение заключал мой отец, за прошедшие годы все условия изменились, обсуждать их не имеет смысла.

Тьма в глазах лорда, тщательно ощупывавшая каждое слово собеседника, начала таять:

— То есть, вы действительно не заинтересованы ни в мести, ни в союзе.

— Как и писал вам ранее. Кажется, мы начинаем друг друга понимать.

— Тогда что вы здесь забыли? — почти грубо поинтересовался Дамьен. — Человек вашего положения…

— Я здесь не из-за вашей дочери, — оборвал его размышления Лоран. Да-да, люди его положения не ведут демонологию у детишек. И предпочитают как можно скорее заканчивать с неизбежными подозрениями. — Это все, что вам нужно знать.

Прямой, почти угрожающий взгляд очень блеклых голубых глаз заставил темного отступить от границ другого лорда. Датур мог быть моложе, мог быть преподавателем его дочери, но в его венах текла золотая кровь, замешанная на чистейшей тьме. Старый лорд недавно умер, что, вероятно, и заставило его вернуться из-за границы. Солан снова ощутил прилив злости на выходку Адалин, сжал кулак и медленно разжал.

— Вся эта чушь про охрану… Это и правда необходимо? — Дамьен с сомнением повернулся к Лорану.

Датур уклончиво качнул головой:

— Возможно, забота ректора Антиарис преувеличена. Насколько могу судить, леди Адалин умеет постоять за себя. Тем более, с ней артефакты Солан и Седум.

— Седум?

Лоран с очень ироничным пониманием внимательнее посмотрел на несостоявшегося тестя:

— Помолвочное кольцо Седумов с защитной магией.

На аристократичном и жестоком лице Дамьена дернулись желваки. Он, конечно, знал прекрасно о связи Адель с Венсенном, но не о том, куда она их завела.

— Помолвочное кольцо Седумов находится у моей племянницы.

Лоран пожал плечами, не удержавшись от очередной двусмысленности:

— Возможно, она его одолжила?

С лордом Соланом, однако, играть в эту игру было скучнее, чем с Адалин. Он закипал, полностью сосредоточившись на внутренних ощущениях. Глазам вернулась тьма, пространство возле тела неслышно потрескивало, Лоран, как магистр Темных искусств, видел, что паутинно-тонкие линии от его ауры продавливают реальность, как стекло. Тьма просачивалась насквозь вязким туманом, дрожала маревом в воздухе.

— Где она?

Сосредоточенный голос сулил Адалин впечатляющие неприятности. Лоран почти ее пожалел. Казнь за мелкую шалость в шкафу — это слишком.

— Леди Адалин в городе, предупредила, что вернется утром, — ответил Лоран, поднимаясь со своего кресла. Разговор все равно подходил к концу. — Она совершеннолетняя, и ограничивать ее передвижения мы не имеем права. Поэтому, советую воспользоваться гостеприимством ректора Антиарис, если вы не остановились в гостинице.

От ярости не способный проронить больше ни слова, лорд Солан вышел из кабинета, хлопнув дверью. Лоран тяжело вздохнул, расправляя усталые плечи. Кажется, ректор накликала на свою любимую студентку угрозу пострашнее ее приключений, да и целого прорыва нежити в Эллидар. От разгневанного отца своевольную девицу не уберегут ни стены, ни охранки, ни артефакты. Разве что фальшивка Венсенна посопротивляется. С минуту или две.

Датур вышел в приемную, где тревожно стояла у стола секретаря ректор. По ее блестящим глазам и бледному лицу было ясно, что Солан с ней не попрощался. Лоран коротко заверил женщину, что Дамьен решил сам убить дочь, да и вообще отправил ее сюда именно за этим, и отправился, наконец, в свою комнату. Чертов день все-таки подошел к концу.

Адалин и Венсенн шли вдоль вычурной ограды небольшого городского сада, угощаясь засахаренным миндалем из коричневого пакета с оттиском цветка. Они поужинали в ресторане, который здесь держала семья фейри, и теперь просто гуляли по городу, наслаждаясь компанией друг друга.

Под ногами романтично шуршали желтые и зеленые листья, сбитые дождем, и мелкая ночная нечисть, оршери, выклянчивая орехи. Чем-то они напоминали крыс, такие же серые, юркие, только глаза горят красным, клыки хищника, язык раздвоенный и хвосты с шипом на конце. Все два. Забавные зверюшки ворчали, отталкивая друг друга от ног прохожих и умильно вставали на задние лапки, заискивающе вытягивая мордочку. Они путались под каждым шагом, но, когда близость к каблукам и подошвам становилась опасной, они таяли черными облачками и появлялись неподалеку снова.

С ветки вдруг спланировала зеленая чешуйчатая тень, щелкнув клювом, схватила одного верещащего звереныша и утащила в крону клена, хрустнули мелкие косточки.

— Если твой отец поговорил с ректором, наверняка начнет искать тебя, — Венсенн следил, как она бросила кусочек сладкого миндаля ближайшему оршери и магией заставила взмыть орешек обратно в воздух, нечисть зашипела и смешно запрыгала на месте, пытаясь достать лакомство. К ней присоединились еще несколько, образуя кружок.

— Это зависит от того, чем закончилась беседа, — непринужденно ответила девушка. — Пока он не пытался связаться со мной.

На самом деле, Адель абсолютно не хотелось думать, чем могла закончиться беседа с ректором. А конкретнее, с деканом. Потому что, раз лорд Солан еще не отправил ни одного послания на Стекло и не позвонил, значит, он очень, очень зол. И просто опасается сорваться на необратимые проклятия. И что его так взбесило?

Про поцелуй, конечно, Датур не скажет, да и про кладовку — тоже. Тем более, не интересны отцу ее игры и интрижки. Вот, само наличие Лорана в Академии… Но и этого недостаточно. Она потянулась к карману, украдкой заглянув на поверхность Стекла. Ничего. Что ж, не сегодня. Адалин щелкнула пальцами, отдавая оршери заслуженную награду и бросила под ноги еще пару орехов. Пусть хоть кто-то порадуется.

Венсенн обнимал ее за талию, прижимая к себе.

— Если все так, как ты говоришь, волноваться ему не о чем. Мы живем в Темной империи, наша магия сильно изменила эти земли, — он качнул головой в сторону оршери, дерущихся за миндаль. — Но и нас самих изменила. Мы тоже стали опаснее. И хитрее.

Адалин вздохнула, склоняя голову ему на плечо. Эллидар светился оранжевым теплым светом, искрился вечерними огнями. Они мерцали на высоких чугунных фонарях, перелетали, как огромные светлячки над головами прохожих. Вспыхивали на крышах, в деревьях, в темноте, как маленькие феи. После заката здесь оказалось даже оживленнее, чем днем. Мимо шли темные, эльфы, фейри, полукровки… Все расовое многообразие города.

— Ты прав, нужно действовать хитрее. Думаю, немного маскирующих чар не повредит.

— Маскирующих?

Девушка остановилась и положила руки ему на плечи, погладила теплую шерстяную ткань сюртука.

— Он будет искать меня, а не тебя, — улыбнулась Адалин с предвкушением и поднялась на носочки, касаясь его губ поцелуем.

Дыхание к дыханию, легкая шероховатость губ, как будто задерживала касание. Обжигала. Сен обнял ее крепче, прижимая к своей груди, раскрывая губы навстречу. На кончике языка кольнуло заклинание, тьма с лиловыми тусклыми сполохами соскользнула с поцелуем к ней. Кусочек его магии, кусочек его души. В груди, за сердцем, чуть-чуть защемило, словно царапина где-то глубоко внутри, а потом это ощущение исчезло, разрыв ауры затянулся. Адалин еще раз провела языком по его губе и отпрянула. Легким пассом девушка соткала чары, защищающие от отслеживания. Как кокон из его магии, укрывающий ее сущность. Кольцо на пальце замерцало внутренним светом, признавая родную Силу.