Чтение онлайн

— Да, о ней, — холодно проговорила я. — Хотелось бы посмотреть. И убедиться, что вы не готовите мне аналогичную участь.

— Ну, что вы, Лира! Как можно?!

Я только приподняла бровь, молча пережидая фальшивое возмущение.

— Хорошо, пойдемте, — сдался он.

Далеко идти не пришлось. Леррой всего лишь какими-то чарами сдвинул в сторону книжный шкаф, скрывавший темный коридор.

— Но мне нужны гарантии, — уже без ложной радушности проговорил он. — Вы все правильно просчитали. То, что есть, уже не годится. И вы мне нужны. Но и я вам нужен. Я иду вам навстречу, хоть это и сопряжено для меня с большим риском. Пойдите и вы мне навстречу: ваше кольцо останется тут.

— Хотите, чтобы я настолько вам доверилась? Или беспокоитесь, что у меня хватит глупости убить очищающую? — фыркнула я. — Мне казалось, что вы лучшего мнения о моих умственных способностях.

— Если пожелаете, то мое кольцо останется тут вместе с вашим, — дернул подбородком он. — Но вторая дверь не откроется, пока вы не снимете перстень.

Подавая мне пример, он снял свой перстень и положил на край стола. Я пожала плечами и повторила его движение.

— Вам все же интересно мое предложение, — усмехнулся он. — Прошу.

Через минуту мы вошли в маленькую спальню с небольшим, прикрытым полупрозрачной шторой окошком, перегороженную посередине стеклянной стеной. Там за стеклом у окна на узкой кровати с вычурным нежно-розовым постельным бельем лежала юная девушка. Ее бледная кожа была почти прозрачной, так что я даже с такого расстояния видела голубую венку, бьющуюся на ее тонкой шее. Тоненькая, как тростинка, она была одета в некую помесь платья и ночной сорочки, светлая ткань которой только усиливала впечатление невесомости девушки. «И как такая умудрилась связаться со старым пнем Лерроем?!» — невольно удивилась я.

— Эту участь вы мне готовили? — холодно уточнила я, покосившись на прозрачную колбу с двумя горлышками, впаянную в прозрачную стену.

Открытое горлышко колбы выступало по ту сторону стены, а другое, смотревшее на нас, было плотно закупорено массивной пробкой. В емкости была какая-то маслянистая голубая жидкость. Догадаться, что это и есть один из вредоносных ароматов Делии, труда не составило.

— Нет. В том-то и дело, что нет, — покачал головой Леррой.

— Хорошо. Я так понимаю, что вы — уже бессмертный. Тогда что вам нужно от меня?

— Давайте продолжим разговор в кабинете, — предложил старик, похоже, чувствовавший себя несколько неуютно в обществе спящей красавицы.

— Мне все равно, — пожала плечами я и без колебаний вошла в коридор.

Все, что хотела, я уже сделала: два отсроченных некромантских плетения дожидались своего часа. Старик не знал, что мне совершенно не нужен перстень, чтобы колдовать. И это заставляло меня улыбаться, слыша, как он за моей спиной запирает двери.

Идея пришла внезапно и показалась мне разумной. Убивать эту невесомую девочку, которой и без меня досталось по самое горло, как я планировала вначале, рука у меня не поднялась. Но в этом и не было необходимости. Пусть она просто уйдет и увидит, как изменился мир. Вряд ли она отнесется с пониманием, узнав, что проспала несколько столетий. А помолвку легко разорвать в одностороннем порядке.

— Вы правы, — заговорил наконец Леррой, прервав плавное течение моих мыслей. — Я уже бессмертный. Ну, насколько это возможно в нашем мире. Мне больше четырехсот лет, и с того момента, как я обрел бессмертие, я не постарел ни на один день.

— Поздновато вы его обрели, — не удержалась от шпильки я.

— Увы, — огрызнулся он. — Это вам я поднес это знание на блюдечке. Мне же пришлось до всего доходить своим умом.

— Расскажите. Уж простите мою настойчивость, но я должна знать, с кем мне предстоит разделить вечность.

Была небольшая вероятность, что старик заартачится. Но он не стал спорить.

— Она была моей студенткой. Когда-то давно. Никаких чувств к глупой девчонке я не испытывал. Ни тогда, ни, тем более, сейчас. Но когда выяснилось, что она — очищающая, задумался. Она влюбилась в меня, как кошка, а отказывать очищающей для смертных было чревато во все времена.

— Отчего же?

— Вы представляете себе, как действует механизм отката в том случае, если очищающую как-то обидели?

— В общих чертах.

— Значит, не представляете, — огрызнулся Леррой. — Ненависть. Вот что служит спусковым механизмом. Если очищающая испытывает к кому-то подобное неприятное чувство, магия воспринимает это как приказ и наказывает невезучего. Вас избил Алий и едва не умер, потому что в тот момент вы его ненавидели. И тем не менее ваша хитроумная сестричка даже не чихнула, напакостив вам куда серьезнее. Вы не испытывали к ней ненависти.

— Так просто?

— Да. Вот так все просто. Если очищающая сдержанна и разумна, то все в порядке. А если капризна и взбалмошна, как та, что лежит в соседней комнате, это — катастрофа. Когда девица явилась в мой дом и при всех заявила, что любит меня и выходит за меня замуж, я был, мягко говоря, в ужасе. Помолвку заключить пришлось. Но потом я напоил ее сонным зальем, пытаясь выиграть время и решить, как действовать.

— Ну, женились бы на девочке, — пожала плечами я. — В чем проблема?

— Для вас моя «проблема» будет непостижимой, — мрачно отвернулся Леррой. — Я был влюблен. У меня была невеста, пусть помолвку мы заключить так и не успели.

— Поздновато для помолвок в вашем-то возрасте, — фыркнула я.

— Ах, избавьте меня от вашего сарказма, Лира, — отмахнулся он. — Я поздно встретил свою любовь. И тем не менее мне было лишь слегка за пятьдесят. Вполне приличный возраст для мага! Понимаю, в ваши двадцать я кажусь вам древним стариком. Но, можете мне поверить, были женщины, которые находили меня привлекательным.

— Удивительно.

Он только глаза к потолку закатил в ответ на очередную шпильку и продолжил:

— Так или иначе, но ни о какой помолвке с интересной мне женщиной больше и речи не шло. Он уехала, как только узнала, что у меня появилась невеста, будь она проклята. Несколько лет я держал девчонку в состоянии полусна, пытаясь решить возникшую проблему. Но, увы, всякий раз, когда я приходил с новой порцией зелья, она встречала меня теми же словами, что и всегда, и пыталась рассказать, как замечательно мы будем жить вдвоем и сколько детишек она мне родит.

На последней фразе Лерроя так перекосило, что я с трудом удержалась от смеха.

— Примерно в то время я и заметил, что перестал меняться. Вообще. Этот феномен так меня заинтересовал, что я забыл о неудавшейся личной жизни и вплотную занялся способностями очищающих. Вам, Лира, с вашей патологической тягой к любого рода знаниям это будет куда понятнее, чем любовь.

— Так и есть, — кивнула я, не желая вдаваться в подробности. — Но давайте меньше лирики. Что же вас не устроило? Залог вашего бессмертия спит, и, как я понимаю, может спать бесконечно долго. Зачем вам вдруг понадобилась я?