Правила игры
Шрифт:
Волна удушающей ярости поднималась в Данилове, и он боялся, что сорвется. Что он сможет натворить в такой момент — Мирон приблизительно представлял. И от этого становилось страшно.
Ему вспомнился случай, когда они поехали с палатками на остров Русский — решили провести половину отпуска дикарями на природе. Снежка с Варей готовили уху, а Макс и Мирон решили немного отдохнуть — пошли купаться. Тогда на них набрела компания из четырех молодых парней, которые решили познакомиться с «очаровательными девушками».
Мирон скрипнул зубами, вспомнив, с каким страхом смотрела Снежка на незнакомцев, расположившихся рядом. Когда Мирон с Максом вернулись, они сразу поняли, что простым разговором дело не обойдется. Парни пили водку, бросали в сторону Снежаны и Вари масляные взгляды, а порой и недвусмысленными жестами показывали, чтобы они сделали. Данилов с Симоновым наливались злобой, такое соседство и внимание в адрес их жен им не нравилось. К вечеру компанию парней потянуло на подвиги и они, поднявшись, направились к Максу, Мирону и девушкам.
Разглядев агрессию в глазах гостей, Мирон с Максимом не стали дожидаться нападения, дали отпор первыми. Та парни еле держалась на ногах, что сыграло на руку Мирону и Максу. Они расправились с буйными соседями, а потом покинули стоянку, пока та компания не пришла в себя.
Вот и сейчас Мирон чувствовал, что ему не хватает совсем немного, чтобы сорваться. И тогда его удержать никто не сможет. Только вместо пьяных гопников он готов накинуться на Симонову. Черт, как же так вышло, а? Ну, не мог он оказаться в таком положении! Это какой-то страшный сон! Мирон всегда был собранным, составлял определенный план действий. Прежде чем приступить к делу. Ему так было легче. Даже в завоевании Снежки он разработал определенную стратегию — чтобы не упустить девушку. А тут минутная слабость, да даже не слабость, а какой-то миг невменяемости — и вся жизнь летит под откос. Как так? Он не должен позволить Симоновой одержать верх.
Снежана без интереса щелкала пультом, по телевизору ничего интересного не было. Сдавшись, она выключила его и села к компьютеру. Может, в Интернете есть что-нибудь, что отвлечет ее от грустных мыслей.
Войдя в свой почтовый ящик, Снежана вновь увидела письмо от анонима. Сердце пропустило удар — неужели все началось снова? Нет, она не хочет этого! Зачем? У них всю последнюю неделю дела шли хорошо, а тут вновь какой-то компромат на Мирона….
С какой-то обреченностью, Снежана щелкнула по теме письма.
Здравствуйте, Снежана Кирилловна!
Простите, что вновь вторгаюсь в вашу жизнь, но мне кажется, что вам будет это крайне интересно.
Послушайте аудио файл. Уверяю вас, равнодушной вы не останетесь.
С искренним уважением к вам и сожалением что доставляю вам такие вести.
Доброжелатель.
Снежана несколько минут собиралась с силами, прежде чем включить вложенный файл. Ей стало страшно, что после этого ее жизнь уже никогда не будет прежней.
Решившись, девушка надела наушники и нажала кнопку воспроизведения.
— Ну и какое у тебя ко мне дело? — услышала девушка голос мужа. Мирон был злым. С кем это он разговаривает таким тоном?
— Я от тебя беременна, — Раздался тихий женский голос, и Снежана похолодела — это говорила Варя! Ее подруга беременна от мужа Снежаны???
— Я тебе не верю! — отрезал Мирон. И Снежана представила, как он отмахивается от слов Вари. Уж Снежане был известен Мирон.
— Я так и думала, что ты мне не поверишь. Когда мы с тобой переспали, моего мужа не было в городе. Макс уезжал в Японию, — Отвечала Варя и Снежана слышала какое-то ликование в голосе подруги. Господи, нежели это правда? Мирон и Варя? Боже, как больно! Когда она подозревала их, мучилась от недоверия, она и не думала, что это может быть правдой!
— Ты могла спать с кем угодно. Помимо меня.
Снежана с ужасом слушала признание мужа, боль растекалась по всему телу. Было невозможно дышать, так перехватило горло.
— В ту ночь, когда Снежана осталась в больнице, после аварии и потери вашего ребенка, я примчалась к тебе. Ты же был тогда совершенно невменяемый — рыдал и пил водку стаканами. Ты сам знаешь, что из этого вышло — мы с тобой переспали. Твоя жена оплакивала ребенка в больнице одна. А ты оплакивал малыша со мной, в вашей постели. И как символично, да, дорогой, что наш с тобой малыш был зачат в ночь гибели вашего ребенка, правда?
На этом запись обрывалась. Но Снежане и этого хватило с лихвой. Девушка сидела на стуле, ловя ртом воздух. Сердце просто зашлось от боли — предательство мужа и подруги просто уничтожило ее. Как они могли так поступить? Пока она была в больнице, корчилась от душевной и физической боли, муж трахался на их кровати с подругой жены! Боже, какая гадость!
Волна отвращения прокатилась по телу девушки, она сорвала наушники и метнулась в туалет, где ее долго и мучительно рвало.
Мирон понял, что с женой что-то не так, когда Снежана пронеслась по квартире и скрылась в туалете. Оттуда раздались столь характерные и знакомые звуки, что Мирон замер на месте. Что со Снежкой? Отравилась? Или…? Беременна? — эта мысль промелькнула и исчезла.
Мужчина постучал в дверь туалета.
— Снежа, что с тобой? — волновался Мирон. — Может, вызвать «скорую помощь»?
Но жена молчала. Мирон повторил свой вопрос.
Снежане стало чуть легче, по крайней мере, рвотных спазмов больше не было. Девушка прислонилась лбом к холодной плитке, ей хотелось умереть. Не сходя с этого места, чтобы никогда больше не видеть двух предателей — мужа и подругу. Она слышала, как беспокоился Мирон, но ей стало все равно, что он там чувствует. Муж о ней мало беспокоился, когда кувыркался с подругой жены на их кровати.
Снежану вновь замутило и она, зажав рот, сдавленно застонала. Перед глазами замелькали картины — муж и подруга, сплетенные друг с другом. Как они могли? — беззвучно кричало ее сердце. Как же они осмелились осквернить и супружеские узы и дружбу, долгие годы, связывающие Снежану и Варю?
Девушка сползла по стене вниз, тихо заскулив при этом. Ее ломало от боли и обиды. Снежана обхватила руками колени, уставившись в стенку. Теперь-то все части пазла были на месте. И отчуждение мужа в первые дни после той страшной аварии — у него тогда закрутился роман с Варей, зачем ему была нужна жена со своими проблемами. И поздние возвращения мужа, и отказ от близости. И эта ложь, которую он вешал жене на уши, не краснея при этом. Как у него язык не отсох придумывать все новые и новые поводы для оправдания своего поведения? Придумал, что все встречи с Варей были только по делу. Как он мог после всего этого смотреть жене в глаза?
Снежана кое-как поднялась на ноги и решила выйти из туалета. Сидеть на холодном полу — не самое лучшее решение.
Открыв дверь, девушка столкнулась с мужем.
— Снежа, как ты? — обнял девушку Мирон. Жена была очень бледной.
— Убери от меня руки! — прошипела Данилова и насколько хватало сил — оттолкнула мужа.
— Да в чем дело? — не выдержал мужчина. — Я волнуюсь, черт возьми! Ты пулей пронеслась по квартире, а потом тебя долго тошнило. Ты отравилась? — участливо спросил Мирон.