Чтение онлайн

— Я заразна, в конце-то концов!

— Сеньора Паоло, добрый день! — наконец акустически обозначил своё присутствие Артуро. — Пожалуйста, не ругайтесь на Джулию! Она ведь о вашем здоровье беспокоится!

— Ой! Здравствуйте, Артуро! — завязался диалог через стену. — Я очень рада, что вы зашли! Но мне очень неловко из-за того, что я отвлекла вас от работы!

— А вы и не отвлекли! — ответил сеньор Маринари и всё-таки заглянул в комнату. — Я ведь, между прочим, лучший повар.

— Венеции? — усмехнулась сеньора Паоло. — Или Российской Империи? А может, уже всего мира?

— Просто лучший, — пожал плечами Маринари, уже закатываю рукава. — Где можно помыть руки?

Не слушая дальнейших протестов, парень прошёл в кухню и принялся готовить суп. Ничего сверхъестественного — крепкий бульон, который он принёс с собой в двухлитровой пластиковой бутылке, отварная курочка, немного овощей и покупные макарошки-звёздочки. Но то была лишь видимость.

Во время готовки, Артуро ни на секунду не закрывал свой гримуар. Постоянно листал его, выискивая нужные страницы, и искал верный рецепт. Или же, скорее, сочетание рецептов. Если бы Джулия знала, в чём дело, то поняла, что Артуро готовит блюдо-оберег, насыщенное не только витаминами, но и тем самым внутренним теплом, заряжать которым блюда умел только он.

И уже через пятнадцать минут чудодейственный суп был готов.

Сеньора Паоло ела медленно и с неохотой, однако с каждой ложкой её щёки розовели, взгляд становился яснее, а дыхание — ровнее. В итоге старушка осилила полную тарелку и прошептала внучке:

— Удивительно.

— Что такое? — насторожилась Джулия и бросила взгляд на спину Маринари, который беззаботно был посуду после готовки.

— Простуда простудой, — так же шёпотом добавила сеньора Паоло. — Но нормальное давление у меня последний раз было лет двадцать тому назад. А тут даже оно выровнялось.

— Надеюсь, вам получше, — сказал Артуро, вытирая руки. — Ну… пойду я, что ли? — и технично свалил в прихожую, оставив женщин в лёгком ступоре.

— Спасибо вам огромное, сеньор! — крикнула сеньора Паоло, а затем строго посмотрела на внучку. — Ты ничего не забыла?

— Что? — не поняла девушка.

— Ты на смену опаздываешь.

А Джулия… Джулия застыла в шоке, удивлённая столь резкой переменой. Бабушка, которая ещё пять минут назад на полном серьёзе укрывалась тремя одеялами, теперь сидела на кровати. Очень бодрая и очень властная…

Вечернюю смену мы отработали… интересно. На сей раз без внезапных гостей и драматических событий, просто почему-то именно сегодня я не приготовил ни одного мясного блюда. И это очень кстати! С Эльдаром мы разошлись при условном счёте 1:0. Однако если бы он сумел втрепать ещё пару стейков, то у меня в ресторане не осталось бы вообще никакого мяса, и счёт стал бы 1:1.

Так что если бы вдруг села большая семья и решила устроить себе мясной вечер, хоть Петровича буди, вручай ему копьё и отправляй на охоту за говядиной. И кстати! Петрович сегодня проснулся раньше, чем обычно, и уже заинтересовался моим новым ножом.

И да, уже успел порезаться. Попробовал лезвие на палец.

— Маринарыч, — домовой присвистнул. — Ты в курсе вообще, что это такое?! Это же работа старых мастеров, которые…

— Да-да, знаю, — чтобы сократить этот разговор, тут я перебил Петровича. — Работа старых мастеров, которые уже не существуют, и потому ничего нового не производят.

— Да нет же, — теперь Петрович прищурился и принялся изучать рисунок на плоскости. — Существуют они. И новое производят. Просто не делают такие вещи кому попало. Слишком уж специфическая штука. Она не на силу рассчитана, а на… э-э-э…

— На проводника? — догадался я.

— Да! На кого-то такого, кто может тонкие материи чувствовать. Таких и в старые времена-то было — раз два и обчёлся.

Честно говоря, разгонять дальше эту мысль с домовым мне не хотелось. Я ведь и это понимаю, и много чего ещё, а Петрович… меньше знает — крепче спит, короче говоря.

Итак! Закрытия уже свершилось. Закрыв дверь, я выдал Петровичу ценные указания насчёт ночных заготовок, убрался как мог, погасил в зале свет и уже почти двинулся в свою комнату, как вдруг с улицы донёсся вопль. Дикий, несуразный, отчаянный. А ещё совершенно точно женский.

На этот же крик с кухни выполз Петрович. Остановился, прислушался, почесал бороду и вопросительно уставился на меня.

— Эт-то человек, — тихо сказал я. — Эт-то не аномалия.

— Непонятно, — с надеждой сказал домовой, а я отмахнулся:

— Да всё понятно.

— Маринарыч! Стоять!

Двинувшись к выходу, я вдруг ещё раз отчётливо осознал — нож мне дали не просто так. Не похоже это на совпадение! Едва мне передали этот подарок, как вдруг Венеция впервые показывает мне зубы. То есть впервые по-настоящему, зло и опасно.

Что ж! Посмотрим, так ли это. Может ведь статься так, что цепочка событий на самом деле начала разворачиваться ещё ранее. С первого визита сеньора Алафесто, а потом и с моего несостоявшегося боя с Эльдаром.

Если это была проверка, то прошёл я её филигранно. Не ощутил ровно никаких трудностей хотя бы по той причине, что очень много тренировался и развивал свои энергоканалы. По идее для того, чтобы можно было сутками работать на кухне и не уставать, но по пути обзавёлся кучей побочек. И да, я вполне могу назвать себя мастером скорости и концентрации. Конкретно за эти навыки можно поблагодарить моё семейство, потому что… м-м-м… это навыки убийцы. Родовые, так сказать. Просто я никогда их кроме как для самозащиты не использовал.

— Маринарыч! — домовой бросился мне в ноги и схватил за штанину. — Маринарыч, заклинаю тебя, не ходи! Ночь не наше время!

— Всё время наше, Петрович, — ответил я, вырвался из захвата и вышел в тумен.

Густой, молочный, пропитанный запахом моря и сыростью древних камней мостовой. Затем подошёл вплотную к каналу и прислушался, чтобы понять откуда именно кричат. И как только вопль повторился — рванул вперёд.

Пробежал два уже знакомых до боли моста, которые доставили мне кучу проблем во время моих самых первых закупок, и тут вдруг остановился на третьем. А потому что не было никогда этого третьего моста. Тут должны переулки начинаться.

Да и сам мост выглядел слишком старым и замшелым даже по меркам Венеции. Про такие обычно говорят, что под ними живёт тролль.

И тут, невдалеке я наконец-то увидел силуэт. Дар утверждал, что передо мной самая обычная женщина, и не верить ему не было ни единой причины. Лет тридцати с хвостиком, в длинном пальто и туфлях на высоком каблуке, она пятилась назад и сумочкой пыталась отбиться от чего-то огромного. Огромного, бесформенного и очень-очень злого.

— Простите! — кричала она непонятно кому. — Прошу, пожалуйста, простите! Я не знала! Меня обманули, честно! Он сказал, что сейчас всего лишь начало восьмого! Простите! Я всю жизнь соблюдала правила!