Чтение онлайн

Яван выхватил у него бутылку:

— Довольно! Ешь и помалкивай!

— В чем дело, отец? Или я тебя позорю? Или я пятнаю славное имя Кергов?

Герцог уже открыл рот, чтобы ответить, но потом, видимо, передумал. Он улыбнулся, хотя Шона видела, что улыбка далась ему с трудом.

— Мы с твоей матерью как раз рассказывали гостям о письме, которое я получил сегодня от герцога Кентигернского. Мы с ним договорились о брачном союзе между тобой и его дочерью, леди Бриенной.

— Бриенна, — повторил Тавис с набитым ртом. — Я видел ее несколько лет назад, да?

Лицо Явана просветлело.

— Да, верно. Тогда тебе было десять, кажется.

— Такая жирная девчонка с голосом, скрипучим, точно ржавые ворота.

Герцог на миг прикрыл глаза, но быстро овладел собой и улыбнулся все той же натянутой улыбкой.

— Мы отправимся в Кентигерн сразу после Черной Ночи, чтобы отпраздновать помолвку. Полагаю, герцог устроит пышное празднество. Турниры, пиры, музыканты. Это будет вторая ярмарка.

— Похоже на бессмысленную трату времени, если вас интересует мое мнение, — промычал Тавис, снова набивая рот мясом.

— Что с тобой? — услышала Шона свой голос. — Это все из-за Посвящения?

Тавис закрыл глаза и невесело рассмеялся.

— Ах, мое Посвящение! Давай, мама. Спроси меня о моем Посвящении. Попроси подробно рассказать, что я увидел в камне.

Джегор осторожно кашлянул:

— Я минуту назад говорил вашим родителям, милорд, что Посвящение часто разочаровывает поначалу, но со временем…

Кирси осекся, когда Тавис снова засмеялся — сначала тихо, но потом все громче и громче, пока взрывы истерического хохота не запрыгали эхом под потолком зала.

— Прошу прощения, — наконец сказал молодой лорд, тряся головой и тяжело переводя дыхание. — Я не хотел вас обидеть. Честное слово. Просто вы сами не понимаете, что говорите.

— Тавис! — вмешался Яван. — Довольно!

— Пожалуйста, — продолжал мальчик, словно не слыша герцога, — давайте поговорим о моем Посвящении.

Фотир встал и подошел к Тавису.

— Может, нам лучше уйти, милорд? — Он осторожно положил руку ему на плечо.

Тавис отшатнулся:

— Не прикасайся ко мне, ублюдок! На сегодня с меня хватит общения с твоими паршивыми соплеменниками! — Он обвел взглядом присутствующих. — Вы хотите узнать о моем Посвящении?

Никто не ответил.

— Да или нет?

— Только если ты сам хочешь рассказать нам, Тавис. — Голос Ксавера прозвучал мягко, словно шелест утреннего ветерка в листве.

Тавис смотрел на друга, как показалось Шоне, целую вечность. Наконец он опустил глаза, помотал головой и прошептал:

— Не хочу.

Потом он резко встал и, яростно уставившись на Фотира, сжал кулаки. Первый советник отступил на шаг и выставил вперед ладони. Не спуская взгляда с кирси, Тавис взял бутыль, но, вместо того чтобы отпить очередной глоток вина, просто отшвырнул ее в сторону. Бутыль разбилась вдребезги, и вино растеклось по полу темно-красной лужей. Не сказав больше ни слова, молодой лорд стремительно вышел из зала.

Слуги бросились подтирать пол и подбирать острые глиняные черепки; какое-то время тишину в огромном зале нарушали только звуки их возни.

— Прошу прощения, друзья, — наконец произнес Яван безучастным голосом. — Мой сын… не в себе сегодня.

Гости пробормотали в ответ какие-то вежливые слова, понимающе покивали головами, и, когда слуги подали на стол новые блюда, разговор постепенно возобновился. Все вновь принялись за еду.

Все, кроме Шоны, которая сидела, уставившись на свои руки и стараясь сдержать слезы. Вскоре она почувствовала на себе чей-то взгляд и, подняв глаза, увидела, что молодой Маркуллет пристально смотрит на нее с выжидательным выражением на юном лице.

Если Тавис и станет кого-нибудь слушать, то только Ксавера. Она вздохнула и коротко кивнула.

Мгновение спустя мальчик вышел из-за стола и стремительно направился к двери, за которой скрылся Тавис.

Ксавер знал, где искать друга. У Тависа было несколько излюбленных мест, куда он уходил во время приступов хандры, когда хотел оказаться подальше от замка и от своих родителей. Одним из них была запруженная народом рыночная площадь, где ярмарочные певцы, танцоры, акробаты и фокусники развлекали сегодня жителей Керга. Но там находилась палатка предсказателя, а нынче вечером, насколько понимал Ксавер, сын герцога постарается держаться от нее подальше. Вторым таким местом являлся дворик у крепостного рва, куда они заходили этим утром после пробежки по башням. Ксавер не думал, что друг вернется туда так скоро.

Следовательно, оставалось третье место: высокая крепостная стена в северной части замка, между монастырской и океанской башнями. Со стены открывался вид на скалистый берег пролива Вантре. В обеих башнях несли дозор часовые — обычно днем и ночью двое стражников ходили взад-вперед по стене, но, когда туда поднимались Тавис и Ксавер, они всегда оставляли мальчиков одних. Еще никто ни разу не нападал на Кергский замок со стороны пролива, взобравшись по прибрежным скалам. Высокие и отвесные, они служили цитадели надежной защитой.

Поднявшись на океанскую башню, Ксавер столкнулся с двумя стражниками, которые казались высокими и могучими в свете факелов. Он знал обоих в лицо, но не по именам; им же, разумеется, было известно, кто он.

— Вы ищете сына герцога, господин? — спросил один из них.

— Да. Он здесь?

— На стене, как обычно.

— У него прескверное настроение, господин, — добавил второй мужчина. — Таким я его еще не видел. Он едва не набросился на нас с кинжалом, хотя мы всего-навсего пожелали ему доброго вечера.

Ксавер глубоко вздохнул. «Что же Тавис увидел в Киране?»

— Спасибо за предупреждение.

Он вышел на стену и поискал взглядом друга. Сначала он не увидел ничего, кроме залитого розовым светом лун коричнево-золотого знамени Керга, которое развевалось над монастырской башней, хлопая на соленом ветру. Ксавер решил было, что Тавис просто прошел к следующей башне и там спустился вниз, не замеченный стражниками. Потом, на миг похолодев от ужаса, он вдруг вообразил, что молодой лорд бросился со стены на скалы внизу. Но когда его глаза привыкли к темноте, он наконец разглядел Тависа, который сидел на каменной дорожке, прислонившись спиной к парапету и обхватив руками колени.

— Тавис?

Молодой лорд кинул на него короткий взгляд и снова уставился перед собой.

— Оставь меня. Я не расположен разговаривать.

Ксавер медленно двинулся вперед.

— Нам не обязательно разговаривать. Я просто посижу с тобой немного.

— Я же сказал, Ксавер, оставь меня. Я хочу побыть один.

— Ты всегда так говоришь. — Ксавер продолжал приближаться. — Я уже давно тебе не верю.

— Стой! — Тавис вскочил на ноги. Лунный свет блеснул на клинке кинжала, который он держал перед собой в дрожавшей руке.