Чтение онлайн

Идем дальше. В большинстве своем те немногие маги, что здесь есть — это аристократы, среди простого населения их так мало, что становится понятно, почему князь упомянул о «не простоте» мужчины. Выходит Астан сам тоже аристократ. Маг. Но вот кто у нас была девушка, тело которой мне досталось?! Откуда у нее магия. Этого я не знаю. Остаточные воспоминания у нее были скудные. В наследство из полезного мне досталось только полное знание виаллийского языка. Были еще какие-то отрывистые клочки ее жизни, сумбурные и дерганные, как плохо записанная видеозапись. Но время от времени, проскальзывали автоматические действия, мысли и движения, вероятно двигательная память давала о себе знать или рефлексы срабатывали. Сама же девушка еле читала и плохо писала. Но мне хватило и этого. Главное, что меня первую декаду не трогали, а усиленно лечили и дали оклематься. Я же лежа на печи и не мешая никому внимательно за всеми следила и запоминала кого и как зовут, с какими предметами и что делают, как ведут себя, общаются между собой или с посторонними и многое другое. Да и первое время меня особо не грузили. Я сама стала понемногу помогать «матери», готовить, прибирать, шить, прясть. Освоить предстояло столько, что я, городская девушка, не знала с какой стороны начать. В доме всегда много хлопот.

Мужчина рядом зашевелился во сне, повернулся на бок ко мне лицом. И вздохнул, видно снилось ему что-то невеселое. Хорошо, что кровать широкая. Мы не мешаем друг другу. Мне спать с кем-то привычно. Все же в своем мире я оставила мужа. Детей вот не успела завести. Да и хорошо. Лишние переживания мне ни к чему. А муж мой, Мишка, а что ему станется, кабельеро неисправимый, наверно уже давно женился. Жаль было только отца и брата младшего. По ним я скучала жутко. Но как вернуться не знаю. Все мои знания этого мира ограничивались бытовухой поместья и скудными религиозными, географическими, экономическими и политическими знаниями. Есть король, кабинет министров, 6 княжеств. Из них наше хоть и не самое маленькое, расположено весьма как то неудачно, на отшибе. Религия какая-то куцая, но одна на всю страну и ближние 4 государства, потому и верховного бога называли Единый. А вот двух сыновей его, контролировавших противоположные силы бытия так и упоминали Светлый и Темный. Храмы строили только Единому, статуя которого всегда стояла в центре ритуального зала на вытянутом четырехугольнике постаменте. Также на постаменте находился жертвенник в виде глубокой чаши. Светлый (Лоир) стоял в небольшом удалении за правым плечом Единого, соответственно Темный (Нуар) за левым. Перед ними тоже были жертвенники. Естественно они были меньше. В большие праздники простые поселяне из маленьких поселений, не имевших храмов, шли в более крупные, там, где были они были. Как таковых праздников было немного. Особо почитались зимний солнцеворот, от него считалась новая весна (новый год по нашему), весною праздновали день сева, а осенью сбор урожая.

Мужчина рядом неожиданно заворочался, застонал, голова заметалась по подушке. Он что-то невнятно бормотал, звал кого-то, как-будто уговаривал. Я пододвинулась поближе, хотела разобрать, что именно он говорит во сне, но мастер обнял меня, крепко прижал к себе, судорожно вздохнул и затих.

Что он видел во сне, что его так мучало? Как мало я о нем знаю… Если быть честной, то я о нем не знаю ничего. Как и он обо мне. Два незнакомца в огромной Вселенной.

Надрывно за окном залаяла собака, мужчина опять вздохнул и я поняла, что он проснулся. Небо за окном стало сереть.

— Доброе утро, Астан, — шепнула я и повернулась на бок к нему лицом.

— Доброе.

Он все еще лежал и обнимал меня.

— Плохой сон видел? Ты стонал и звал кого-то.

— Наверно, не помню.

Ну как же. Не помнит… Судя по вздоху помнит.

— Наследник во сколько приедет?

— Ближе к вечеру. Переночует и уедет на следующее утро в Порубежье. Так должно быть. Но он может по старой дружбе задержаться на день или два. Сама понимаешь.

— Ты говорил про артефакт.

— Помню. Хорошо, что и ты помнишь. Но учти, я его сам на тебе активирую. Сама не смей. Помни, что можешь детям навредить.

— Я помню, что нельзя. Да и не умею.

— Вот и хорошо.

Все это время мы лежали лицом к лицу, и он обнимал меня. Странная какая то ситуация. Муж в где то в другом мире, я здесь, рядом чужой мужчина, беременна вообще от третьего. Да уж, Мариша, романтику ты получила бесподобную. Я усмехнулась, а в ответ почувствовала, как шевельнулся ребенок и замерла, только руку положила на живот.

— Ты чего? — в голосе старшего кухаря слышалась тревога. Я опять легла на спину, нащупала его руку и положила себе на живот. Ребенок продолжал проказничать. От неожиданности мужчина вздрогнул, и хотел отдернуть руку как будто обжегся. Ребенок задвигался активнее и ладонь мужчины уже наоборот плотнее прижалась к животу. Даже ткань сорочки, грубая и плотная, не была помехой.

— Чувствуешь? Он тоже проснулся, — я негромко засмеялась.

— Это не он, это они. Мальчик и девочка.

— Что?! Точно?

— Еще как. Шевелится мальчик, а девочка еще дремлет. Хорошие детки. Здоровые, аура чистая. Надо же. Нечасто такое бывает.

— Ты прям как заправская повитуха, — я тихо засмеялась, погладила ладонь мужчины и прикрыла глаза. Он тоже засмеялся и неожиданно мягко коснулся губами моего виска в легком поцелуе. А потом приподнялся на локте, нависая надо мной, его ладонь так и осталась на моем животе. Что он сделает я уже почему то знала и поэтому, когда мастер поцеловал меня еще раз, просто закрыла глаза и растворилась в его нежности. Он не настаивал на близости, это был просто поцелуй, но какой! Время текло медленно и лениво. И мне было хорошо. Как же мне было хорошо…

Как жаль, что все хорошее заканчивается. Мужчина еще раз коснулся губами моего виска, погладил по щеке и встал. А я так и осталась лежать с закрытыми глазами.

Хочу сказать спасибо Вам, моим читателям. Мне важно Ваше мнение. Ведь это первая книга, которую я пишу. Пока выкладывать буду по вторникам и пятницам.

Хорошего Вам дня и нискучных выходных…

Принц приехал в обед, обозленный на весь белый свет. Когда его кортеж въезжал в поместье и все в ажиотаже рванули смотреть на это действо мастер затолкал меня в подсобку, заблокировал дверь стулом и второпях активировал артефакт. Теперь меня могли увидеть лишь если я сама начинала говорить. Заняло это минуты две. А потом мы опять до одури целовались. Он обнимал меня как редкую и ценную вазу трепетно, нежно.

Это было очень волнительно. Даже с Мишкой у меня не было таких ощущений, хотя я выходила замуж по большой любви. Да вот к к концу пяти лет нашего брака любовь ушла по-английски. Мы не ссорились, нет. Но все чаще я понимала, что дело идет к разводу.

Из кладовки кухарь ушел первым, а я осталась. Постояла, подумала, взяла из корзины грушу и села на свой любимый короб. Фрукт оказался спелым и сочным. Я сидела и наслаждалась ее вкусом. Дверь на кухню скрипнула и кто-то вошел. Я затихла. Разговор мастера и незнакомца услышала от первого до последнего слова, благо вошедший не таился и говорил достаточно громко.

— Ну, и как поживаешь? Видишь, вот и встретились как я говорил. Только я на коне, а ты в дерьме по уши.

Незнакомец здороваться не торопился, зато захохотал во всю глотку.

Мастер молчал.

— Чего молчишь? Что, не нравится? Жаль дар тебе не заблокировали. Дитрих все же ценит тебя. Но не бойся. Приговор обжалованию не подлежит. И гнить ты здесь будешь до конца своей никчемной жизни.

— А ты, значит, приперся позлорадствовать. И что, потешил свое самолюбие, успокоился? — Астан говорил негромко и невозмутимо, — или тебе что то еще надо? Не хватило моих денег, должности.

— А что мне надо? Мне ничего уже не надо. Королю твоя судьба теперь уже безразлична. Пророчество не сбудется. Так что, все твои усилия пошли прахом. Кому ты нужен? Дай догадаться — никому!

— А ты значит нужен. И кому? Уж не Доновану ли? Ты поэтому так стремился на мое место? И как? Удобно?

— Еще как!

— То-то вас на Порубежье отправили. И как, кого теперь травить будешь?

— Мразь. Убью…

Шум завязавшейся драки был для меня полной неожиданностью. Я быстро подошла к чуть прикрытой двери и выглянула. По кухне носились два сумасшедших смерча. Они сносили все на своем пути. Вот только силы были неравны. Противник моего кухаря хоть и был одного с ним роста, но он был вооружен и защищен легкой кольчугой. А у моего драгоценного мужчины даже меча ржавого не было, только мясной топорик. Решение пришло в голову быстро и неумолимо. Дело в том, что для жарки я присмотрела себе изумительную чугунную сковороду с длинной ручкой. И вот она как раз таки и лежала в доступной близости от меня, я быстренько дернула ее к себе. Перехватила за ручку двумя руками как биту для лапты. И замерла, укрывшись за дверью кладовки. Мужчины продолжали яростно драться. Меня они даже не заметили. Я подождала удобного момента, когда они будут поближе ко мне, сделала два шага вперед, размахнулась и… Бомммммммм