Чтение онлайн

– Что говорит знать Пакаля?

– Все придворные пакальского дворца крайне удивлены твоим предложением, – ответил Нар-Ам. – Мне говорили, что Нак-Пу пришел в ярость, когда узнал, с какой целью мы пришли в Паскаль. Но когда мы встретились с ним, он излучал дружелюбие и отзывался о тебе, правитель, крайне почтительно. Это значит, что он боится снами ссориться, по крайней мере сейчас, пока не уверен, что его поддержат все воины Пакаля.

– А остальные пакальцы? – снова спросил Бат.

– Большая часть знатных воинов опасается только одного – того, что ты перебьешь их, когда станешь править Пакалем, – ответил Нар-Ам.

– Вот этого они бояться зря, – задумчиво проговорил Бат.

– Правитель, тычем-то озабочен? – спросил один из воинов.

– Маис не родится на наших полях и Чакалю грозит голод, – сказал Бат. – Скажите, а в Пакале тоже солнце выжгло все посевы?

– Нет, правитель, – отрицательно покачал головой Нар-Ам. – Поля пакальцев совсем не похожи на наши. Они вырывают у реки каналы, вдоль которых делают насыпи изила, поднятого со дна этих каналов. На иле маис и другие растения хорошо растут, а близость воды не позволяет урожаю сохнуть на полях.

– Да, а вдоль полей, по каналам, пакальцы плавают на лодках и ловят рыбу, – добавил один из воинов, тоже побывавший в Пакале.

– Что же, стоит этому научить и наших земледельцев, – решил юный правитель. – Только сначала я должен сам убедиться в том, что эти поля так хороши, как вы о них рассказываете. Для этого я отправлюсь в Паскаль завтра же.

Бат направился к дверям, у которых обернулся и добавил:

– Заодно и сыграем свадьбу с этой гордячкой, дочкой Яко.

Поднимался по лестнице в свои покои Бат уже совсем без сил. Еле передвигая ноги, он размышлял: «Если я стану правителем двух городов, то заставлю пакальцев поделиться урожаем с Чакалем и мой народ избежит голода. Да, этим можно оправдать даже смерть Яко. Пусть мне придется взять в жены эту ужасную спесивую девчонку, зато жители Чакаля и Пакаля смогут жить в мире и не думать о войне.»

Когда Бат, уже во второй раз за этот вечер, улегся на свое ложе, то прежде, чем погрузиться в сон, он успел подумать: «Забыл спросить, хоть как она выглядит, эта моя будущая жена. Хотя, какая разница? Я ее увижу на свадьбе, а потом поселю в женской половине дворца в Пакале и пусть даже не показывается мне на глаза.»

На этой мысли Бат крепко заснул.

Глава 7

Пробираться сквозь плотную чащу леса было тяжело, но Бат не разрешал своим спутникам мешкать в пути. Юному правителю не терпелось оказаться в Пакале, славившемуся своими красивыми постройками. Кроме Чакаля, Бату не приходилось бывать в других городах. Его отец Читам предпочитал захватывать города других народов силой, а Бату не привелось поучаствовать ни водном походе.

На закате чакальцы, предводительствуемые своим юным правителем, поднялись на холм и увидели Паскаль, лежащий перед ними как на ладони. Клубы голубоватого тумана плыли в сторону города со стороны реки и придавали Пакалю таинственный вид.

– Словно город подземных духов! – произнес Бат, вглядываясь в даль, где возвышались кровли высоких пакальских построек.

Спустившись с холма, чакальцы вошли в город. Их встретило молчание жителей, которые просто выходили из домов и без единого слова смотрели на чакальского правителя и его свиту. Возле дворца правителя навстречу Бату Баламу вышли сановники Пакаля и приветствовали его, склонив головы и приложив правые руки в левым локтям – этот жест был знаком почтения, обычно пакальцы так приветствовали правителей.

– Здесь не вся знать, нет брата умершего правителя, Нак-Пу и тех, кто его поддерживает, – тихо сказал Нар-Ам Бату.

– Приветствую вас, мои верные подданные! – громко произнес Бат.

– Мы рады тебя видеть в нашем городе, Бат Ахав Балам!

– ответил один из знатных пакальцев.

Бата провели во дворец пакальских правителей. Лица пакальцев были бесстрастны, но Бат чувствовал скрытое неодобрение своему присутствию во дворце их умершего владыки.

Дворец, выстроенный еще при деде Пак-Яко, потрясал гармонией своих пропорций. В нем был всего один ярус, но все здание было выстроено на высоком фундаменте и ко входу во дворец вела широкая лестница, покрытая резьбой. Постройки дворца соединялись между собой остроконечными арками, в углублениях которых находились ворота, ведущие во внутренние дворики. Двускатная крыша дворца состояла из каменных плит, расписанных изображением сцен из жизни пакальцев и богов, которые им покровительствовали.

Юный правитель обошел большую часть построек, осмотрев узкие, как и в его родном дворце, залы, уставленные расписной посудой, низкими скамьями и статуэтками богов. Единственные помещения, которые не посетил Бат, принадлежали дочери Пак-Яко. Юноша почему-то стремился всеми силами отложить свою встречу с девушкой.

Когда жители Пакаля собрались на широкой площади перед дворцом, Бат вышел на площадку на вершине дворцовой лестницы и обратился к ним с речью.

– Жители Пакаля! Я знаю, что многие из вас уверены, что я убил Пак-Яко, чтобы править его городом. Но это не так! Пусть покарает меня все разящий топор Чака, если я скажу неправду: Яко сам выбрал смерть, хотя я предлагал ему мир и союз между нашими городами! Но того, что произошло, уже не изменить. Теперь у вас нет выбора – боги распорядились так, что мне суждено стать вашим правителем и вы должны признать мою власть. Я не хочу проливать кровь пакальцев и надеюсь, что вы поймете это и не станете чинить мне препятствий.

В ответ ни раздалось ни звука. Пакальцы молчаливо стояли на площади, и все взоры были устремлены на Бата. Он несколько мгновений помедлил, а потом развернулся и вернулся во дворец. Свою речь Бат обдумывал всю дорогу и подготовил ее не без помощи Мидатля, пришедшего в Паскаль вместе с ним.

Бат решил незамедлительно объехать окрестности Пакаля, чтобы осмотреть поселки земледельцев и их поля. Но несмотря на то, что юный правитель хотел отправиться как можно быстрее и взять с собой лишь нескольких приближенных, ему пришлось проявить уважение к существующим издавна обычаям Пакаля. Правитель не мог покидать дворец без сопровождения большого числа придворных, а также воинов, вооруженных копьями и каменными палицами, утыканными острыми осколками вулканического стекла. К тому же, Мидатль и Зак-Куу-Мо, отозвав Бата в сторону, настояли на том, чтобы он перемещался по Пакалю только под защитой чакальских воинов."Никто не знает, на какое коварство способны пакальцы, ведь многие из них мечтают о мести», – сказал Мидатль. Пришлось Бату смириться с тем, чтобы путешествовать по земле Пакаля во главе громадной процессии, состоящей из пакальской знати и воинов, чакальских военачальников, жрецов и стражи.

Первое, что решил осмотреть юный правитель, были знаменитые приподнятые поля пакальцев. Когда они шли по городу, Бат смог разглядеть его постройки получше. Как и Чакаль, Паскаль состоял из храмов и дворцов, а большая часть подданных пакальских правителей жила в окружающих город поселках, в небольших деревянных домиках. По форме строения Пакаля были похожи на чакальские, но их отличие состояло в том, что их кровли были покрыты узором, напоминающим переплетение нитей в ткани. На Бата и остальных чакальцев произвел большое впечатление храм бога маиса, представлявший собой небольшое кубическое строение, стоящее на высокой ступенчатой башне, имеющей форму пирамиды. В храм можно было проникнуть только через низкий проем в стене, по обеим сторонам от которого возвышались два высоких каменных столба, напоминающих початки маиса.

Когда они уже выходили из города, перед ними, за склоном холма, открылся видна большое сооружение из длинных каменных плит. Стены постройки были покрыты изображениями богов-правителей мира мертвых, Шибальбы.

– Это гробница великого правителя Пак-Яко, – торжественно сказал за спиной Бата чей-то голос.

– Да, это был великий правитель, – сказал Бат.

Он подошел к гробнице и приложил руки к сердцу, отдавая дань уважения его погибшему врагу. В нескольких шагах от гробницы шло какое-то строительство и Бат вопросительно посмотрел на того пакальского сановника, который стоял к нему ближе всех.

– Это строится храм в честь Пак-Яко, – сказал пакалец. – Жрецы будут просить у него советов и помощи для народа Пакаля.

– Думаю, что Пак-Яко и после того, как переселился в Шибальбу, не оставит без своей мудрой заботы народ Пакаля, – задумчиво проговорил Бат, глядя, как несколько мужчин укладывают большую каменную плиту на уже выложенный фундамент будущего храма.

Народ майя верил, что каждый правитель после смерти занимает такое же высокое положение, как и при жизни и может влиять на судьбы людей. Жрецы обращались за помощью не только к богам, но и умершим правителям и знатным воинам, которые, как считалось, становятся в подземном мире им равными.