Чтение онлайн

— Профессор Цир Аалар был великим человеком, светлая память ему. Но он бы никогда не позволил себе портить репутацию нашего заведения и ставить под угрозу будущее учащихся. В отличие от вас, эфенди! — ректор направил на Ашарха указательный палец, и последняя фраза прозвучала резко.

— О чем вы говорите?

— Студенты не получают от вас должного объема знаний.

— Прошу прощения? Они разве недовольны мои преподаванием, ректор? — мужчина удивленно поднял бровь.

— Показатели ваших учащихся оставляют желать лучшего! Вы слишком хорошего мнения о себе. Половина потока не сдала последний экзамен. Это немыслимый провал! Ко мне неоднократно поступали жалобы от студентов, которые недовольны вашим преподаванием, — Фолгат достал из ящика стола стопку бумаг. — Вот, пожалуйста. «Эфенди Сои Ашарх часто пропускает занятия и опаздывает…», «Профессор истории дает огромные списки для чтения, но книги невозможно найти», «Эфенди не приходит на пары, а после устраивает проверочные…», «Целенаправленно заваливает на экзамене по темам, которых не было в курсе…» и таких жалоб еще много!

Ашарх озадаченно слушал, он даже не подозревал, что студенты за его спиной ведут активную переписку с руководством академии. Ему всегда казалось, что эти бестолковые слушатели только рады его опозданиям, а все неожиданно оказалось куда сложнее.

— О, да услышит меня Залмар! — продолжал свою речь разгорячившийся старик. — Если вы опоздаете или не придете на свою собственную лекцию еще хоть раз, то я буду вынужден вас уволить без какой-либо возможности возвращения. Более того, я постараюсь красочно расписать в рекомендательном письме, насколько вы безответственный и некомпетентный педагог, — Фолгат раздраженно бросил пачку жалоб на стол.

— Я постараюсь исправиться, эфенди, — негромко вставил свою крупицу в разговор Аш, пока ректор пытался отдышаться после гневной тирады.

— Уж сделайте одолжение! — Фолгат убрал бумаги обратно в стол. — Чего вы ждете? Или вам мало? Можете быть свободны!

Ашарх без промедления покинул душный кабинет, провожаемый тяжелым ректорским взглядом, от которого зудело между лопаток. Новости были удручающими, хотя в глубине души преподаватель понимал, что все это заслужил. Но до того, как случился разговор, Аш думал, что ректор просто сделает предупреждение, а не будет с порога грозить увольнением.

Лицо профессора было спокойным, но в душе его буйствовали недовольство и досада. Он вышел из академии и прогулочным шагом углубился в лабиринт каменных мостовых, намереваясь провести этот пятничный вечер в таверне «Успешное место», куда любил наведаться поужинать после тяжелого рабочего дня. Теперь ему предстояло тщательно обдумать все пути отступления, а это лучше было делать на сытый желудок. В том, что его в ближайшее время уволят из академии Аш даже не сомневался, потому что был честен с собой: даже если несколько недель он будет истязать собственное тело ранними подъемами, то в какой-то момент ему это надоест, и все вернется на круги своя. Так что ректору он бессовестно наврал: исправляться мужчина даже не собирался. Он давно думал над тем, чтобы бросить к гоблинской матери эту прогнившую академию и пойти в личные учителя для детей какой-нибудь богатой столичной семьи. Заработок больше, бумажной волокиты меньше. И вот сам случай, наконец, подтолкнул его к переменам в жизни.

Обдумывая все плюсы и минусы такого решения Ашарх сам не заметил, как уже подошел к Храмовой площади, где вовсю кипела жизнь большого города. Сердце столицы билось в своем привычном ритме суеты и хлопот. Грандиозная овальная площадь поражала воображение размахом, а венчал ее величественный дворцовый храм Пророка Бога, где постоянно проживал сам Владыка-жрец и его избранная свита.

В центре заполненного народом пространства, на высоком постаменте, стояла роскошная карета, выдержанная в черно-белых тонах, украшенная серебряной лепниной и разнообразными фигурами. Прошло почти три сотни лет с тех пор, как Залмар уснул и магия покинула людей, и именно в этой карете, по легенде, спящего бога и привезли к Башне. А теперь все залмарцы с нетерпением уже три века ожидали пробуждения бога, но все их мольбы уходили в пустоту.

Ашарх прошел мимо небольшой толпы, которая увлеченно слушала проповеди нескольких младших жрецов в длинных черных туниках, символизировавших отказ от всех мирских благ и полную преданность богу. Профессор с отвращением поморщился: он еще помнил времена правления прошлого Пророка Бога, когда людей не заставляли насильно ходить в храм минимум через день и жертвовать последние деньги на радость жрецам.

Вместе с потоком людей, пересекавших площадь, Ашарх неторопливо двигался вперед. Здесь запрещено было заниматься торговлей, однако, профессор с усмешкой заметил старого ссохшегося гоблина-коробейника, который с грацией танцовщицы порхал в толпе, продавая людям ненужные безделушки. А по следам успешного предпринимателя спешила пара стражей, которых народ так легко не пропускал. Вот неповоротливые воины сбили с ног озирающуюся девушку в плаще, которая стояла у них на пути. Но стражи даже не сочли необходимым извиниться, так и прошли мимо.

Почти на выходе с Храмовой площади Ашарх вдруг почувствовал, как кто-то вытягивает его из толпы. Мгновение, и рослый воин в полном латном доспехе уже вовсю изучал свой улов, а по его покрасневшему широкому лицу тек пот. Огромный шатер горчичного цвета раскинулся за спиной мужчины, а у него подмышкой был зажат шлем, украшенный пучком желтых перьев.

— Не откажете в счастье моему отважнейшему господину, рыцарю-хранителю ордена Желтой Иволги, лицезреть вас в рядах его воинов, эфенди?! — бородач давил ростом и авторитетом.

— Боюсь, что откажу, — Аш свободной рукой одернул кафтан, демонстрируя металлический значок с изображением книги.

— Ааа, вы из этих… академиков. Ну, не смею вас задерживать, — лучезарная улыбка сразу же исчезла с лица воина, и он отпустил руку.

— Будьте в будущем внимательнее и научитесь проявлять к людям уважение, — Аш напоследок безжалостно осадил солдата и демонстративно отряхнул рукав.

Залмар-Афи насчитывал одиннадцать регионов, где всем распоряжались ставленники Пророка — рыцари-хранители орденов — вынужденные помимо массы локальных дел еще и заниматься постоянным поиском солдат в свои полки. Обычно добровольцами в обязательно-принудительном порядке делали всех способных держать оружие в руках. Но эта участь обходила стороной владельцев металлических значков государственных работников.

Ашарх уже через минуту покинул площадь и внутренние городские стены, разделяющие Италан на два района. Он пересек улицу с дорогими лавками и вскоре вышел к нужной ему аллее, где располагалась таверна «Успешное место». Двухэтажное здание не выделялось на фоне остальных строений, но его привлекающей внимание особенностью всегда оставался дивный запах еды. Хозяин этого места не скупился на хороших кухарок, так как его суеверное сердце больше всего боялось проклятья недовольного клиента.

Аш толкнул дверь, входя в длинное помещение, заставленное небольшими близко стоящими столиками. Он шагнул туда, где все и началось.

***

Профессор, в ужасе распахнув глаза, наблюдал за приближающейся незнакомкой.

— Кто ты такая? Что это за странная магия? — охрипшим голосом спросил Аш, медленно поднимаясь на ноги и держась за гудящую голову. Удастся ли ему заговорить убийцу?

Но в следующее мгновение он оказался плотно прижат к холодной стене, а к его открытому горлу было приставлено лезвие изогнутого костяного ножа, которым лишь минуту назад девушка отравила Сынов. Она приблизила лицо к уху преподавателя, придерживая свободной рукой его голову в ровном положении.

— Значит, теперь ты решил поговорить со мной, профессор? Тьма! Долго же ты думал, — акцент ее стал более явным, видимо, из-за злости, которой так и горели светлые глаза. — Эту драку могли услышать в соседних домах, до прихода подкрепления мне нужно исчезнуть. И ты мне в этом поможешь, если не хочешь остаться лежать вместе с этими телами, конечно. Отведи в тихое место, а лучше дом, где можно будет перевести дух и поговорить о произошедшем. И только подумай привести меня к страже или сбежать! Если я почувствую, что хочешь обмануть, то одной царапины будет достаточно, чтобы ты навсегда отправился к своему божку на тот свет.