Чтение онлайн

Город бы уничтожен. Засыпан, чтобы погрести вместе с собой захватчиков с поверхности. Откуда они появились? Но вместе с Барханом под грудами песка оказались сотни хетай-ра, матриарх и ее муж. А Мериона была именно той, кто подослал наемника к Ашу, отравил пищу и дал согласие на убийство Лантеи во время прохождения испытания. Родная сестра желала ее смерти.

Девушка закрыла лицо ладонями, пытаясь осознать все то, что она ненароком подслушала.

Манс знал с самого начала о заговоре Мерионы и Бартелина. Но все же он не был предателем, хотя по никому не известной причине решил не делиться подробностями с Лантеей. Видимо, не воспринимал происходящее настолько серьезно. А оно оказалось серьезнее некуда.

Почти четверть часа младшая дочь матриарха просидела в коридоре, обуреваемая различными эмоциями, покачиваясь взад-вперед. Из транса ее вывел протяжный вой, который раздался издалека, из тоннелей, откуда она сама только что пришла. Проклятые твари не желали упускать свою добычу.

Некогда было предаваться грусти и отдыхать. Она не могла позволить себе подобной роскоши. Мертвые уходили, таковы были естественные законы природы. И Лантея это прекрасно понимала. За стенами, в пещере, сидели сотни живых, которые гораздо больше нуждались в ее сочувствии. А еще там ждал Аш, которому удалось выжить вопреки всему. Это ли не то, ради чего стоило отринуть отчаяние и подняться на ноги?

Девушка решительно встала и направилась ко входу в широкую сводчатую пещеру, которая приютила обездоленных жителей Третьего Бархана. Она переступила через порог, прислушиваясь к прерывистому дыханию спящих, и двинулась вперед, пытаясь распознать, где могли находиться ее друзья. Аккуратно перешагивая через углубления, сделанные с помощью магии, в которых притаились дремлющие хетай-ра, Лантея вскоре различила тихую речь на залмарском с одной стороны.

— Я знать, что это неправильна. Я же говорить тебе, она не хочеть вести народ, — устало шептал Манс.

— Она матриарх. Хочет она или не хочет, но других претендентов больше нет, — едва слышно негодовал такой знакомый голос профессора.

— Что такое «перентендентов»?

— Желающих. Манс, мы все погибнем в этих тоннелях, если не будет лидера.

Лантея бесшумно опустилась рядом с сидящим Ашархом и на ощупь положила ему руку на плечо. Он испуганно замолчал и замер на несколько секунд, словно заяц, почуявший охотника. А потом аккуратно потрогал длинные пальцы с толстыми когтями, неуверенно поднялся до локтя и после приблизился к лицу, обводя по контуру мягкий подбородок.

— Тея?.. — его голос неожиданно охрип.

— Да.

— Ты жива… — из груди профессора вырвался судорожный вздох.

— Что? Систра? Ты здесь? — Манс протянул руку по направлению к говорящей, и Лантея крепко сжала его ладонь, приветствуя брата.

— Со мной все в порядке. Вы оба целы?

Ашарх внезапно резко потянул ее за руку, привлекая к себе и заключая в объятья. Девушка удивленно охнула, а потом расслабилась и сама спрятала лицо в воротнике кафтана преподавателя, чувствуя, как из ее уставшего тела постепенно уходит напряжение последнего дня. От профессора исходила мощная аура уверенности, и в душе Лантеи зарождался маленький огонек надежды на благополучный исход.

— Мы хорошо. Мы живый. Ты уже знать, что случица? — взволнованный голос Манса вынудил пару прекратить объятья.

— Я была у запечатанного прохода. Бархан разрушен? Что произошло? — Лантея старалась говорить удивленным тоном, не выдавая то, что уже все знала. Девушка пришла к выводу, что ее брату можно было отныне доверять, но рассказывать ему о том, что она стала невольной свидетельницей их напряженной беседы с Мерионой, не стоило.

— Да. На город напали ифриты. Уж не знаю, откуда они могли взяться в пустынях Асвен. Но Бархан не смог отбиться, часть хетай-ра успели уйти сюда, в Дикие тоннели, но большинство погибли, — негромко проговорил Аш, вновь нащупывая в темноте ладонь Лантеи и крепко ее сжимая. — Мне очень жаль… Но… Твои родители погибли, защищая город. Прости, Тея.

Девушка тяжело вздохнула и в очередной раз с трудом сдержала слезы, Манс принялся нашептывать что-то успокаивающее, но дочь матриарха прервала его почти сразу же.

— Мериона жива? — твердо спросила она, удивив обоих спутников своей решительность в голосе.

— Да. Она у входа. Но она не принимать себя обязанность матриарха, — неуверенно сказал брат, замявшись. — Она сидит и ничего не делать.

— Мериона очень тяжело пережила гибель Бархана и родителей. Конечно, это всем далось нелегко, но нам нужно выбираться из Диких тоннелей сообща, — пояснил Ашарх. — Мы с Мансом вынуждены были помогать ей командовать, потому что твоя сестра находится в какой-то прострации постоянно. Хетай-ра уже начинают волноваться. Нам нельзя это допускать, Тея. До Первого Бархана почти десять дней пути, а в лагере нет ни воды, ни еды, ни надежды на спасение. Если на нас нападут твари, то мы пропали.

— Кстати, о тварях. За мной идет погоня, которая вот-вот должна сюда подоспеть, — нехотя призналась Лантея. — Все тоннели за нами придется обрушать, чтобы остановить их. Моя магическая энергия закончилась, поэтому я смогла их только задержать.

— Ты пройти испытание? — радостно поинтересовался Манс.

— Да, голова со мной, — Лантея в темноте похлопала по чему-то, и Аш только в этот момент почувствовал неприятное трупное зловоние. — По поводу Мерионы не беспокойтесь. Со своей сестрой я сладить смогу. Ее просто нужно привести в норму. Думаю, займусь этим сейчас, следует решить несколько вопросов, пока не поздно.

Судя по звуку, девушка поднялась на ноги. Манс тоже неожиданно бодро зашевелился рядом.

— Я идти с тобой, систра. Я помочь.

— Как хочешь. Аш, ты с нами?

— Нет. Безумно хочу спать. Не думаю, что чем-то смогу быть вам полезным, пока не восстановлю силы, — профессор громко зевнул. — Неужели ты правда жива и все это не сон?

— Отдыхай, — Лантея грустно улыбнулась и пальцами пробежалась по голове мужчины. — Я тоже рада, что ты спасся. Ну а мне пока отдыхать нельзя.

Сестра и брат осторожно стали побираться между спящими. Бдящая стражница, одна из нескольких выживших, подсказала им, что Мериона должна быть где-то в проеме выхода из пещеры, потому что ей не спалось. Молодая женщина действительно оказалась там. Она нехотя откликнулась на зов Манса в темноте.

— Ты что-то еще хотел? Мне казалось, мы поговорили достаточно, — категорично заметила матриарх.

— Тогда поговори теперь со мной, сестра, — проникновенно прошептала Лантея почти над самым ухом Мерионы.

— Что?.. Лантея?! Ты? — женщина испуганно отпрянула в сторону.

— Неужели ты мне не рада? — притворно удивилась младшая сестра, но от ее голоса веяло холодом.

— Как? Не понимаю… Ты прошла испытание?..

— Верно. А еще я вернулась к дверям опустевшего дома, много часов бежала от оголодавших тварей и отыскала в кромешной тьме горстку выживших хетай-ра, — разговор плавно перетек в коридор, потому что разгневанная Лантея медленно и неотвратимо наступала на Мериону, вынуждая последнюю постоянно пятиться. — И знаешь что? Обнаружила во главе этого народа трусливого и ни на что не годного нового матриарха, которая оказалась не способна засунуть куда поглубже свои эмоции и оказать поддержку жителям разрушенного города в тот момент, когда они нуждаются в этом больше всего на свете!

— Да что ты себе позволяешь? — слабо попыталась взбунтоваться Мериона, резко остановившись. — Я потеряла семью! Мать и отца! Неужели мое личное горе ничего не значит?!

Раздался звук хлесткой пощечины: Лантее удалось поразительно точно определить местонахождение сестринской щеки в темноте. Манс почувствовал себя лишним при этом разговоре и робко сделал несколько шагов в сторону, но все равно слышал каждое слово.

— Твой народ — это твоя семья! Сначала утри слезы своим подданным, а потом уже плачь сама. Неужели мать не смогла вбить в твою голову эту простую истину? — зло продолжала Лантея. — Вспомни. Когда восемь лет назад случился мор среди животных и в городе начался голод, то наша мать несколько недель практически не спала и не ела, отдавая всю еду со стола и из дворцовых кладовых нуждающимся и отправляя письмо за письмом в соседние Барханы с просьбой о помощи. И, пока Четвертый Бархан не прислал несколько караванов с мешками лишайниковой муки и сушеной рыбой, она не позволяла себе отдыхать. Хотя могла не раздавать эти запасы и спокойно спать. Но она так не сделала. Потому что она была настоящим матриархом. И заботилась в первую очередь о своем народе!