Чтение онлайн

Павелий поначалу не бросал попыток найти жену. Он преодолел тысячи километров, встречался с разными существами, от драконов до странствующих менестрелей, но никто не смог помочь ему в поисках. Надежда, словно костер в зимнюю ночь, постепенно угасал, несмотря на все усилия поддержать его. С каждым годом она становилась всё слабее, превращаясь в едва тлеющий уголек, и на шестом десятке лет после своего первого прыжка в портал Павел понял – пора прекратить поиски. Надежды больше не осталось, а мотивация, которая когда-то казалась бесконечной, начала иссякать. Это решение стало для него одним из самых тяжёлых, и даже дракон, живущий в его теле, на время замолк, разделяя его боль.

Даже если он и наткнулся бы на Катю, ей бы шел уже восьмой десяток. Сам ученый, напротив, выглядел так же, как в первый свой день в Этерии. Дракон, ставший не только его спутником, но и частью его сущности, объяснил Павлу, что их симбиоз производит неожиданный эффект. Павел не постареет, пока сердце дракона будет способно поглощать энергию. Электродраконы жили тысячелетиями. Это был своеобразный дар и проклятие одновременно. Сначала ученый воспринимал это как чудо. Но со временем он осознал, что вечная молодость – это не только возможности, но и ответственность, и что с годами она будет становиться тяжёлым бременем.

Павелий Стремительный решил осесть в Алитая, столица Этерия стала для него домом. Вернувшись, не стал скрывать обретенные знания и способности. Он позволил магическому мастерству дракона выйти на свет, а его могущество стало предметом слухов и зарождающихся легенд. В народе говорили, что Павелий добрался до секретных свитков первых электродраконов и овладел их утерянной магией. И эти слухи вполне устраивали. В том, что жители города верили в его силу, было удобство, – они воспринимали его как кого-то, кто владеет древней тайной, и потому он имел право направлять их. Павел понимал, что слухи и мифы зачастую более мощный инструмент, чем любая магия.

Вместе с драконом он включился в социальную жизнь города. Этерия теперь раскинулась на километры вокруг, продолжая стремительно расширяться. Столица пульсировала жизнью, став местом притяжения множества рас. Новые районы с узкими, переполненными жителями улочками сменялись широкими проспектами и величественными площадями, где возвышались статуи известных персон, мудрецов и героев. Старейшины гномов нередко подсказывали Павлу, как лучше организовать городскую инфраструктуру, используя свои познания и интуицию.

Академия, которую Павел основал, стала центром силы новой столицы. Ученый присвоил ей название «Иммерсия» – место, где можно было досконально, словно под микроскопом, изучать магию, историю и законы миров. Огромный кампус академии включал в себя уже несколько корпусов, каждый из которых был отведен под свое направление, от магии стихий до физиологии и трансмутации. Она стала точкой притяжения тысяч существ, жаждущих знаний. Не только из Алитая, но и переселенцев из других миров. Павел смотрел на всё это с чувством гордости, но также и с глубоким пониманием, что всё это – только начало великого пути.

Одной из самых важных частей академии стала библиотека – крупнейшее хранилище знаний по всем мирам. Павел притаскивал книги и свитки со всех уголков МежМирья, чтобы сохранить то, что было найдено. Библиотека стала его личной гордостью. Он нанимал мудрейших преподавателей из разных рас, чтобы обучение стало максимально всеобъемлющим. По земному подобию он ввел годичный формат обучения, доступный для всех, кто готов посвятить свое время учебе. Это было его собственное изобретение, сделанное благодаря воспоминаниям из прежней жизни и понимания того, что любой процесс требует четкой структуры.

Студенты академии были самых разных рас: люди, эльфы, гоблины, оборотни, даже те, кого считали изгнанниками и опасными для общества. Павел верил, что знания не имеют границ и не подлежат обособленности. Он создал академию как место, где любой мог бы найти ответы на вопросы, развить способности и научиться управлять своей судьбой. Он хотел, чтобы этот город стал центром нового мира, мира, в котором магия и наука шли бы рука об руку.

Изучая генетику МежМирья, Павел открыл неожиданный факт: чистокровные расы не могли создавать межвидовое потомство. Но при этом любая из рас могла легко скрещиваться с человеческими попаданцами. Все, кроме гномов.

Это открытие взбудоражило общество, и количество смешанных браков стало стремительно расти. Академия даже открыла специальную кафедру для изучения получившихся метисов, и результаты оказались неожиданными. Чем сильнее разбавлялась истинная кровь основополагающей расы, тем слабее становилась магия крови в полукровках. Но, несмотря на слабость в магии, они получали новые свойства, что делало их уникальными среди обитателей МежМирья. Эти исследования привели к тому, что в обществе начались обсуждения о будущем рас и о том, как сохранить уникальность и магическое наследие.

Порталы, которых по Алитая насчитывалось не менее пяти десятков, всё еще стабильно открывались на семь дней в году, и миграция между мирами стала чем-то обычным, словно дорога из одного города в другой. Это сильно изменило экономику и политическое устройство МежМирья. Мигранты приносили с собой новые знания, технологии и традиции, что обогащало культуру, но также порождало конфликты.

Павел не раз использовал могущество дракона, чтобы поддерживать порядок в столице, и со временем он пришел к осознанию, что железный кулак работает куда лучше, чем попытки бесед и уговоров. Междоусобные стычки стали постоянными спутниками общественной жизни, и Павел вынужден был применять силу, чтобы восстанавливать порядок. Пришлось даже создать некий прообраз службы контроля за порядком, призванный усмирять конфликты. Он часто вспоминал свои прежние принципы: миролюбие, терпимость, которые проповедовал еще на Земле. Эти воспоминания теперь вызывали лишь горькую усмешку.

Павелий не раз выходил на площадь, чтобы лично остановить мятеж или предотвратить бунт. Жестко, не чураясь уничтожить зачинщиков. Он делал это с холодной решимостью, не испытывая ни жалости, ни сострадания. На первый план в таких ситуациях всегда выходил дракон – могущественная сила, которую уважали и боялись. Он смотрел на этот мир с высоты своей власти и понимал, что принципы миролюбия были иллюзией. Здесь, в МежМирье, существовала одна правда – выживает сильнейший, и он принял эту правду с полной решимостью.

***

Элррик стоял на святой земле предков в окружении старых дубов. Их запорошенные снегом ветви тихо шептали на ветру, будто обсуждая то, чему стали свидетелями. Вокруг поляны лежал подтаявший снег, сверкая в синеватой лунной дымке, а холодный ветер пронзал до костей, как напоминание о суровости заканчивающейся зимы. Оборотень тяжело дышал, каждый вдох отдавался болью в рёбрах, смешиваясь с холодом воздуха. Пота на полуобнаженном теле мужчины было слишком много, рубашку он снял, чтобы впитать молнию для ритуала. Пот стекал по спине, по лбу, смешивался с легким инеем на щеках, подчеркивая, насколько изнурительным был обряд.