Чтение онлайн

Я тихо послал ментальное предупреждение Северрину по родовой связи, надеясь, что он услышит. На удивление, ответ пришел мгновенно: «Держись, брат. Я иду». Я почувствовал, как уверенность растекается по моему телу, зная, что я не один.

Аларик сделал шаг вперед, его лицо озарила мерзкая ухмылка.

– Ну что, Леонид, покажи же нам, на что теперь способен твой скелет, – он бросил эти слова, скользнув по мне презрительным взглядом.

Веларис и еще один вампир, чьё имя мне не хотелось вспоминать, двигались за ним, приближаясь.

Я встал в оборонительную стойку, чувствуя, как напряжение нарастает, а волк внутри меня слюной брызжет, желая принять вызов. Время на разговоры в этот раз вампиры не тратили. Первый удар пришел со стороны Велариса. Он атаковал быстро, пытаясь застать меня врасплох, но я сумел уклониться. Я нанес ответный хук, который пришелся в плечо вампира, но в этот момент на меня налетели двое других.

Мои движения становились всё быстрее, я уворачивался, контратаковал, отталкивал их, но силы таяли на глазах. Усталость от баскетбольного матча и тренировок, накопившаяся за последние дни, начинала давать о себе знать. Благо магию пока никто из нас открыто не применял. Я чувствовал, как ярость внутри нарастает, как внутренний волк требует крови, требует уступить наше тело ему. Он жаждал разорвать в клочья вампирские глотки, и эта злость начинала отражаться в моих действиях.

Я схватил Аларика за ворот и бросил его через себя, услышав, как тот с глухим стуком ударился о ствол ближайшего дерева. Повалившийся с веток снег и куски старой коры сыпались вниз, добавляя антуража происходящему. В этот момент я почувствовал, как на меня обрушивается магический удар – словно невидимый кулак пробил грудь и едва не выбил дыхание. Второкурсник, тот самый, что стоял в стороне, теперь присоединился к схватке... Вернее, к моему избиению.

Он оказался гораздо сильнее, чем я ожидал. Его движения были быстры и точны, каждый удар – словно молот, сокрушительно тяжёлый и неумолимый. Я чувствовал, как его выпады проникают через мою защиту, пробивая насквозь, как рёбра дрожат от боли, а воздух выбивается из легких с каждым попаданием. Удачным ударом он выбил из меня дух, врезав так, что я едва не упал в грязь, уворачиваясь в последний момент от добивания. Ветки и коряги, валявшиеся под ногами, становились препятствием. Я споткнулся об одну из них, но вовремя удержался, стараясь найти баланс. Каждый удар вампира был точен и силен, словно подкреплен магией, и мне пришлось сосредоточиться, чтобы хоть как-то обороняться.

Веларис снова подскочил сзади, и я, развернувшись, успел перехватить его руку и швырнуть через плечо. Он с хрустом влетел в кустарник, завизжав от боли. Но это дало мне лишь краткий миг передышки – старший вампир уже был на мне. Он ринулся вперед, нацелив удар в живот, но я успел отпрыгнуть, поскользнулся на грязи и едва не упал.

Всё внутри меня кричало. Волк рвал и метал, требуя выхода, и ярость, накопившаяся за последние месяцы, боль за Лиану, за все тяготы, что нам пришлось пережить, начала выплескиваться наружу. Я чувствовал, как мои руки сжимаются в кулаки, как каждый мускул напрягается до предела. Я не мог больше терпеть.

Второкурсник снова нанес удар – на этот раз в грудь. Я почувствовал, как мои рёбра гудят от боли, и упал на колено, цепляясь за неровности на земле, чтобы удержаться. Вампир надвигался, и его лицо было полно торжествующего превосходства. Отросшие острые когти клыкастой твари не сулили мне ничего хорошего. Я понимал, что он не остановится, пока не прикончит или не покалечит меня. В этот момент что-то внутри меня щелкнуло. На мгновение ослабив контроль, я позволил внутреннему зверю освободиться.

Взрыв ярости и молния, исходящая из моей, стремительно изменившей форму руки, озарила ночное небо. Раздался жуткий треск, словно сквозь сухостой продиралось нечто громоздкое и невероятно стремительное. Секунда, вспышка – и тело второкурсника просто исчезло, испарившись в пыль, осыпавшую меня с головы до ног. Ветер подхватил остатки, раздувая их вокруг, словно серый туман. Я стоял на коленях, тяжело дыша, с глазами расширенными от ужаса.

Я убил его? Я действительно убил его?!

Внутри боролись разные чувства: страх, вина, и что-то еще, темное и дикое, что удовлетворенно шептало: «Ты сделал, что должен был сделать». Эта мысль напугала меня больше всего.

Как я мог позволить себе зайти так далеко?

Аларик и его друзья остолбенели на миг. Словно по команде, они замерли, а затем их лица исказились от страха. Они бросились прочь с поляны, а я стоял неподвижно, слушая их удаляющиеся крики. В их угрозах не было силы – только паника. Я же слышал только гул в голове. Пепел оседал на землю, и я не мог отвести от него взгляда, от остатков того, кто только что стоял передо мной. Я неосознанно пытался собрать его в ладонь, как будто мог что-то исправить. Словно, если сгрести всё воедино, время можно будет повернуть вспять.

– Лёня! – услышал я голос Северрина, его шаги приближались, и через мгновение он оказался рядом.

Он опустился рядом со мной, пытаясь что-то сказать, но слова не доходили до меня. Я видел только пепел и чувствовал холод внутри себя. Холод и пустоту.

Секунды тянулись, пока внезапно всё вокруг не заполнилось суматохой. Аларик привел с собой ректора и Гримхалка. Лицо Гильдора было каменным, глаза блестели от напряжения, а куратор выглядел еще более угрюмым, чем обычно.

– Леонид, – голос ректора прозвучал твердо, но я чувствовал в нём холод, – тебя обвиняют в хладнокровном убийстве с применением магии. Я вынужден поместить тебя под стражу до дальнейшего разбирательства.

Я не сопротивлялся, когда на мои руки надели противомагические кандалы. Я всё еще смотрел на землю, на пепел, который ветер разносил по поляне. Северрин что-то пытался сказать, оправдать меня перед ректором, но Гримхалк остановил его, покачав головой.

– Иди за мной, Леонид, – позвал Гримхалк, его голос звучал мягче, чем обычно.

Я поднялся, чувствуя тяжесть кандалов на запястьях, и пошел за куратором, осознавая, что время повернуть вспять уже невозможно.

– А как насчет того, что они напали первыми?! – возмущенно воскликнул Северрин, делая шаг вперед. Его глаза пылали, и голос дрожал от злости. – Аларик и его друзья давно имеют зуб на Лёню, и сегодня они пришли сюда явно не для того, чтобы просто поговорить! Почему обвиняют только его?!

Ректор на мгновение остановился и повернулся к другу. В его взгляде сквозила усталость, но голос оставался твердым:

– Легкоступов, я понимаю твое негодование. Я обещаю, что во всём разберусь, и каждое слово будет выслушано. Но пойми, смерть студента – это серьезный инцидент. Она не может остаться без последствий.

Северрин хотел что-то еще добавить, но Гримхалк поднял руку, останавливая его.

– Хватит, сынок. Сейчас лучше не усугублять, – тихо сказал орк. – Правила есть правила. Дай ректору сделать свою работу.

Северрин, сжав зубы, неохотно отступил, а я, чувствуя тяжесть случившегося, направился вслед за начальством, подозревая, что впереди меня ждет еще больше вопросов, чем ответов.

***

Гримхалк провел меня по узким каменным коридорам вглубь подвала главного корпуса академии. Я даже не знал, что под администрацией есть подвал. Он не был соединен с техническими тоннелями академии, что делало помещение особенно изолированным и скрытым от всех. Это место словно существовало вне поля зрения, предназначенное для тех, кто должен был исчезнуть из общей картины жизни. Наши шаги глухо резонировали под сводами, украшенными паутиной, а воздух становился всё влажнее и холоднее, словно мы в моём мире спускались в погреб за бабушкиными закрутками.