Чтение онлайн

Они заключили сделку, и он выполнит свою часть договора, чего бы это ни стоило. Оставалось надеяться на то, что Сьюзен также сдержит свое обещание и не позволит себе бросить Кэрол на произвол судьбы.

Однако никакие доводы рассудка не смогли помочь Марку, когда она начала расстегивать манжеты его рубашки. Мимолетное прикосновение женских пальцев к его кисти вызвало немедленный и слегка пугающий ответ. Он посмотрел Сьюзен в глаза, пытаясь понять, заметила ли она его реакцию.

Желание обнять и поцеловать ее было невыносимым. Он чувствовал искушение. Отчаянное искушение. Но Марк с болезненной отчетливостью понимал: если он поцелует ее, то уже не сможет остановиться.

Это называется дежа вю. Повторение пройденного. Потому что в тот вечер восемь лет назад ему тоже до безумия хотелось поцеловать ее. Однако некое внутреннее чутье вовремя предупредило его, что одним поцелуем дело не кончится.

Но самое удивительное, что даже сейчас, на девятом месяце беременности, накануне родов, Сьюзен все еще была поразительно красивой… и самой сексуальной женщиной, которую он когда-либо видел.

— Я устала. Наверно, мне пора лечь, — вклинился в его распаленные мысли голос Сьюзен. — Спасибо за чай.

— Не за что. Спокойной ночи, — ответил Марк.

Услышав, что дверь спальни для гостей захлопнулась, Марк собрал посуду и понес поднос на кухню.

Все последние вечера он был занят тем, что готовил спальню для Сью и ребенка. Когда Эми спросила, что он делает, Марк ответил, что тут будет детская.

Эми это объяснение удовлетворило, но Марк задумался, сколько времени пройдет, пока тетушка заметит, что новая жена не делит с ним ложе.

Конечно, пока Сьюзен оправдывает то, что ей совсем скоро рожать. Но что будет потом?

Мэгги пользовалась своей беременностью как предлогом для того, чтобы не спать с ним. Правда, началось это как раз в тот день, когда она обнаружила, что беременна.

Их брак продолжался немногим больше года, и, хотя заводить ребенка они пока не собирались, Марк был счастлив, когда узнал об этом. Однако он быстро понял, что Мэгги не разделяет его восторгов и вовсе не стремится стать матерью.

Примерно в это время Арчибальд ушел на пенсию и переехал в Бат. Марку пришлось разрываться между тяжелой работой и вечно недовольной женой.

Мэгги перестала работать официанткой, но не из-за беременности. Просто она не желала, чтобы люди видели ее располневшую талию.

В последующие месяцы они все больше отдалялись друг от друга. Мэгги не хотела разговаривать с мужем и отказывалась выслушивать его рассказы о работе. Марк чувствовал себя одиноким и ужасно злился.

Он начал читать все доступные ему книги, посвященные различным стадиям беременности и последующим родам. Когда врач посоветовал Мэгги записаться в группу для будущих матерей, он прослушал вместе с женой два первых курса лекций.

Завершить занятия они не успели, потому что у Мэгги начались преждевременные роды.

Марк отвез жену в больницу, сидел рядом с ее кроватью и разговаривал с ней во время схваток. Когда роды закончились, нянечки унесли ребенка, но лишь после того, как Марк успел несколько секунд подержать дочь в руках.

Он сомневался, что сумеет забыть то невероятное чувство любви и гордости, которое испытывал, глядя сверху вниз на это маленькое чудо.

При мысли о том, что в его доме появится еще один ребенок, Марка охватывала радость. То, что он не был отцом этого младенца, не имело значения. Достаточно и того, что его матерью будет Сьюзен. Он не сомневался, что будет любить этого ребенка как своего собственного.

Как не сомневался и в том, что ему придется всерьез готовиться к тому дню, когда Сьюзен попросит положить конец их фиктивному браку.

Сьюзен проснулась от боли, пронзившей низ живота. Она тихонько застонала и с трудом села. Потом обвела комнату глазами, пытаясь понять, где находится, и не видя ни одного знакомого предмета. И наконец вспомнила, что это спальня для гостей в квартире Марка.

Вчера состоялась ее свадьба. Потом она провела приятный вечер за светской беседой с новоявленным супругом и легла спать одна.

Безумно устав за день, она ждала, что быстро уснет, но этого не случилось. Она спала лишь урывками. Ее постоянно будили спазмы в животе, которые она приписала поданному на обед коктейлю с креветками.

Постепенно боль утихла. Сьюзен вздохнула, протянула руку и включила стоявший на, тумбочке ночник. Комната слабо осветилась. Интересно, сколько сейчас времени?

Она откинула одеяло, встала, направилась к двери, вышла в темный коридор и прошлепала в ванную.

Внезапно Сьюзен скрутил новый приступ боли, более сильный, чем первый. Она схватилась за раковину, чтобы не упасть, и мыльница с грохотом полетела на пол.

— Ох… — простонала Сьюзен, крепко закусила губу, стараясь не закричать, и удивленно ахнула, когда по ее ногам полилась струя теплой жидкости.

Сьюзен изумленно уставилась на мокрый пол. Она вспомнила, что подруга рассказывала ей, как рожала ребенка. Та говорила о схватках и о каких-то водах, которые отходят. Может быть, это и есть воды? Не может быть! Ребенок должен родиться только через!..

Она услышала в коридоре шаги, подняла голову и увидела стоявшего на пороге сонного, растрепанного Марка, на котором были только джинсы.

— Сью, что случилось? Я слышал какой-то шум. С тобой все в порядке?

— Кажется, у меня отошли воды. Это ведь значит, что скоро родится ребенок, правда? — хрипло прошептала оцепеневшая от страха Сьюзен. Ее пульс помчался вскачь.

Марк тут же подошел к ней, обнял и поддержал.

— Давай-ка я уложу тебя обратно в постель, — участливо сказал он.

Сьюзен неуклюже оперлась на плечо Марка, и он осторожно повел ее по коридору. Не успели они сделать и несколько шагов, как она ощутила новый приступ боли, от которого у нее подогнулись колени.

— Ах! — вскрикнула она. Боль была такой острой, что на лбу у нее выступила липкая испарина. Сердце било в ребра, как паровой молот.

Марк взял ее на руки, отнес в спальню и осторожно положил на кровать.

— Когда начались схватки?

Сьюзен не могла ответить. Она жадно хватала ртом воздух, корчась от боли, которой никогда раньше не испытывала. Наконец приступ немного ослабел, и она смогла сделать несколько глубоких вдохов.

— Схватки? Я не рожаю. Этого не может быть! — В ее голосе слышался ужас.