Чтение онлайн

После выпускного я переехал в столицу, где мне представили Эльмиру. Красивую молодую девушку из хорошей семьи, которая придерживалась национальных традиций. Влюбленности не было, впрочем, как и страсти. Был интерес, симпатия и огромное уважение, которое мы пронесли на протяжении пяти лет совместной жизни. Тогда это было негласно, но я знал, что именно Эля станет моей женой.

Соне я решил не звонить и не писать, чтобы не терзать её ещё больше. Знал, что рано или поздно забудет меня и встретит достойного человека, который обязательно полюбит её так сильно как она того заслуживает. Знал бы я, что после моего отъезда Соня никогда меня не забудет...

– Заварить тебе мятный чай? – мать проходит на кухню, включает чайник.

Несмотря на свой возраст, который перевалил за шестьдесят, мать отлично выглядит и никогда не жалуется на проблемы со здоровьем.

– Не нужно.

– Ты выглядишь уставшим, Амир, - произносит она, немного склонив голову набок и внимательно меня рассматривая. – Мне кажется, что ты взвалил на себя слишком много работы. Вести две компании очень и очень непросто. Поскорее бы ты нашел достойного управленца в «Строй-Инвест» и вернулся в столицу.

– Чтобы не пересекаться с Соней? – спрашиваю её, прищурившись.

Внутри всё кипит от обиды и человеческой глупости. Люди не должны так поступать с людьми.

Для матери я был долгожданным первенцем, которого она выстрадала перед Всевышним; первенцем, которого она ждала долгие годы счастливого брака с отцом. Ей ставили бесплодие, много сил и финансов было потрачено на лечение, прежде чем я появился на свет. Несмотря на то, что потом родился Карим и младшая сестрёнка, я так и остался для матери тем самым первым и самым долгожданным ребёнком.

Её лицо на мгновение становится бледным, а затем наоборот заливается румянцем.

– При чем здесь Соня, Амир?

– Почему информация о её беременности так до меня и не дошла? – отвечаю вопросом на вопрос.

Мать тяжело вдыхает и садится за обеденный стол.

– Это была не совсем моя идея, Амир. Мы вместе с отцом решили, что так будет лучше для тебя. Ну ты сам подумай: молодой парень только-только окончил вуз, переехал в столицу, встретил Элю… А тут на пороге нашего дома нежданно-негаданно появляется беременная сокурсница Соня. Ты вообще уверен в том, что она была беременна от тебя?

– Уверен, - произношу, сцепив зубы.

– Ну раз так… - пожимает плечами мать. – В двадцать четыре года ты должен был возглавить компанию отца, всецело направив свои мысли и энергию в работу. Ты должен был жениться на девушке из приличной семьи, которая не раздвигает ноги перед парнями до брака. Кстати, брак с Элей был действительно правильным решением и мне искреннее жаль, что она погибла. Младенец от Сони нарушил бы твои планы, Амир. Ты разрывался бы между ребёнком в городе, компанией в столице и молодой женой. Что-то определенно пошло бы не так. К тому же я была уверена в том, что твоя подружка сделала аборт.

– Но она не сделала и родила!

Кровь буквально бурлит и разгоняется по венам, вызывая у меня очередную вспышку неконтролируемой ярости. Крепко сжимаю руки в кулаки и несдержанно бью о стену. Раз, другой, третий. Становится легче, но ненамного.

– Я этого не знала, Амир! – мать поднимается с места и отходит назад, испугавшись.

– Вот и я не знал, хотя хотел бы! – повышаю голос. – В позапрошлом году мой ребёнок перенес операцию на сердце, а Соня оббегала все банки, пытаясь взять кредит. Самое смешное, что у меня были деньги. Всегда были! И сложись бы всё по-другому операцию на сердце делали бы в лучшей клинике столицы, а не здесь. Если бы дочь не выжила её смерть была бы на нашей совести: на твоей, моей и совести отца.

В кухню забегает Карим, который смотрит поочередно то на меня, то на родительницу.

– Что здесь происходит? – спрашивает, нахмурившись.
– Амир, зачем на мать повышаешь голос?

– У неё спроси!

Прохожу мимо брата, задевая его плечом и направляюсь через гостиную на выход.

Выехав на загородную трассу, нервно курю в окно и сильнее давлю на газ. Именно сейчас мне хочется объять необъятное. Все то, что упустил за долгие годы: искупить грехи, вымолить у Сони и нашей дочери прощение. Я пока не знаю, как именно она выглядит, какого цвета её глаза и чья улыбка досталась в наследство от родителей, но сделаю всё, чтобы в полной мере присутствовать в Сашиной жизни.

Я считаю, что никогда не поздно исправиться, а у прощения просто не бывает срока годности.

Соня.

– Ты что-то рано сегодня, - встречает меня на пороге мама.

Из квартиры доносятся съедобные запахи, но есть совершенно не хочется. Желудок сжимается до болезненной тошноты, а руки всё ещё подрагивают после поездки с Амиром. Если раньше я тешила себя надеждами на то, что вскоре он исчезнет из моей жизни, то теперь точно нет. Сабитов не отступит от своего. Он начнет со встреч с Сашей, затем добьется равноправной опеки над дочерью и в конце концов станет принимать непосредственное участие в её воспитании. Нет, может и правда послушаться подругу и попросить Мишу поговорить с Амиром?

– Сонь, всё нормально? Ты бледная какая-то! – качает головой мама.

– Всё нормально. Сейчас разденусь и расскажу.

В прихожую выбегает дочь и показывает рисунок, который она нарисовала под контролем бабушки. Саша просто обожает рисовать и в следующем году хочет пройти конкурсный отбор в художественную школу.

После совместного ужина, который я с трудом ковыряю вилкой, мы остаемся с мамой одни. Она тихонько прикрывает дверь, садится напротив и выжидающе смотрит.

– Вернулся Амир и требует встречи с дочерью, - поясняю ей.

– Нет, ну ты посмотри на него! – возмущается мама.

– Оказывается, он не знал о том, что я родила, - пожимаю плечами.
– Только не спрашивай меня как так вышло, ладно?

– Не буду.

Мать замолкает, поднимается с места и выглядывает во двор.

Сегодняшний день стал для меня особенно сложным и сейчас единственное чего я хочу – завалиться спать и обо всем подумать позже: через неделю, месяц или год… Но сегодня мне ещё предстоит рассказать обо все дочери.

– Это он привез тебя домой?

С трудом киваю.

– Видела в окно, - поясняет мама.

– Что мне лучше делать подскажи.

– Сонь, а что делать? – родительница возвращается на место и вновь садится напротив меня.
– Я бы на твоем месте так воспитанием ребёнка впрягла, чтобы ему мало не показалось за те семь лет отсутствия.

– Отдать Сашку ему? – слабо улыбаюсь.
– Нет, мам, я так не смогу.

– Я не говорю о том, чтобы отдать. Пусть привыкнут друг к другу, а потом можно и напрячь. Скоро школа пойдет, мест на продлёнке ограниченное количество, сама знаешь! Пусть бы забирал Сашку со школы, возил на кружки, занимался ею как полноценный папа раз он так сильно этого хочет.