Право налево
Шрифт:
– Всё правильно, - негромким голосом произнёс юрисконсульт компании.
– Хорошо. Возражения против моего руководства есть?
– Есть! Я возражаю! И мой сын!
– Ирина Аркадьевна, - мягко заметил Анатолий, а вы вообще что тут делаете? Насколько я знаю, у вас не осталось ни одной акции, поэтому вы не можете присутствовать на Совете. И уж тем более, выдвигать какие-то возражения.
– Что? – отшатнулась она. – Да как ты смеешь! Это моё! Всё тут моё! Я в суд! Ленка не имела права распоряжаться бумагами, они ей не принадлежат!
– А по документам – принадлежат.
– У неё есть муж, а он не давал разрешения! – продолжала искать лазейки Ирина Аркадьевна. – Марк, что ты молчишь?!
– Мама, вчера я получил извещение о разводе, - ответил сын.
– Что? Кто посмел? В суд! Где эта мерзавка? В тюрьму!! – краска бросилась ей в лицо, за несколько секунд поменяв цвет кожи с бледного на багровый. – Анатолий, я же тебя спасла, помнишь? Ты мне обязан! Оставь себе то, что купил раньше, но мои сорок процентов… я выкуплю! Найду… Хочешь – любые предприятия? Что хочешь – недвижимость, бумаги, производства – давай договоримся!
– Нет, - покачал головой мужчина.
– Вор! Проходимец! Грабитель!
– Я забрал то, что несколько лет назад вы сами у нас украли.
– Что ты мелешь???
– Помните Anglo General Group?
Ирина Аркадьевна отшатнулась, застыв соляной скульптурой.
– Я ничего не крал, лишь вернул то, что вы украли, госпожа Семерик, - повторил Анатолий.- К сожалению, Дэвида и Бриджит оживить невозможно, но их семьи хотя бы получат принадлежащие детям деньги.
– Ты-ы-и-и…и-и-и…
Марк перевёл взгляд в сторону звука и едва успел поймать потерявшую сознание императрицу.
И время снова пустилось вскачь, словно его разморозили или заново запустили, как остановившиеся часы…
Новый глава «Империи» оставил своих людей, сообщив, что в ближайшее время будет проведён аудит, после которого холдинг ожидают перемены и перестановки.
И в этот же день улетел из страны.
Мать увезли в больницу, врачи диагностировали инсульт. Прогнозы были осторожные, но отец верил в лучшее и практически переселился к ней в больницу.
– Ирочке нужна наша поддержка, Марк! Что ты за сын, если забегаешь раз в три дня и только на минутку? – пенял он ему.
А у того голова шла крУгом – столько дел навалилось. Раз мать выбыла из строя, а отец самоустранился, впрочем, он никогда не лез в дела «Империи», полагая, что для этого слишком некомпетентен, то вся нагрузка упала на плечи Марка. Конечно, оставленная новым владельцем команда без дела не сидела, но бизнес требовал немедленных решений и ежедневного присмотра. Причём, присмотра владеющего всей информацией человека. Он не смог отказаться и терпел, стиснув зубы.
Получилось так, что ему пришлось выпасть из жизни на несколько дней. К счастью, через неделю из Эмиратов прибыл новый управляющий, вместе с которым высадился целый десант аудиторов, и Марк понял, что может вернуться к своим собственным проблемам.
Матери стало лучше, но у неё отнялась вся левая половина тела. Бывшая императрица не могла передвигаться без посторонней помощи, не могла внятно произносить слова, но постоянно что-то требовала и скандалила.
Он едва выдерживал возле неё дольше нескольких минут, повторяя про себя, что лучше смерть, чем такая жизнь.
Лена в своей квартире не появлялась, но Марк смог узнать её новый адрес и два дня караулил, сидя в припаркованной машине.
А когда увидел, то едва не упустил – настолько увлёкся зрелищем – живая! Судя по виду – вполне здоровая и благополучная. И красивая. Боже, какая же она красивая, и куда только он смотрел раньше?
Но пока Ленка – вся из себя красивая и благополучная разъезжает по Москве в синем Вольво, его мать борется с недугом. А он сам скоро превратится в тень из-за свалившихся на семью неприятностей!
Развелась и горя не знает, в то время как он…
Увидев, что бывшая жена уже заходит на огороженную территорию, он рванул следом, будто укушенный.
М-да…
Разговора не получилось – амбал, который сопровождал Лену, немедленно его оттёр в сторону, и всё, что Марк смог – издалека взывать к Лене, пытаясь обогнуть этот «славянский шкаф». И конечно же, от нервов и обиды опять сорвался, наговорил гадостей… В общем, Лена ушла, он так ничего и не добился.
А ещё через несколько дней Марку донесли, что бывшая жена продала одну из своих квартир и отбыла в неизвестном направлении.
Беснуясь от ревности – к арабу полетела! – он приказал перевернуть все аэропорты и вокзалы, но всё впустую.
Тем временем мать привезли домой, переоборудовав дом под нужды полупарализованного человека, а в его квартире до сих пор шёл ремонт, и Марку некуда было деваться, разве что переехать в гостиницу.
Посчитав, что дома всё-таки лучше, он выдержал в особняке родителей одну неделю, а потом сбежал в отель – мать никогда не была лёгким человеком, теперь же она стала совсем невыносимой. Потеряв возможность ходить и членораздельно говорить, она разъезжала по дому на электроколяске и, брызгая слюной, мычала на каждого, кого находила. Отец как-то понимал, что ей нужно, а Марк видел только горящий ненавистью правый глаз и неподвижный левый. Она хватала сына правой рукой и трясла, а отец переводил, мол, требует, чтобы он вернул принадлежащие ей акции.
Вот так – пошёл к арабу и отобрал, словно это так просто. И главное – безопасно.
Наконец, ремонт был закончен, и Марк смог вернуться в свою квартиру. От прежней обстановки не осталось и следа, что почти примирило его с потерей жены.
А потом мужчину осенило, куда Елена могла податься, и надежда на возвращение Лены вспыхнула вновь.
Нет, он не сорвался, как в прошлый раз, а сначала отправил в посёлок своего человека. И тот подтвердил, что нашёл пропажу – живёт в убогой, как весь посёлок, квартирке, в соседнем с родителями доме.
Всё произошло, как Марк и предполагал – араб получил от глупой Ленки, что хотел, и выбросил её вон. Видимо, и денег пожалел за акции, иначе почему бы она снимала квартиру, а не купила себе новую? Соглядатай доносил, что она мотается по посёлку на общественном транспорте. Вот вам и любовь! А он, Марк, который в любви жене никогда не признавался, не позволял ей бить ноги и толкаться в автобусах и метро! Сам возил или шофера давал с машиной. Берёг жену, а она не ценила! Вернее… Ладно, проехали.