Право налево
Шрифт:
– Что? Нет.
– Но был?
– Был… Мы расстались, - говорить, что расстались сразу после выпускного, на котором она и лишилась невинности, Лена не стала.
Зачем? Это её ошибка, и уж делиться этим с нравящимся ей мужчиной она не собирается.
– Значит, у тебя нет никаких обязательств? Это же то, что надо! – обрадовался мужчина. – Лен, пойми, я не люблю скандалов и истерик, а Маргарита уже накрутила себя до точки. Объявлю, что мы пара, и ей ничего не останется, как смириться. Хоть нормально время проведём! Обещаю, ты тоже останешься в выигрыше. И маму мою не бойся, она у меня замечательная! Покажешься ей пару раз, она успокоится, и отстанет от меня. А в женихах и невестах можно годами ходить. Соглашайся!
Внутри вертелся червячок сомнения, подстегиваемый увещеваниями совести: Ленка, опомнись, что ты делаешь? Зачем тебе этот суррогат, ты же не на помойке себя нашла! Марку-то хорошо будет, Ритка от него отстанет. Наверное. А то та может воспринять новость, как стимул утроить усилия и отбить мужчину. Но вот то, что она Лену теперь станет всерьёз изводить – к гадалке не ходи. И знакомство с родителями – это уже серьёзно… Ну и как-то неправильно выступать в роли ширмы. Унизительно.
Но с другой стороны на ухо нашёптывал демон-искуситель: соглашайся, ведь ты ничего не теряешь! А там кто знает? Может быть, если вы будете чаще встречаться и больше общаться, Марк наконец тебя рассмотрит? Привыкнет. Поймёт, какое ты сокровище. И…полюбит?
– Лен, отвисай, - мужчина мягко приобнял, приблизив лицо вплотную.
И у неё перехватило дыхание, голова стала пустой и лёгкой.
– Что скажешь – хорошо я придумал? Ты согласна мне подыграть? А я за это… я за это стану возить тебя на работу и с работы!
– Что?
– Ну, живём мы близко, я всё равно езжу тем же маршрутом, да и для нашей легенды полезно. Так что… Соглашайся!
«Каждый будний день утром и вечером, зимой и летом вместе в одной машине… А по выходным – походы, где они для всех – пара? И родители будут думать, что Марк за ней ухаживает…»
И прежде чем проснувшаяся совесть успела закончить протестное нравоучение, Лена выпалила:
– Я согласна!
– Вот и умница, - Марк звучно зевнул. – Давай спать!
И спустя пару секунд уже засопел.
Лена даже головой потрясла – не померещилось? Как так – только говорили, и раз! – он уже спит?
Видно, посторонние мысли его не беспокоят – добился, что ему было надо, и на боковую. Типичный мужчина!
Лена тихонько хихикнула и замерла, прислушиваясь.
Нет, спит!
С ума сойти – завтра Марк всем скажет, что они вместе! Ой, что будет… Может быть, утром сказать, что передумала?
Но змей-искуситель взвыл в голос: лучше сделать и жалеть, чем не сделать и всю жизнь терзаться, что сама упустила единственную возможность!
С этой мыслью она провалилась в сон.
Утро началось с громкого крика: «Подъём!», сопровождающегося пронзительным звоном.
– Встаём, лежебоки! – горланил один из Александров, планомерно обходя поляну и колотя кружкой о котелок. – Солнце взошло, день начался! И кое-то уже успел провести время с пользой!
Марк завозился, приподнялся на локтях и выдохнул:
– Вот же паразит! Чего так орать? – и перекатился на бок, глядя на Елену. – Как ты?
– Нормально.
– Выспалась?
– Да.
– А тогда не залёживаемся, - с последними словами он ловко вытряхнул её из спальника, чмокнул в нос и первым выскользнул наружу, протянув внутрь палатки руку. – Лена, осторожно, на тенте роса, не задень, а то получишь холодный душ!
Пару секунд она пребывала в ступоре, потом отмерла и приняла предложенную руку. Марк помог девушке выбраться из палатки и притянул к себе, обнимая.
– Оу! Что я вижу? Марик, ты опять в своём репертуаре??? – протянул Саша. – Ленок, что с тобой сделал этот ловелас? Неужели и ты пала жертвой его чар?
Лена мучительно покраснела и спрятала горящее лицо, уткнувшись носом Марку куда-то в район подмышки.
– Тихо! – серьёзно произнёс Марк. – Чтобы больше не было шуточек и подначек, я говорю один раз, а вы все принимаете к сведенью. Мы с Леной – пара. Ясно?
– Ух ты!
– Ну вы даёте!
– Силён!
– Эх, Лена, Лена, почему он, а не я?
– Талантливая девочка, видимо.
Последняя фраза принадлежала бледной от злости Рите.
– Ритка, не ревнуй, - перехватил инициативу Никита. – Я давно замечал, что Марк на Ленку глаз положил. Всё гадал, когда наш Марик дозреет. И вот – свершилось!
Завтрак прошёл достаточно спокойно, не считая того, что Рита время от времени бросала на Лену убийственные взгляды. Но рядом с Красавиной сидел Марк, поэтому Маргарита ограничивалась лишь взглядами и то исподтишка.
– Мы с Леной сами посуду помоем, - вызвалась Катя и, собрав чашки-кружки утащила подругу к озеру.
– Рассказывай!
– О чём?
– О вас, конечно. Как вы объяснились? Ты наконец решилась или Марик проявил инициативу.
– Ну-у… Марк.
– Супер! Я так за тебя рада! Видишь, а ты год назад упиралась, не хотела вливаться в нашу компанию! Зато теперь такого парня отхватила! Слушай, вот будет здорово, если у меня родится первым мальчик, а у тебя – девочка. Ну, или наоборот. Породнимся!
– Кать, ты что-то широко шагаешь, - не смогла сдержать смеха Елена. – Какие дети, мы только решили попробовать встречаться! А ты уже про совместных внуков думаешь!
– Ничего, вот увидишь – полгода не пройдёт, как твой Марк сделает тебе предложение! Где он еще найдёт такую умницу и красавицу?
Отмахнувшись от счастливо тараторящей Кати, Лена сгребла вымытую посуду и вернулась в лагерь.
Знала бы Катюха, как на самом деле обстоят дела – что бы она тогда сказала? Эх…
– Ленк, картошку и лук для обеда почистишь? – обратилась к ней Светлана. – Уху приготовим, Дима с Митей встали раньше всех, и успели наловить карасей и плотвы. На жарёху маловато, а для ухи в самый раз.
Картошку так картошку.
Лена сходила за пакетом с корнеплодами и разместилась в тенёчке. Света ушла к ручью чистить рыбу, Катя с Алексеем полезли в озеро купаться, остальные разбрелись, кто куда.
– Думаешь, победила? – к ней подсела Рита и будто бы тоже чистит, взяла в руку картофелину. – Не знаю, чем ты его взяла, но уверена, это ненадолго. Вернёмся в Москву, и он о тебе на следующий же день забудет. Марк из приличной семьи, его мама замуж выходила девственницей. И кого попало в дом привести ему никто не позволит!