Чтение онлайн

– Боюсь, учитель не обрадуется, если я опоздаю. – Моя ладонь выскользнула из хватки матроса. – У мастера Райта, знаешь ли, сложный характер, – доверительно улыбнулась я, встретившись взглядом с парнем.

Имя мага возымело действие. Матрос отшатнулся, будто на стену налетел. Другие моряки тоже потеряли всякий интерес к моей персоне, вернулись к работе.

– Почему сразу не сказала, что ты ведьма? – упрекнул меня парень.

– А ты не спрашивал… Так покажешь вход в трюм?

– Да там, – неопределенно махнул рукой в конец корабля матрос. – Иди прямо, не ошибешься…

– Проводить не хочешь?

– Нет. Не могу. Дела, – сразу куда-то заторопился парень.

– Кто бы сомневался, – пробормотала я и пошла, куда послали.

Забавно, впервые в жизни я по собственной воле призналась в том, что у меня есть дар. Странные ощущения, непривычные. Да и моряки… В их взглядах не было ненависти, только страх и уважение. Пожалуй, ученицей дипломированного мага быть неплохо. Вот только я соврала, мастер Райт меня учить не брался.

Мимо люка сложно было пройти, я бы сама нашла его без всякой помощи. Рядом с откинутой крышкой стояли двое матросов, задачей которых было не выпускать беженцев из трюма. Капитан не хотел, чтобы пассажиры разгуливали по палубе и мешали работать его людям.

В трюме было сумрачно, пахло кровью, потом и отчаянием. Негромко плакали дети, причитали женщины, кто-то стонал то ли во сне, то ли в бреду.

Эллина расположилась около самой лестницы, она обрабатывала ссадины девушке лет пятнадцати. При виде меня северянка скривилась, будто ей рыбьего жира предложили.

– Явилась… Ну раз явилась, помогай давай, – проворчала жена мага.

– Затем и пришла, – отозвалась я.

Северянка отвернулась, будто потеряла ко мне всякий интерес. Определенно, беседовать со мной Эллина считала ниже своего достоинства. Или злилась… Я бы тоже злилась, если бы из-за какой-то девчонки пришлось бросить нажитое имущество, поджечь дом и пуститься в бега. Знать бы еще, почему Ферта и его приятелей разыскивают эрлайские власти. Догадки у меня, конечно, были. И эти догадки мне очень не нравились.

Терина и Тони я тоже заметила, они, как и Эллина, промывали ссадины и накладывали мазь на синяки беженцам. Слуга мага при виде меня растянул изуродованные губы в улыбке, видимо, приветливой. Тони же поморщился: моему присутствию на корабле он был совсем не рад. И опять-таки помощника Ферта я не могла за это осуждать.

Дэниел нашелся рядом со спящей беременной женщиной. Навскидку я определила, что беглянка была на восьмом месяце.

Опустилась рядом с женщиной на колени.

– Что с ней? Она ранена?

– Нет, ей повезло, – негромко сказал маг. – Но Олита потеряла мужа. Был риск преждевременных родов.

– И что ты сделал?

– Пришлось усыпить. Эмоции Олите я тоже приглушил, чтобы, когда проснется, ни себе, ни ребенку не навредила. Но теперь я почти пуст.

– То зелье больше пить нельзя.

– Знаю, – вздохнул маг. – Со всеми более или менее серьезными случаями я разобрался. Так что дальше настойками и порошками обойдемся, – Дэниел пододвинул ко мне наполовину опустевший лекарский короб.

Эрлаец поднялся на ноги, чуть покачнувшись при этом.

– Пожалуй, пойду я, – сказал маг. – Пока ноги держат. Пока не перегорел, как ты…

– Иди, иди, – поддержала супруга Эллина, – мы справимся. Терин, проводи Дэна, еще не хватало, чтобы он за борт свалился.

– А… что мне делать? С чего начать? – окликнула я удаляющегося мага.

Мастер Райт обернулся, устало улыбнулся:

– Ты умная девочка, разберешься. За ребенком Олиты следи. Больше угроз для жизни нет.

Дэниел и Терин ушли, а я положила руки на округлый живот беглянки и задумалась. Похоже, скрыть вернувшийся дар не получится. Если не помогу какому-нибудь ребенку или этой беременной женщине, сама себя возненавижу.

Разве что мастеру Райту пока не до меня, он вообще уверен, что я дар потеряла. Может, и удастся свою магию от Дэниела скрыть… а может, и нет – не суть важно. Главное, чтобы никто из беженцев не умер, не пострадал из-за моего бездействия.

И я принялась за работу.

В трюме находилось несколько десятков человек, и всем из них была нужна помощь. К счастью, на корабле оказались только легкораненые, а с порезами, ссадинами, синяками, вывихами и нервными срывами можно справиться и без магии. Густав не брал людей с серьезными ранениями, не хотел превращать «Попутный ветер» в плавучий лазарет.

Об оставшихся в лодках и на берегу людях я себе думать запретила. Все равно ничем им не смогу помочь.

На некоторых беженцев я чуть-чуть воздействовала магией. Ускоряла заживление ссадин, уменьшала боль… и успокаивала, успокаивала, успокаивала. Каждому пациенту необходимо было выговориться, рассказать, что случилось с ним, с его близкими. Да и кому беженцам было душу изливать, как не мне? На светловолосую Эллину люди в большинстве своем поглядывали с неприязнью, да и поведение самой северянки не располагало к общению. Терина просто боялись, Тони тоже не тот человек, которому будешь в жилетку плакаться.

Постепенно картина произошедшего вырисовывалась у меня перед глазами. Все началось прошлым утром, когда загорелся один из домов в центре города. Довольно быстро занялся весь квартал, а затем эрлайцы начали громить дома и магазины выходцев из других провинций… Я упорно гнала от себя мысли, что в десятках смертей, в сотнях раненых виновата я. Ведь тот первый дом – дом Дэниела – загорелся по моей вине.

На палубу смогла выбраться лишь через три часа. С работой я не закончила – ее в трюме непочатый край, но мне надо было немного передохнуть. На секунду прикрыть глаза. Вдохнуть свежего морского воздуха.

– Не стоит плакать, красавица, – услышала я голос давешнего наглеца.

Я открыла глаза, смахнула со щеки непрошеную слезинку. Повернулась к матросу.

– Кажется, у тебя были дела?

– Были, да сплыли, как говорится, – сверкнул зубами моряк.

Берега Эрлии скрылись за горизонтом, а до земель центральной Империи еще плыть и плыть. По моим прикидкам, дней пять. Кстати, надо бы уточнить. Так сказать, воспользоваться случаем, раз уж матрос не прочь со мной пообщаться.

– И когда мы прибудем в Артанию? – спросила я.

– В Артанию? – переспросил парень с немалым удивлением в голосе. – Нет, это судно зафрахтовано до Ниариса. То, что, помимо груза, мы взяли на борт вашу компанию да пять десятков женщин и детей, наших планов не изменит.

В трюме я видела некоторое количество бочек и тюков, но сразу не придала этому значения. Не сказать, что груза очень много, но вместо него на борт можно было взять еще пару десятков человек. Сволочь все-таки капитан Густав. Сволочь!..

Хотя… Я попыталась поставить себя на место капитана судна. Груз ведь, наверное, немалых денег стоил. Выбросил бы его Густав за борт, никто бы ему долг не простил. А у команды семьи. В общем, кто я такая, чтобы судить этих людей?